РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ  ЭТНОГРАФИЯ РОССИИ

МИГРАЦИИ НАСЕЛЕНИЯ. РОССИЙСКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ


Большую роль в формировании народов России играли миграц. процессы — перемещение нас. внутри страны и отток его за рубеж. Важное значение, преимущественно до Окт. революции, имело и привлечение иностранцев в Россию для освоения слабозаселённых земель или по иным причинам.

Миграции (от лат. migratio, «переселение») различают внутренние (перемещения нас. внутри страны) и внешние (из одной страны в другую). Употребляются также термины — иммиграция (от лат. immigrare, «вселяться») — въезд иностранцев в какую-либо страну на постоянное жительство и эмиграция (от лат. emigrare, «переселяться, выселяться») — переселение из какой-либо страны в другую, вызываемое разл. причинами (экономическими, политическими, религиозными и пр.). Часто термином эмиграция обозначают совокупность эмигрантов, проживающих в какой-либо стране.

В связи с непрерывным изменением границ страны сейчас почти невозможно разделить все эти потоки, т. к. нас., колонизуя ещё не приобретённые земли, через нек-рое время оказывалось жителями Рос. империи. С потерей же определенных территорий россияне оказывались жителями др. стран.

В литературе широко бытует мнение, что в результате многовековых миграц. процессов за пределами России оказалось 20—30 млн. соотечественников (имеются в виду прежде всего представители слав, народов — русские, украинцы и белорусы). Но если для России внутр. миграции сыграли решающую роль в совр. расселении народов страны, то внешние миграции имели несравненно меньшее значение, чем для Великобритании, Испании, Португалии, Германии, народы к-рых создали за океанами новые кр. этнические общности.

Миграц. процессы — постоянное явление на всех этапах человеческой истории. Их масштабы и направления движений обусловливаются конкретными соц.-экономич. условиями. Подавляющая часть всех переселений вызывалась экономич. причинами. С одной стороны, нищета, разорение, голод заставляли массы нас. мигрировать, а с другой — переселения осуществлялись в результате военно-экономич. акций, погони за дешёвым сырьем, рынками сбыта и т. д. Отдельные группы нас. вынуждал переселяться на чужбину политич. и религиозный гнёт.

Первые колонии на терр. России появляются с давних времён. На Черномор, побережье еще с 7 в. до н. э. возникают приморские города греков, армян, генуэзцев. Происходит этнич. смешение нас. и с внедрившимися с востока и юга кочевниками, и с племенами, продвигавшимися с запада. Смешиваются представители слав, племён со сравнительно небольшими фин., балт. и тюрк, элементами. Продвигаясь на восток и северо-запад в нач. 15 в., русские растворяют в своем составе часть мордвы, марийцев, карел, коми. В борьбе с нем. и тевтонскими орденами киевские и новгородские князья основывали крепости далеко на западе (в 1030 г., например, Ярослав Мудрый заложил крепость Юрьев и в 1030—1061 юго-вост. часть совр. Эстонии находилась в зависимости от Киев. Руси). Однако каких-либо массовых переселений рус. нас. ещё не было, и о миграц. процессах в строгом смысле этого слова в то время ещё не могло быть и речи.

Из России за рубеж также выезжали значит, группы нас. как по политическим, так и по экономич. мотивам, причём первоначально длительное время доминировали именно политич. факторы. Первыми численно большими группами рус. эмигрантов, которые уехали за рубеж от преследований православной церкви и притеснений царской администрации, были религ. меньшинства. Гак, в кон. 17—18 вв. группы старообрядцев поселились на терр. Австро-Венгрии (главным образом на Буковине) и Османской империи (в Добрудже). В 1831 небольшое число старообрядцев осело в Вост. Пруссии, но к 1870-м гг. ббльшая часть их вернулась в Россию. С 1828 по 1856 в устье Дуная также осело значительное число старообрядцев (по переписи населения 1859 здесь было учтено 8,5 тыс. т. н. липован).

Царские власти, стремясь закрепить за Россией слабозаселённые окраинные р-ны, принимают с сер. 18 в. меры к привлечению в Россию иностранных колонистов. Много иностранных колонистов (немцы, сербы, болгары, греки, гагаузы, армяне и др.) прибыли в Россию в 50^70-х гг. 18 в. и в первой четверти 19 в. Особенно усилилось переселение иностранцев в Россию после опубликования 4 дек. 1762 царского манифеста, приглашающего их в Россию. Правительство предоставило иностранным колонистам большие льготы. Они 10 лет не платили податей, освобождались от воин, повинности и воен. постоев, получали деньги за проезд до места водворения, наделялись землёй по 30 десятин на душу (по Указу от 1802), а затем — по 60 десятин на семью (по Указу от 1804). Больше всего среди этих переселенцев было нем. колонистов — земледельцев из разл. герм, земель, остальные переселенцы покидали пределы Османской империи, преимущественно по политич. и религ. мотивам.

Вместе с тем с кон. 18 в. усилился отток за границу представителей отд. этносов, нац. и культурные интересы и устремления к-рых ущемлялись царскими властями (крымские татары, ногайцы, поляки, народности Кавказа). До 1870-х гг. переселенцы из центр, р-нов энергично осваивали окраины Рос. империи, а также терр., находившиеся на стадии включения в состав страны. Позднее становится заметной эмиграция из России в страны Америки и нек-рые др. регионы, вызванная прежде всего тяжёлым соц.-экономич. положением выезжающих (это в первую очередь относится к полякам, литовцам, евреям, украинцам, немцам).

Лишь в последние два десятилетия 19 в., когда границы России уже существенно не изменялись, а заселение и освоение наиболее благоприятных для земледелия р-нов вступили в свою завершающую фазу, эмиграция начинает выступать как самостоятельный фактор миграц. движения нас. Начался отток значит, групп нас., преимущественно из зап. р-нов страны.

Причины переселений на окраины страны и за пределы России исследованы относительно полно, однако количественные параметры миграц. процессов, осн. р-ны выбытия и вселения, этнич. структура эмиграц. потоков изучены недостаточно. Не всегда ясна и роль миграций в общей динамике числ. и размещении жит. России и тех стран мира, в заселении к-рых принимали активное участие рос. переселенцы. В практическом же плане едва ли не самым важным является определение числ. выходцев из России, сохранивших, несмотря на быстро идущие асси-миляц. процессы, своё этнич. самосознание.

Эмиграция из России в дореформенный период была ещё невелика. Переселенцы 18 — нач. 19 вв. — русские старообрядцы, в конечном счёте почти все оказались в составе расширяющей свои границы России. Они селились преимущественно в Белоруссии, Правобережной Украине и Бессарабии, к-рые в 70-х гг. 18 — нач. 19 вв. вошли в состав России. Лишь очень небольшое их число осталось жить в отошедшей с 1774 к Австрии Буковине и в Добрудже, вошедшей с 1878 в состав Румынии и Болгарии. Отток св. 200 тыс. крымских татар в пределы Османской империи осуществился преимущественно в 70 — нач. 80-х гг. 18 в., до включения терр. Крымского ханства в состав России (в нач. 19 в., по данным османских переписей, в Европ. Турции, в основном в Румелии, было зарегистрировано 275 тыс. татар и буджакских ногайцев. Значительным был уход в 1770 в Джунгарию примерно 200 тыс. калмыков.

Одновременно с сер. 18 в. большое число иностранных иммигрантов приняло активное участие в заселении Новороссии (в основном молдаване и сербы) и Нижнего Поволжья (гл. обр. нем. колонисты), хотя иностранная колонизация играла подчинённую роль в хоз. освоении разл. р-нов России.

В целом в 18 в. в Россию прибыло примерно 100 тыс. иностранных переселенцев (60 тыс. молдаван, сербов, венгров и др. и 40 тыс. нем. колонистов), а убыло ок. 400 тыс.

1-я пол. 19 в. отличалась сравнительно слабым развитием миграц. процессов. До 1820-х гг. продолжался прилив нем. колонистов, греков, болгар и др. в основном в Сев. Причерноморье. Всего в Новороссию в это время прибыло ок. 70 тыс. нем. колонистов (50 тыс. поселилось в Херсонской губернии, остальные в Таврической, Бессарабской и Екатеринославской). Здесь же было поселено примерно 130 тыс. болгар, греков, гагаузов и др. Эмиграции нас. до 1830-х гг. почти не происходило (лишь небольшое число ногайцев, кочевавших в Буджакских степях Бессарабии, переселилось в Турцию).

С 1830 по 1861 число покинувших Россию превысило 220 тыс. чел. Среди эмигрантов преобладали крымские татары и ногайцы (это был второй исход этих этнич. групп: более 190 тыс. в 1860—62 поселилось в Добрудже и Болгарии, входивших в состав Османской империи), а также поляки, к-рые бежали из Царства Польского после подавления Польского восстания 1830—31.

За эти же три десятилетия (но больше всего в 1850-е гг.) ок. 260 тыс. чел. прибыло в Россию. Среди них почти 3/5 иммигрантов пришлось на долю выходцев из герм, гос-в и Австрии (преимущественно немцы), более 1/5 — из Персии (азербайджанцы) и 1/10 — из Османской империи (болгары, греки, армяне).

После отмены крепостного права подвижность нас. резко увеличивается. В 1861 — 80 в Россию прибыло более 1,3 млн. иностранцев, в т. ч. на долю выходцев из Германии (с 1870 герм, гос-ва объединились в единое гос-во) и Австрии приходилось 75% всех иммигрантов (среди них было много поляков и украинцев, но осн. массу составляли немцы). Иммигранты из этих двух гос-в прибывали в города для торгово-пром. деятельности, а также приобретали землю (в основном в Волынской губернии и Царстве Польском). Остальные иммигранты приходились, как и прежде, на долю Османской империи и Персии. За эти же два десятилетия из России выехало 575 тыс. чел., в основном поляки, евреи, немцы. Выезжали они в большинстве в соседние страны Европы (в 1861—80 в США выехало 57 тыс., в Бразилию — 9 тыс. и Канаду — 6 тыс. чел.). Положит, сальдо миграций для России за два пореформенных десятилетия составило 735 тыс. чел.

Последние два десятилетия 19 в. характеризуются резким возрастанием эмиграции из России. Если в 1880-е гг. число прибывших более чем в два раза превысило число убывших, то в 1890-е гг. соотношение стало обратным — иммигранты составили менее 2/, от числа эмигрантов (впервые в пореформенное время в это десятилетие страну покинуло больше людей, чем в неё прибыло; эта тенденция стала характерной и для всех последующих десятилетий). В 1881—90 Россию покинуло 414 тыс. чел., в 1891—1900 — 722 тыс., прибыло же соответственно 864 и 466 тыс., и положит, сальдо миграций составило 194 тыс. чел. Абсолютное большинство выезжающих стало направляться в Новый Свет, в основном в США. Особую группу уехавших составили т. н. «мухаджиры», покинувшие преимущественно Зап. Кавказ в ходе рус.-кавказской войны (Кавказ ещё не был включён в состав России и выехавшие не считались подданными империи). Среди них больше всего было представителей адыгских народов, чеченцев, ингушей, абхазов, убыхов и др. Все они переселились в разн. регионы Османской империи, но больше всего на Малоазиатский полуостров и стали известны там под собирательным названием «черкесы». По официальным данным Российской пограничной службы, Кавказ покинуло (больше всего в 1864) ок. 500 тыс. чел. (в литературе встречаются цифры от 1,0 до 2,5 млн. чел.).

Таким образом, с 30-х гг. 19 в. начинается массовая иммиграция в Россию и эмиграция из неё нас. преимущественно по политич., но частично и по эконо-мич. причинам. Всего за 70 лет (до конца 19 в.) in России выехало 1935 тыс. рос. граждан (до 1880 г. — преимущественно в страны Зап. Европы и провинции Османской империи, в последние два десятилетия — в страны Нового Света) и прибыло 2900 тыс. иностранцев из герм, гос-в, Австрии, Османской империи и Персии.

Усилились миграц. процессы в первые полтора десятилетия 20 в. вплоть до начала первой мировой войны. Из страны уехало 2575 тыс. и въехало 1250 тыс. чел. Число прибывших в страны Нового Света превысило 2900 тыс. (при этом почти 20% выбывших возвращалось обратно). Всего же менее чем за 100 лет с начала массовых внешних миграций Россию покинуло 4,5 млн. чел. и прибыло в страну 4,15 млн. иностранцев.

Осн. часть покидающих страну направлялась в США и некоторые другие страны Америки — из 4,5 млн. почти 4 млн., т. е. 88,9% всех эмигрантов, из них в США — 87,7%, Канаду — 4,7, Аргентину — 4,1, Бразилию — 2,7%. Подавляющее большинство покинуло Россию с сер. 70-х гг. 19 в.

Почти всех эмигрантов поставляет Польша, Финляндия, Литва, Зап. Белоруссия и Правобережная Украина (Волынь). Из 3,5 млн. эмигрантов в США прибыло 1450 тыс. евреев, 875 тыс. поляков, св. 300 тыс. литовцев, 250 тыс. финнов, 200 тыс. немцев (несколько более 8,5% всех немцев, прибывших в Россию и затем переехавших в США), ок. 300 тыс. т. н. «русских» — украинцев, русских и белорусов. В другие страны Америки направлялись те же народы, лишь соотношение их было иным (в Канаду мигрировала несколько большая доля украинцев, в Аргентину и Бразилию — поляков и т. д.).

В числе рос. эмигрантов в США евреи составляли 41,5%, или 72,4% прибывших в эту страну евреев. Примерно за пятьдесят лет эмиграции (с 1870 но 1920) в США появилось 4,3 млн. лиц «недавнего евр. происхождения», из к-рых 3,1 млн. (73,6%) было сосредоточено в семи штатах: Нью-Йорке (45,0%), Пенсильвании (9,6%), Иллинойсе (8,1%), Массачусетсе (5,3%), Нью-Джерси (5,3%), Коннектикуте (2,1%) и Миннесоте (1,2%). С кон. 19 в. все ббль-шую роль начинает играть евр. эмиграция в Канаду. В 1898—1920 из России в Канаду прибыло ок. 70 тыс. евреев, что составляло ок. половины всех рос. эмигрантов в эту страну и 4/5 прибывших в неё евреев. Огромные размеры евр. эмиграции объяснялись не только резким ухудшением их экономич. положения. Созданная в кон. 18 в. на терр. бывшей Речи Посполитой т. н. черта оседлости не позволяла евреям свободно расселяться по всей Рос. империи. В 1882 были изданы «Временные правила» жительства евреев в сел. местности России, сохранившие свою силу до начала Февральской революции 1917. Они воспрещали евреям расселяться вне городов, приобретать в собственность и даже арендовать землю. В 1887 евреям было запрещено проживать в г. Ростове-на-Дону и в Таганрогском уезде, в 1891 — в Москве и Московской губернии. В 1886—87 были изданы постановления, ограничившие евреям право поступать в гимназии и реальные училища на терр. Рос. империи. В нач. 80-х гг. по всей России прокатилась волна евр. погромов. Это резко усилило масштабы евр. эмиграции. В мае 1892 царское пр-во обнародовало «Правила», по к-рым евреи получили возможность уезжать за границу «без права возвращения обратно». Этими же правилами было разрешено эмигрировать евреям в Палестину (всего туда до сер. 1914 уехало 70 тыс. чел.).

Больших размеров достигла в нач. 20 в. польск. эмиграция (по абсолютным размерам она уступала только еврейской). Если, по данным ценза 1890, в США было зарегистрировано менее 150 тыс. поляков, в т. ч. только 60 тыс. российских, то уже к 1920 из Европы в США их выехало почти 2 млн., в т. ч. из России — почти 45%. Это была исключительно мощная эмиграц. волна из Царства Польского, принадлежавшего России, а также австр. Галиции и входивших в состав Германии Вел. герцогства Познанского, Силезии и Зап. Пруссии. В Канаду за это время переехало более 17 тыс. рос. поляков, в Бразилию — ок. 25 тыс. и Аргентину — 23 тыс. (в каждой из этих стран они составляли более трети всех въехавших в них поляков). Как и евреи, они сосредоточивались в определенных местах (в США, например, более половины всех поляков осело в штатах Пенсильвания и Нью-Йорк).

Следующей по численности была литовская эмиграция, начавшаяся с 60-х гг. 19 в., но приобретшая наибольший размах в 1899—1914. Всего из России в США прибыло ок. 300 тыс. литовцев. Ценз 1920 зарегистрировал в США 337 тыс. лиц «недавнего лигов. происхождения». Больше всего их разместилось в штатах Пенсильвания (27,7%), Иллинойс (22,2%) и Массачусетс (13,1%). Относительно немного литовцев направлялось в Канаду; осн. эмиграция литовцев в Канаду пришлась на период после Окт. рев-ции и существования самостоятельной Лит. респ.

Фин. эмиграция из России (из Вел. княжества Финляндского) началась в кон. 1870-х гг. и до нач. 20 в. составила 65 тыс. чел., а в первые 15 лет 20 в. — ещё 178 тыс. (сюда ещё следует добавить 15 тыс. шведов, эмигрировавших также из Финляндии). Лиц фин. происхождения в США в 1920 было учтено 265 тыс. Проживали они преимущественно в штатах Мичиган (24,8%), Миннесота (22,1%) и Массачусетс (8,7%). В Канаду в нач. 20 в. эмигрировало 23 тыс. финнов.

Значит, группу среди эмигрантов составляли и приехавшие в Россию немцы, не сумевшие здесь достаточно хорошо обустроиться. Сыграло свою роль и ухудшение рус.-герм, отношений, а также решение рос. пр-ва от 1884 об отмене льгот для лиц нем. происхождения при призыве в армию. К 1900 в США выехало ок. 50 тыс. рос. немцев, а в первые 15 лет 20 в. ещё 150 тыс. Насчитывая на рубеже двух веков 1,4% нас. России, немцы составили 5,6% рос. эмигрантов. Амер. ценз 1920 учёл здесь более 300 тыс. немцев «недавнего рус. происхождения».

До кон. 19 в. «русская» (русские, украинцы, белорусы) эмиграция практически отсутствовала, в 1899—1915 её абс. размеры составили 211 тыс. чел. (7,9% всей рос. эмиграции). До 1907 общее число «рус.» иммигрантов было невелико (ок. 2,6 тыс. в год). В 1907—14 в среднем в год в США въезжало уже ок. 23 тыс. «русских» (в 1913 — 49 тыс., в 1914 — 40 тыс.). Следует отметить, что среди «русских» была наибольшая доля т. н. трудовых рабочих, стремившихся накопить деньги и уехать обратно. Амер. ценз 1910 зафиксировал наличие в сгране 40,5 тыс. русских и 3,5 тыс. украинцев. Все последующие цензы давали неверную оценку нац. принадлежности (так, в 1920 в США числилось 392 тыс. «русских» и 56 тыс. «украинцев», цифры явно завышенные), т. к. многие представители др. этнич. групп, прибывавших из России, или даже их потомки (в особенности это относится к евреям) учитывались в переписях как русские. «Русские» расселялись в США гл. обр. в штатах Ср. Атлантики. В 1920 они размещались преимущественно в штатах Нью-Йорк (34,9%), Пенсильвания (14,7), Нью-Джерси (6,6), Иллинойс (5,3), Массачусетс (4,5).

В Канаде первыми русскими переселенцами были духоборы, 9 тыс. к-рых переселилось в пров. Саскачеван в 1898—99. Всего в эту страну из России в кон. 19 в. прибыло 17 тыс. чел. В 1901— 15 в Канаду уехало из России 106 тыс. чел. Канадские цензы зарегистрировали там следующее число «русских» (включая в их состав, как и в США, не только вост. славян, но и часть евреев, поляков и др.): в 1901 — 20 тыс., в 1911—44 тыс., в 1921 — 100 тыс. (к этнич. русским, по мнению исследователей, может быть отнесено ок. 2/3). Прибывшее в указанные годы в Канаду большое число украинцев были выходцами из Австро-Венгрии. В итоге эмиграц. потоки до Окт. революции не оказали существенного влияния на структуру нас. Рос. империи. Фактически массовое переселенческое движение началось в 1870-х гг. и продолжалось ок. 50 лет. Подавляющая часть эмигрантов направлялась из самых зап. регионов России, к-рые лишь недолго находились в её пределах, а после Окт. революции образовали самостоят. roc-ва. Это были жители Царства Польского, Финляндии, Прибалтики, в меньшей степени Правобережной Украины (Волынь), Белоруссии и Ново-россии. В составе эмигрантов рус. нас. (включая украинцев и белорусов) составляло менее 6%. Осн. часть мигрантов направлялась в страны Нового Света, куда прибыло ок. 4 млн. чел. (или 3,3 млн. чел. с учётом вернувшихся). Всего же общие потери России за годы дореволюц. эмиграции определяются в 4,5 млн. чел., из них русских, украинцев и белорусов ок. 300 тыс.

Если для России эмиграц. поток не был особенно существенным, то для стран Америки он играл весьма заметную роль. Российские эмигранты, хотя и стали переселяться позже, все же составили почти 8% всех эмигрантов из Европы. В общей массе всех неместных уроженцев доля уроженцев России в США в 1920 составила 15,8%. Фактически евр., польск., литов., фин., а также рус., укр. и белорус, общины сформировались в США и др. странах Америки (сюда можно было бы включить Австралию, Новую Зеландию и Юж. Африку, куда рос. переселенцы стали направляться, хотя и не в большом количестве, в кон. 19 в., в значительной степени за счёт рус. переселенцев).

В начале 20 в. большой размах получает сезонная миграция из России в Европу и, в первую очередь, в Германию. В 1909—12 доля рус. иммигрантов в Германии достигала 40% общего числа, в 1913 — 55% и лишь в 1914, в связи с началом войны, снизилась до 46%. Среди них преобладали выходцы из губерний Царства Польского, но были иммигранты из Литвы, Белоруссии, Северо-Запада России. В 1903 в Германию из России прибыло 150 тыс., в 1910 — более 300 тыс., в 1913 — 380 тыс. (в основном это были поляки). Небольшое число рос. мигрантов работало во Франции, сканд. и др. странах. Подавляющее большинство их возвращалось на родину, небольшая часть оставалась навсегда.

Можно отметить две причины, которые сдерживали размах эмиграции из России. Первая — наличие огромных неосвоенных пространств на востоке и юге страны, вторая — отсутствие права на эмиграцию (поэтому большая часть выезжающих получала паспорта на врем. с.-х. работу в зап.-европ. страны, откуда они затем уезжали на постоянное место жительства в страны Америки). Только выезд татар и ногайцев был разрешен официально и до 1861 поощрялся властями. По существу, вся рос. эмиграция (кроме дозволенной в 1880-е гг. еврейской) осуществлялась нелегально и считалась царским правительством незаконной и вредной. Лишь в 1905 выезд рос. подданных за рубеж был облегчён, для чего был издан ряд законов.

Существенным компонентом нас. России стали жители Центр, и Юго-Вост. Европы, прибывшие в страну для освоения слабо- и редкозаселённых терр., а также для внедрения передовых навыков возделывания с.-х. культур. Получив весьма ощутимые льготы, они внесли существенный вклад в экономич. развитие России. В 1762—1915 в Россию прибыло, по неполным данным (большой недоучёт имел место по Закавказью, куда в разные годы прибывали значительные группы армян, азербайджанцев, ассирийцев и др. народов из Османской империи и Персии), 4250 тыс. чел., в т. ч. в 18 в. — ок. 100 тыс., в 19 в. — 2900 тыс. и в первые 15 лет 20 в. — 1250 тыс. чел. На германские княжества (а затем Германию) приходится 1500 тыс. (35,3%), Австро-Венгрию — 830 тыс. (19,5%), Персию — 845 тыс. (19,8%), Османскую империю 460 тыс. (10,8%) и др. страны —615 тыс. (14,5%). Так в России появились немцы, корейцы, болгары, греки, уйгуры, гагаузы, венгры, курды, румыны, дунгане, ассирийцы, чехи, китайцы, словаки, албанцы, сербы, хорваты, белуджи, турки-месхетинцы. Существенно увеличилось число армян, азербайджанцев, поляков. Переселение немцев и нек-рых др. народов было связано с экономич. причинами, переселение остальных народов — больше с политическими, к-рые, однако, сочетались и с экономич. стимулами.

По данным на 1989, общая числ. представителей нац. групп (т. е. тех народов, осн. часть к-рых живёт за пределами страны) составила в СССР 5686 тыс. чел., в т. ч. в России — 1497 тыс.

Предки совр. нем. нас. переселялись на терр. страны в разное время и из разл. нем. гос-в. В Прибалтике они обосновались в средние века, во времена наступления немецких феодалов на земли славян и прибалт, народов. К сер. 17 в. в Москве уже была нем. слобода, где помимо немцев жили голландцы, фламандцы и др. иноземцы, близкие по языку и культуре немцам. Приток иностранцев в Россию усиливается при Петре I и его преемниках. Это были в основном ремесленники, купцы, врачи, учёные, а также военные.

Осн. масса нем. колонистов появилась в России в последней трети 18 — нач. 19 вв. С 1764 они основывают колонии на Волге в районе между Саратовом и Камышиным, а также в Санкт-Петербургской губернии. С присоединением к России причерноморских степей и Крыма пр-во Екатерины II начало заселять эти р-ны на льготных условиях. В нач. 19 в. здесь возникает более 150 поселений. В это время появляются нем. колонии в Закавказье.

В Россию переселялись колонисты преимущественно из юго-зап. земель Германии (Вюртенберга, Бадена, Пфальца, Гессена), в меньшей степени из Баварии, Тюрингии, Верхней Саксонии, Вестфалии. С кон. 18 в. несколькими волнами в Причерноморье переселяются меннониты из Пруссии (в 1855—70 — также и в район г. Самары). В 1830—70 на Волыни поселились немцы из Польши. Под Одессу часть нем. колонистов приехала из Венгрии, куда до этого они перебрались из Пфальца. С нач. 18 в. шло также переселение немцев в Закарпатье. Здесь поселились швабы и франконцы из Германии, несколько позднее (в конце 18 в.) — австрийцы из Ниж. Австрии, а в сер. 19 в. — немцы из Чехии и Словакии.

С 1870-х гг. значит, часть немцев России (из беднейших слоев) эмигрирует в Америку. С кон. 19 в. и особенно в нач. 20 в., после столыпинской реформы, начинается массовое переселение немцев из р-нов Поволжья, Причерноморья, Волыни на Юж. Урал, в Казахстан, на Алтай и в Сибирь. К кон. 19 в. немцы стали заселять и нек-рые р-ны Ср. Азии.

Довольно значит, изменения в расселении немцев в России произошли накануне и в ходе 1-й мировой войны. Часть немцев выехала в др. страны (преимущественно в страны Америки). Ок. 100 тыс. было переселено из р-нов военных действий (гл. обр. из Волыни) в Сибирь.

«Немцы» — название, данное русскими всем переселенцам из Германии. Сами они себя называли по-разному: швабы, баварцы, меннониты, ципсеры и т. д. Во времена их переселения в Россию процесс сложения немецкой нации ещё не завершился, и сама Германия состояла из более чем 300 самостоятельных княжеств. Областное самосознание, особенно в среде крестьян и ремесленников (а их среди колонистов было большинство), преобладало над общенациональным, что нашло отражение и в самоназвании этих групп. С нем. населением смешались и колонисты из др. стран — голландцы, австрийцы, швейцарцы, франц. гугеноты. Когда-то чисто конфессиональное понятие — «меннониты» со временем также приобрело значение этноконфессионального, стало самоназванием отдельных групп российских немцев.

Поляки составляют вторую по численности, после немцев, нац. группу бывшего СССР. Их числ., в зависимости от границ страны, менялась в очень больших пределах (от 7931 тыс. в 1897 до 630 тыс. в 1939). После 2-й мировой войны их число всё время уменьшается и в 1989 было равно 1126 тыс., в т. ч. в Белоруссии — 418 тыс., Литве — 258 тыс., на Украине — 219 тыс., в России — 95 тыс., Казахстане — 60 тыс. чел.

Обращает на себя внимание своеобразная языковая ситуация среди поляков. Лишь 30,5% назвали польский язык своим родным (в 1970 — 32,5%, в 1959 — 45,2%) и гл. обр. лишь в Литве. Вторая особенность, которая не характерна ни для одного народа бывшего Союза, — поляки свободно владеют вторым языком, в основном не русским, а белорусским и украинским. Все это не относится к Литве, где целостность сохранения польского этноса несравненно выше (здесь 85% поляков считают родным польский язык).

Постоянное снижение общей числ. поляков и быстрое уменьшение доли называющих своим родным языком польский свидетельствуют о быстроидущих процессах этнич. ассимиляции (особенно языковой). Что касается чрезвычайно высокой доли поляков с родным белорусским и украинским языками, то это в определённой степени объясняется политикой колонизации и внедрения католицизма, проводившейся в прошлом среди белорусов и украинцев в течение нескольких веков. Вероятно, определённую часть поляков в этих республиках можно считать ополяченными белорусами и украинцами, а некоторую часть — переходными группами (они ещё сохраняют своё самосознание, но теряют свой язык и сближаются в культурном отношении с окружающими народами).

Впервые польское нас. на Руси появилось в 13 в. в Вост. Галиции (Ивано-Франковская, Львовская и Тернополь-ская обл. Украины). Более крупные их группы пришли после захвата Польшей части Галицко-Волынского княжества в 14 в. Следующая миграц. волна приходится на 2-ю пол. 16 в., когда польские феодалы захватывали общинные земли укр. крестьян и заселяли их выходцами из вост. польских воеводств, а в 17 в. — и из центр, р-нов Польши. Колонии поляков в Вост. Галиции возникали и в последующие века.

Миграции поляков в остальные р-ны Правобережной Украины, в Белоруссию и Литву проходили в 16—18 вв. Особенно усилились переселенческие движения поляков после объединения Литвы и Польши в одно гос-во — Речь Посполиту. По социальной принадлежности это была мелкая шляхта, беглые или переселённые в свои белорус., укр. и литов. владения крестьяне. В Правобережной Украине поляки уже в 18 в. составляли большинство среди помещиков, духовенства, чиновников. Во 2-й пол. 16 в. миграц. потоки направлялись в вост. и юго-вост. обл. Польши, в 17— 18 вв. из центр, р-нов, частично из Мазурского Поозерья (в Подолии у поляков некоторых сёл до сих пор сохраняется самоназвание «мазуры»; у др. группы бытует название «шляхта» — в основном это потомки мелкой польской шляхты, к-рые несли воен. службу по охране польских границ).

Первые корейские переселенцы появились на терр. России (в Южно-Уссурийском крае) в 1863. Значит, толчком к переселению были голод и наводнение в Корее в 1869. Эмиграция кор. крестьян особенно усилилась в годы япон. протектората над Кореей (1905—1910) и установления там япон. колон, господства. Почти всё нас. оседало в разл. р-нах Дал. Востока России. В р-нах компактного расселения корейцев создавались новые школы, библиотеки, клубы. В 1920—30-х гг. в Даль-невост. крае издавались журналы и газеты на кор. языке. Успешное эконо-мич. и культурное развитие кор. нац. группы было прервано в 1936—37, когда кор. нас. подверглось необоснованным репрессиям и, в нарушение законности, переселено с Дал. Востока на терр. Ср. Азии и Казахстана. Однако и на новых местах корейцы сумели наладить хозяйство и достичь успехов в социально-экономическом и культурном отношениях. В сер. 1950-х гг. часть корейцев снова переселилась на Дал. Восток, а также в нек-рые др. р-ны страны (преимущественно — на Сев. Кавказ).

Болгары переселились со своей родины в Россию во времена османского владычества на Балканах (конец 14 в. — 1878). До последней четверти 18 в. они прибывали небольшими группами, гл. обр. в юж. города России, где большинство переселенцев ассимилировалось. В первой трети 19 в. отмечены два массовых миграц. потока, положившие начало болг. поселениям в России. В 1-й четверти 20 в. сформировалась небольшая группа болгар Закарпатья (гл. обр. вблизи городов).

Болгары в своём большинстве селились в редкозаселённых степных р-нах, к-рые они осваивали совместно с др. переселенцами с Балкан (гагаузами, греками, албанцами). Осн. масса происходила из трёх историко-культурных областей Болгарии — из Добруджи (северо-восток страны), Фракии (юго-вост. р-ны) и вост. части Балканских гор.

Наиболее компактная группа (240 тыс. чел.) живёт в юж. части Пруто-Днестровского междуречья (Буджакская степь); административно это юго-зап. р-ны Одесской обл. Украины и юж. р-ны Молдавии. Др. значит, группа расселена в приазовских р-нах Запорожской обл. Украины и рассеянно — в Донецкой области. Более мелкие группы болгар (5—10 тыс. чел.) живут к северо-востоку от Одессы и в Первомайском районе Кировоградской обл. Украины. Два кр. поселения расположены вблизи городов Николаева и Бендер. После 2-й мировой войны, когда десятки тысяч болгар начали работать на лесозаготовках (для Болгарии), часть из них осталась в сев. р-нах России.

Уйгуры в Ср. Азию переселялись из соседнего Кашгара (южная часть Синь-цзяна) после вспышек в нём нац.-осво-бодит. движения (1828, 1830, 1847 и 1855—57) и последовавших за этим репрессий. Все они бежали в Фергану. Большая же часть семиреченских уйгуров переселилась (вместе с дунганами) в 1881—84 из Илийского края после возвращения его Китаю (до этого в 1871— 81 им владели русские).

Среднеазиатские уйгуры подразделяются на две группы — семиреченскую и ферганскую. Наиб, компактно живут уйгуры первой группы в Уйгурском р-не Алма-Атинской обл. Казахстана; в нескольких др. р-нах этой области они образуют ок. 1/2 числ. нас.; в значит, числе живут уйгуры в г. Джаркент. Небольшая группа семиреченских уйгуров живёт в кр. городах Киргизии, ферганские уйгуры (примерно V, их общей числ.) — в Андижанской обл. Узбекистана.

Греки бывш. СССР — нац. группа, переселившаяся в разное время, начиная с 7 в. до н. э., когда они начали основывать колонии на Черноморском побережье Кавказа, а затем в Крыму. Осн. переселения происходили в 17—20 вв. В настоящее время числ. греков на терр. бывш. СССР — 358,1 тыс. чел., в т. ч. на Украине — 98,6 тыс., в Грузии — 100, 3 тыс., на Сев. Кавказе — более 60 тыс. чел.

На юге России греч. поселенцы появились раньше др. иностранных колонистов (ещё в 17 в. г. Нежин стал центром греч. иммигрантов; потомками выходцев из Крыма основан г. Мариуполь). Греки переселялись на Кавказ в 18 — нач. 20 вв. из Османской империи и отчасти из Ирана. Они делятся на две группы — урумов (или греко-татар), говорящих на турецком или близком ему крымскотатарском языке (с большим количеством греч. слов), и ромеев (что означает римляне, то есть подданные Вост. Римской империи — Византии), или греков-эллинов, употребляющих древние говоры греч. языка, значительно отличающегося от совр. ново-греч. языка. Ромеи, живущие в причерноморских р-нах (т. н. понтийцы), в годы 2-й мировой войны и после неё подверглись массовому насильственному переселению в республики Ср. Азии и Казахстан.

До ноября 1944 турки-месхетинцы жили в пограничных с Турцией р-нах Грузии (в р-нах Месхетии и Джавахе-тии). Всего насчитывалось 209 селений этой этнич. группы. В кон. 1944 они были насильственно переселены в сел. местности Ср. Азии. Указ о принудительном переселении турок был отменен в 1956, и часть из них стала возвращаться в разл. р-ны Сев. Кавказа. Числ. — 207,5 тыс. чел., в т. ч. в Узбекистане — 106,3 тыс., Казахстане — 49,6 тыс., Киргизии — 21,3 тыс., Азербайджане — 17,7 тыс. Живут они также в респ. Сев. Кавказа, Краснодарском и Ставропольском кр. и отд. местностях Грузии; в последние годы в результате межнац. конфликтов несколько десятков тысяч турок-месхетинцев вынуждены были бежать из Узбекистана и поселиться в центр, областях России.

Историч. обл. Месхет-Джавахети издавна населялась месхами. Во второй половине 16 в. эта область была захвачена Османской империей. По одной из теорий, жившие там наряду с гурками-османами грузины-месхи были обращены в ислам и в значительной мере тюркизированы. В 1829 часть этой области вновь вошла в состав Грузии. Во 2-й пол. 19 в. для месхов-мусульман тур. язык уже был родным, став языком общения в семье. Они восприняли многие элементы тур. бытовой культуры. Все эти процессы постепенно привели к смене нац. самосознания. Местные христианские группы месхов уже в 19 в. называли их «турками». Еще большей тюркизации последних способствовало то, что в их состав влились немногочисленные группы турок-османов, живших в Аджарии и др. р-нах, азербайджанцев Ср. Азии и др., а также нахождение турок-месхетинцев в течение 50 последних лет среди тюркоязычных народов Ср. Азии и Казахстана. В целом можно считать турок-месхетинцев новым сформировавшимся этносом, отличным от турок Турции и др. тюркоязычных народов.

Числ. гагаузов в бывш. СССР — 197,8 тыс., в т. ч. в Молдавии — 153,5 тыс. и на Украине — 32,0 тыс. чел. Это единственная нац. группа, которая практически не имеет соплеменников за рубежом (сравнительно небольшие группы гагаузов Болгарии, Румынии, Греции и Турции почти полностью ассимилированы осн. народами этих стран). Гагаузы — потомки переселенцев из Болгарии, к-рые бежали (вместе с болгарами, греками, албанцами) в Россию во время русско-турецких войн в конце 18 — 1-й пол. 19 вв. В настоящее время они живут компактной массой вблизи г. Бендеры, на юге Молдавии (Комрат-ский, Чадыр-Лунгский, Вулканештский и Бессарабский р-ны) и в соседних р-нах Одесской области Украины. Гагаузы говорят на языке тюркской группы, испытавшем значит, влияние (преимущественно в лексике и синтаксисе) соседних болг., молд., рус. и укр. языков. Более 7/)0 свободно владеют рус. языком, остальные — молдавским, болгарским и украинским. По мнению большинства учёных, гагаузы—потомки тюркских племён огузов (узов), печенегов, половцев (куманов), перекочевавших в средние века из Причерноморья на Балканы; долго живя среди болгар, они восприняли православие и некоторые черты слав, культуры. Другие учёные считают, что гагаузы являются болгарами, смешавшимися с остатками упомянутых тюрк, племён и под османским влиянием усвоившими тюрк, язык, но сохранившими православие. По своей культуре гагаузы больше тяготеют к болгарам, соседствующим с ними на юго-востоке.

Венгры — нац. группа, живущая в основном в Закарпатье на Украине. Они появились здесь в 9 в. во время переселения мадьярских племён из причерноморских и приазовских степей на их совр. родину в бассейн Ср. Дуная. В 11 в. Закарпатье было захвачено венг. королями, и заселение этого р-на венграми усилилось. Особенно много венгров приехало в Закарпатье в 13 в. после опустошительного татаро-монгольского нашествия на Карпаты. В 16—17 вв., когда Венгрия была захвачена Османской империей, в эти р-ны, удалённые от центра гос-ва, бежали крестьяне, спасаясь от произвола захватчиков. Сейчас венгры преобладают более чем в 90 сёлах Ужгородского, Мукачевского, Береговского и Виноградовского р-нов Закарпатской обл. и составляют значит, часть нас. в одноимённых городах.

Румыны в основном живут в Черновицкой обл. Украины (в её юго-зап. части, отдельными сёлами или смешанно с украинцами) и в Закарпатской обл. (Тичевский и Раховский р-ны). Наиб, ранние рум. сёла на Украине (кон. 13 в.) в обоих ареалах совр. расселения основаны выходцами из северо-зап. Валахии (Марамуреша) и юж. Трансильвании. В кон. 14 в. возникло несколько крупных рум. поселений на терр. Закарпатья (Диброва, Средне Водяное и др.). Со времени создания Рум. гос-ва (сер. 19 в.) нек-рая часть нас. историч. обл. Молдавии, вошедшей в состав Румынии, стала считать себя румынами. Поэтому значит, часть черновицких румын имеет общее с молдаванами происхождение.

Подавляющее большинство дунган, или китайских мусульман, живёт в Китае (8,6 млн. чел.). Дунгане расселены в долине р. Чу, а также в Прииссыккулье и Фергане, примерно равными частями в Киргизии и Казахстане. Среднеазиатские дунгане (говорящие на одном из диалектов китайского языка, но владеющие также киргизским или казахским, а также русским языком) происходят из китайских провинции Шэньси, Ганьсу и Синьцзян-Уйгурского авт. р-на, откуда они бежали от преследований маньчжуро-китайских феодалов после поражения антифеодальных восстаний 1862—77, происходивших под мусульманскими лозунгами. На новых землях дунгане селились компактными группами по земляческому признаку. Первоначально общения между ними, так же как и с соседними народами, почти не было, долго сохранялись региональные различия в культуре. Лишь к 1930-м гг. сформировалась единая этнич. общность. Дунгане сохранили не только свой язык, но и многие элементы своей традиц. культуры, оказали влияние на культуру соседних народов (в частности, дунганская кухня широко распространилась среди многих народов Ср. Азии и Казахстана).

Общ. числ. финнов в бывшем СССР, где они образуют нац. группу, — 67,4 тыс. чел.; в связи с развитыми ассими-ляц. процессами их числ. постепенно сокращается (в 1926 их было 125,9 тыс., в 1959 — 92,7 тыс., в 1970 — 84,8 тыс. и в 1979 — 77,1 тыс. человек). Осн. группы русских финнов живут в Ленинградской обл. (11,8 тыс.) и в г. Санкт-Петербурге (5,6 тыс.), Карелии (18,4 тыс.) и Эстонии (16,6 тыс. чел.). Осн. часть фин. нас. появилась на терр. России после Столбовского мира 1617, когда Ижорская земля отошла к Швеции. Коренное нас. этой земли (водь, ижора, русские) устремилось через вновь установленную границу на юг, на земли Рус. гос-ва. Ижорская земля обезлюдела, и швед, пр-во стало заселять пустующие земли фин. колонистами. Среди переселенцев выделялись две большие группы — савакот и эвримей-сет; среди финнов была и группа, не знающая этого деления и называвшая себя просто финнами (суоми). После заключения Ништадтского мира (1721) юж. побережье Финского зал. вновь вошло в состав Рус. гос-ва и судьба этих групп финнов в дальнейшем была связана с судьбами России.

Ирани (персы) живут в Узбекистане (небольшие группы — также в Туркмении). Представляют собой типичную этноконфессиональную группу — в отличие от большинства народов Ср. Азии — суннитов, они — шииты. Впервые они появились здесь в 16 в. в результате нападения тимуридов (преемников Тамерлана) на сев. р-ны Ирана. Значит, часть группы составили потомки жителей Мерва, в кон. 18 в. насильственно переселённых бухарскими эмирами в Бухару. Третьим компонентом были добровольные переселенцы из сев. р-нов Ирана (особенно много из Себзевара) и Афганистана.

Белуджи расселены в Марийской обл. Туркмении и на юге Таджикистана; в их составе есть небольшая группа ассимилируемых ими брагуев (они отличаются по внешнему виду, так как принадлежат к чрезвычайно темнопигментиро-ванной дравидийской переходной расе). Первые переселенцы-белуджипоявились в Ср. Азии в конце 19 — нач. 20 в., но наибольшее их число переселилось в Туркмению из Афганистана через Иран в 1923—28.

Ассирийцы возводят свой этнос к древним ассирийцам, населению Ассирийской державы (середины 2-го тыс. до н.э. — 7 в. до н. э.), находившейся в сев. Месопотамии. В период владычества Иран, гос-ва, Рим. и Визант. империй ассирийцы, стремясь сохранить свою самобытность, укрывались в труднодоступных местах Курдистана и горах Юго-Вост. Турции. Как и другие христ. народы Османской империи и Ирана, они, подобно армянам, постоянно подвергались гонениям и репрессиям со стороны правителей этих стран. В период рус.-перс, и рус.-тур. войн 19 в. вместе с армянами переселялись в Россию и ассирийцы. Последний большой поток переселенцев прибыл в годы 1-й мировой войны.

Общая числ. ассирийцев — ок. 350 тыс. Наиб, компактные их группы проживают в сев. Ираке, северо-вост. Иране, на востоке Турции, а также в Сирии, Иордании, Ливане, США. В бывш. СССР ассирийцев насчитывалось 26,2 тыс. чел. и живут они преимущественно в Грузии (6,2 тыс. чел.) и Армении (6,0 тыс.), в отдельных сёлах Азербайджана и Краснодарского кр., а также в кр. городах России и Украины.

Чехи в основном живут в Житомирской обл. Украины, в Молдавии и Краснодарском кр. (г. Новороссийск). Развитие капитализма в Чехии в кон. 18 — сер. 19 в. привело к обезземеливанию крестьянства и вызвало массовую эмиграцию чехов в другие страны, в т. ч. и в Россию. Первые чеш. поселения возникли после отмены крепостного права (1861) на Волыни (тогда там образовалось четыре чеш. волости: Ровенская, Дубенская, Луцкая и Куничевская) и несколько смешанных чеш.-укр. волостей на юге Подольской губернии, в Крыму, а также в Черноморской губернии, вблизи нового порта — Новороссийска. Часть чехов впоследствии вернулась на родину. Сейчас они рассредоточены по мн. сёлам и городам и живут вместе с украинцами и русскими.

Китайцы — небольшая нац. группа в России (Хабаровский и Красноярский край, Иркутская обл.) и Казахстане (Карагандинская и Чимкентская обл.). Значит, число их имеется и в Москве. Основная часть китайцев прибыла в Россию во время стр-ва Транссибирской жел. дороги, часть эмигрировала из Китая во время захвата Маньчжурии Японией.

Словаки живут в основном в городах Закарпатья, преимущественно в Ужгороде. На границе со Словакией есть несколько смешанных украинских сел (Ужгородский, Перечинский и Великоберезнянский районы Закарпатской области). Они переселились во 2-й пол. 18 — нач. 19 в. из Липтовского, Спишского, Аблуского и Земплинского округов Словакии, поэтому соседние народы называют их «липтяками».

Албанцы, так же как и болгары, гагаузы и греки, оказались в России из-за осложнения политического положения на Балканах и рус.-тур. войн 17—19 вв. Христианское население, беспощадно угнетавшееся в Османской империи, массами снималось с места и уходило вслед за русской армией. Албанцы основали своё первое поселение Каракурт (ныне Жовтневое) в Бессарабии (Белградский р-н Одесской обл.), куда они пришли в начале 19 в. из сев.-вост. Болгарии (Добруджи). Предки этих албанцев переселились в Болгарию из юж. р-нов Албании на рубеже 15— 16 вв. В 1860-е гг. часть албанцев переселилась в Таврическую губернию (на терр. нынешней Запорожской обл.), где они образовали три крупных села — Девненское, Георгиевка, Гаммовка.

Сербы, так же как и хорваты, живут в южных частях Украины и России. Переселились они в Россию вместе с хорватами в первой трети 19 в., а другая часть вместе с военнопленными осталась в России после 1-й мировой войны. Хорваты расселены небольшими группами в юж. р-нах России и Украины. Часть предков хорватов переселилась в Россию (вместе с сербами, болгарами и др. балканскими народами) во времена османского владычества преимущественно в 1-й трети 19 в. Другая часть осталась в нашей стране после первой мировой войны (военнопленные, служившие в австро-венг. войсках).


Изменение границ страны вызвало усиленный поток мигрантов в новые р-ны. В первую очередь это относилось к русским, украинцам и белорусам, социально-экономическое развитие которых было выше, чем у других народов. Переселение преимущественно земледельческого нас. было неразрывно связано с особенностями аграрного развития России. Лишенное достаточных земельных наделов, испытывая гнёт феод.-крепостнич. строя или его пережитков, имея лишь ограниченные возможности найти работу в развивающейся пром-сти и медленно растущих городах, крестьянство стремилось уйти в слабозаселённые плодородные регионы. Царизм не был в состоянии регулировать миграц. потоки. Мигранты из центра, независимо от властей и нередко вопреки их желаниям, заселяли необъятные просторы Центр.-Земледельческого р-на, Юж. Приуралья и Новороссии. Царизм лишь узаконивал происходящее. В нач. 18 — нач. 20 вв. (примерно за 200 лет) на окраины переселилось более 15 млн. чел. (гл. обр. крестьяне). Грандиозные масштабы переселений вовлекли в хоз. оборот огромные территории, привели к решающим изменениям в ареалах расселения мн. народностей России. Разл. этносы России принимали участие в освоении окраин, занимая по существу в подавляющем большинстве случаев пустующие земли.

Под влиянием переселенцев — русских, украинских и белорусских крестьян — нас. Сибири, Казахстана и др. р-нов начало переходить к оседлости. Многовековые миграции нас. привели к резкому усложнению нац. состава страны. Несмотря на стремление закрепить за собой присоединённые или завоеванные окраины, царское пр-во в течение длит, времени не только не поощряло массовые внутр. миграции, но даже им официально препятствовало (это не касалось создания опорных пунктов, засечных линий, военных поселений). Сущность политики царизма заключалась в ограничении переселений, в легализации миграций экономич. обеспеченного крестьянства с тем, чтобы беднота оставалась в полном подчинении у помещиков. Тем не менее, рос. крестьянство в 1-й пол. 19 в. продолжало интенсивное освоение Сев. Причерноморья и Сев. Кавказа. Сибирь ещё не стала объектом интенсивного заселения. Отмена крепостного права в России и сохранение за бывшими крепостными временнобязанных отношений не способствовали росту миграций.

Тем не менее, в 1860-е гг. стихийное переселение на окраины (в Новороссию, южное Приуралье, Сев. Кавказ и Зап. Сибирь) продолжает нарастать; к этим территориям с 1858 добавился Дал. Восток, возвращённый России в 1858—60. В 1870-е гг. усилившиеся переселения крестьян на окраины по-прежнему считаются вредными для страны и самовольными. Естественно, что мигранты не тюльзовались никакой поддержкой со стороны царской администрации. По приговору общины крестьяне могли приобретать землю в др. частях России и, имея необходимые денежные средства, переселяться туда. Гораздо шире практиковался отход по паспортам в многоземельные губернии и области Новороссии и Кавказа, где отходники работали батраками, снимали земли в аренду или устраивались на работу на шахтах или пром. предприятиях. При благоприятных возможностях такие отходники оставались на постоянное жительство.

Лишь в 1880-е годы царское пр-во было вынуждено облегчить условия переселения крестьян из центр, малоземельных губерний на окраины. 10 июля 1881 были утверждены «Временные правила о переселении крестьян на свободные казенные земли». 13 июля 1889 был опубликован новый закон «О добровольном переселении сельских обывателей и мещан на казенные земли». В Тобольской и Томской губ., а также в Семиреченской, Акмолинской и Семипалатинской обл. переселенцы получали гос. землю сразу в постоянное пользование. За эту землю они уплачивали поземельную подать и отбывали казенные и земские повинности. В законе говорилось о льготах и помощи новоселам. Они освобождались от уплаты казенных сборов и арендных платежей в Европ. России на 2 года, за Уралом — на 3 года полностью, а в последующие три года получали отсрочку в отоыва-нии воинской повинности на 2 года в Европ. России и на 3 года в Азиатской. Однако закон объявлял беспощадную борьбу самовольным мигрантам, которых предписывалось «возвращать обратно в адм. порядке».

В нач. 90-х гг. 19 в. предпринимается новая попытка ослабить миграц. движения (циркуляр от 22 февр. 1890 — о борьбе с самовольными переселениями; распоряжение 6 марта 1892 о приостановлении легального переселения в Сибирь), однако циркуляр МВД от 29 июня 1894 окончательно легализовал переселения в Сибирь и Казахстан.

Таким образом, с 1880-х гг. миграции экономически состоятельного крестьянства на окраины вновь были признаны законными и полезными для государства. С 1893 переселенцам даже выдаются путевые пособия, оказывается врачебно-продовольственная помощь и устанавливается пониженный переселенческий тариф на переезд по железной дороге.

Всего в 1871—1916 было зарегистрировано 9043 тыс. переселенцев, в т. ч. в 1871—96 —3815 тыс. ив 1897—1916гг. — 5228 тыс. При этом Сибирь в первый период, выдвинувшаяся на первое место в 1880-е гг., привлекла 30,1% всех мигрантов, Новороссия уже несколько уступала Сибири (23,1%), однако и теперь сюда ушла почти четверть всех переселяющихся на окраины. Возросла роль Северного Кавказа (22,8% всех переселенцев). В целом же в 1871—96 на Кавказ (Сев. Кавказ и Закавказье) прибыло столько же новосёлов, сколько во всю необъятную Сибирь с Дал. Востоком. Казахстан и Ср. Азия в 1870—90-е гг. только начинают заселяться, хотя даже в этот период они приняли более 10% всех новоселов. Роль Юж. При-уралья в пореформенный период резко снижается, и оно привлекло лишь 6,9% общего числа учтённых переселенцев (в 30—40-е гг. 19 в. их было 15,2%, в 50-е гг. —7,1%).

В этом плане заселяемые р-ны России можно разделить на следующие группы:

  • Территории неземледельческого освоения, т. к. оседающие здесь мигранты обращались к неземледельч. занятиям (Екатеринославская, Петербургская, Московская, Варшавская, Петроковская губернии).
  • Территории земледельческого освоения (Сев. Кавказ, Юж. Приуралье, Сибирь, Дал. Восток, Казахстан).

Первое место по абс. числу прибывшего неземледельческого нас. занимает в эти годы Петербургская губ. (827,8 тыс. чел.), т. к. быстро развивающийся Петербург притягивал к себе жит. не только из ближайших, но и из многих удалённых губерний России. В Московской губ. механический прирост достиг в 70—90-х гг. 19 в. 510 тыс. чел. Это также был в основном приток порывающего с земледелием нас. из соседних губерний Нечернозёмного и Чернозёмного центров. Быстро росло и нас. Варшавской и Петроковской губерний.

Наиболее интенсивно шло в 1871—96 земледельческое освоение Кубанской обл. (755 тыс. чел.) и Томской губернии (580 тыс.), затем шли Херсонская, Екатеринославская, Донская, Оренбургская, Ставропольская, Приморская, Енисейская, Таврическая, Акмолинская и Тобольская (все получили от 250 до 100 тыс. переселенцев).

Осн. р-нами выхода мигрантов как сельских, так и уходящих на заработки в города являлись Центр.-Земледельческий р-н (баланс миграций — убыль 1655 тыс. человек), Левобережная Украина (726 тыс.), Ср. Поволжье (435 тыс.), Беларусь (304 тыс.), Сев. Приуралье (285 тыс.) и Центр.-Пром. р-н (265 тыс.). Кроме того, относительно небольшой отток наблюдался в Прибалтике (85 тыс.) и Сев. р-не (70 тыс.).

В целом Европ. Россия потеряла в эти годы около 4 млн. чел., к-рые в подавляющей массе ушли в Сибирь, Казахстан и на Кавказ. Уходили мигранты в первую очередь оттуда, где земельная теснота достигала наибольших размеров. Здесь можно назвать Курскую губернию (механический отток составил 350 тыс. чел., а доля малоземельных крестьян — почти 10%), Полтавскую (соответственно 348 тыс. и 24%), Воронежскую (342 тыс. и 8%), Рязанскую (292 гыс. и 7%), Тамбовскую (257 тыс. и 8%), Вятскую (243 тыс.), Тверскую (242 тыс. и 2,4%), Черниговскую (233 тыс. и 17%), Орловскую (210 тыс. и 3%), Тульскую (206 тыс. и 4%) и т. д. Кроме того, более чем по 100 тыс. чел. мигрировало из Калужской, Пензенской, Симбирской, Харьковской, Калишской, Казанской, Смоленской и Владимирской губерний.

В целом мощное миграц. движение, как и в дореформенный период, осуществлялось преимущественно стихийным путем, зачастую вопреки ограничит, политике царизма, хотя некоторая легализация переселений в 1880-е гг. способствовала оживлению процесса заселения Сибири, Дал. Востока и Казахстана, где крестьяне получали земельные наделы и определенные льготы со стороны царских властей.

Нарастание революц. кризиса в России в нач. 20 в. вынудило центр, власти полностью отказаться от традиц. политики ограничения переселений. Стремясь сохранить в р-нах старого освоения помещичье землевладение, пр-во перешло к политике свободы переселений. Право на них теперь получали все желающие независимо от имущественного положения. Новый курс переселенческой политики был оформлен законом от 6 июня 1904. Он освобождал новосёлов от круговой поруки и расширял льготы и пособия переселенцам (путевые пособия, врачебно-продоволь-ственная помощь, пониженный переселенческий тариф за проезд по жел. дороге, ссуды на обзаведение хозяйством и т. д.).

В 1897—1916 на окраины России прибыло 5,2 млн. чел. Это позволяет сделать вывод о том, что и в это время не только продолжалось, но и ускорилось освоение и заселение новых терр. в Европ. России и на Кавказе, хотя в Сибирь, на Дал. Восток, в Казахстан и Ср. Азию устремляется теперь более .3/4 (76,1%) общего числа мигрантов. На Кавказе в эти годы разместилась почти V5 (18,0%) всех переселенцев, а в Ново-россии — ок. 6%.

Преобладающая часть всех мигрантов расселилась в Сибири и на Дал. Востоке — 2550 тыс. чел. Осн. часть мигрантов осела в Зап. Сибири (1725 тыс.). Это было преимущественно земледельческое переселенческое движение крестьян, получавших узаконенные земельные наделы. 1430 тыс., или 27,3% общ. числ. всех мигрантов, переселилось в Казахстан и Ср. Азию, причём заселялся в основном Казахстан (1300 тыс. чел.).

В отличие от 70-х — сер. 90-х гг. 19 в., когда заселялся преимущественно Сев. Кавказ, в нач. 20 в. немало мигрантов переселилось и в Закавказье (Бакинская губ., Карсская обл.); на Сев. Кавказе разместилось 507 тыс., а в Закавказье — 430 тыс. чел.

Особое положение занимала Новороссия. С одной стороны, из неё выезжали сел. жит. на Кавказ, в Сибирь и в Казахстан. С другой стороны, область Войска Донского продолжала привлекать земледельческое нас. Одновременно в Екатеринославскую губ. увеличивался приток крестьян преимущественно из Центр.-Чернозёмного р-на для работы на шахтах и пром. предприятиях Донбасса. В Херсонской губ. много жит. оседало в быстрорастущих торговых городах, среди к-рых выделялась Одесса.

В Царстве Польском, как и ранее, возрастало нас. Варшавской и Петроковской губ. благодаря притоку жит. из соседних губерний, а также из Германии и Австро-Венгрии. В Центре России нас. продолжало прибывать в Петербург (положит, баланс миграций 1100 тыс. чел.) и Москву (790 тыс.).

Аграрное перенаселение в земледельческих губерниях Центра России достигало огромных масштабов. В Полтавской губ., давшей в 1897—1916 максим, число мигрантов (отрицательный баланс миграций в 285 тыс. чел.), по подворной переписи 1900 безземельные и малоземельные крестьяне (с наделами до 4 десятин) составляли 52,5% сел. нас.

Решающую роль в освоении окраинных терр. России в 19 — нач. 20 вв. сыграли наиболее заселённые агр. р-ны Центра России, являвшиеся до реформы 1861 оплотом крепостничества, пережитки к-рого сохранялись и в пореформенный период. Миграции нас. на окраины страны, куда переселилось более 5 млн. чел., способствовали быстрому развитию и укреплению капиталистич. отношений. В хоз. деятельности вовлекались огромные пустующие массивы земель.

Наряду с русскими на окраины империи переселилось немало украинцев, белорусов, немцев, а также народов Поволжья (татар, чувашей, мордвы).

Украинцы, в частности, осваивали в основном Дал. Восток. Только в 1906—12 из укр. губерний сюда прибыло почти 300 тыс. чел. Много украинцев направлялось в Зап. Сибирь: из 955 тыс. переселенцев в Томскую губ. на долю украинцев из губерний Украины в эти же годы приходилось 22%. В Иркутскую и Енисейскую губ. прибывали преимущественно выходцы из Белоруссии. Так, в Иркутской обл. их доля составила 44% мигрантов.

Таким образом, в сравнительно короткий период в дореволюц. России в разл. виды миграц. процессов (внутр. миграции, выезд за рубеж, приезд из др. стран) было вовлечено ок. 25 млн. чел., или почти 20% всего нас. В пореформенное время, и особенно в 1871—1914, на окраины переселилось более 9 млн. чел., из-за рубежа приехало 3,9 млн. и уехало в др. страны ок. 4 млн. чел. Среднегодовое число мигрантов разных видов составило ок. 400 тыс. чел. (в первые 15 лег 20 в. — более 600 тыс.).

Миграционные процессы после 1917

После Окт. революции резко изменился характер миграц. процессов в стране. С терр., вошедшей в 20-е гг. в состав СССР, практически прекратилась заокеанская эмиграция, а также сезонные перемещения жит. в соседние гос-ва Европы. В 1918—22 большого размаха достигла политич. эмиграция групп нас., к-рые были не согласны с установлением сов. власти и потерпели поражение в Гражд. войне, а также репатриация нас., вынужденного в годы войны эвакуироваться во внутр. р-ны страны. Полным ходом шла эмиграция (сезонная, в Европу и за океан) с тех терр. России, к-рые в 1920—30-е гг. не входили в состав СССР (Литва, Латвия, Эстония, Зап. Украина, Зап. Белоруссия и нек-рые другие). Весьма интенсивно продолжалась (в ряде случаев в более широких масштабах, чем до революции) миграция нас. в азиатские р-ны страны.

1-я мировая война привела к резкому спаду эмиграц. движения. За океан, как правило, уезжали лица, к-рых война застала в пути; они попадали в нейтральные страны и не решались вернуться обратно. Война вызвала и миграции особого рода — движение беженцев от наступавших войск неприятеля с их последующим возвращением (однако неполным) в родные места. Общее число беженцев и выселенцев (т. е. людей, насильно выселенных из зоны боевых действий) в ходе войны достигло 7,5 млн. чел., причём и тех и других было примерно поровну. Кроме того, число русских пленных составило 3,4 млн. чел., немецких и австрийских — 2,25 млн. чел. Лишь к нач. 1924 эти многомиллионные массы возвратились на места своего исконного жительства (более всего в Польшу, Литву, Латвию, Украину и Белоруссию). До сих пор не определён размер т. н. белой эмиграции. Большинство исследователей считает, что абс. число рос. эмигрантов, покинувших Россию в 1918—22, составило примерно 1,5—2,0 млн. чел. По данным Лиги Наций (на авг. 1921), рос. эмигрантов насчитывалось (в тыс. чел.) в Польше — 650, Германии — 300, Франции — 250, Румынии — 100, Югославии — 50, Греции и Болгарии — по 30, Финляндии — 19, Турции — 11, Египте — 3, всего —- ок. 1,5 млн. чел. Подавляющее большинство «белых эмигрантов» составляли русские, в значительно меньшем числе — украинцы. Уехало также ок. 100 тыс. нем. колонистов, 65 тыс. латышей, 55 тыс. греков, 12 тыс. карел и т. д.

Отмечался и обратный приток рос. беженцев. В 1922 в Россию вернулось 122 тыс. казаков, а к 1938 почти 200 тыс. Трудовая миграция из страны, фактически прекратившаяся в 1920-е гг., осталась весьма значительной для тех регионов бывшей Рос. империи, к-рые не вошли в состав СССР в 1922, но затем снова стали частью его терр. В целом в 1921—39 из этих регионов за океан выехало почти 750 тыс. чел. (в т. ч. в США — ок. 520 тыс., остальные в Канаду, Уругвай, Аргентину и др. страны). В основном эмиграция шла из Польши и Литвы, причём из Польши до 40% выезжающих составляли украинцы.

В 1940-е гг. с терр. СССР происходила мощная эмиграция особого рода, вызванная 2-й мировой войной. Большое число людей по разл. причинам оказалось на чужбине и не вернулось на родину. Это были нем. репатрианты 1936— 46 и т. н. перемещённые лица. Кроме того, с территорий, отошедших к СССР (бывшая Выборгская губерния, острова Курильской гряды. Южный Сахалин), были депортированы многие проживавшие там жители. И, наконец, в ходе установления зап. границ СССР с Польшей и Чехословакией был произведён обмен нас. между этими гос-вами.

Всего во время войны немцами было пленено более 4,8 млн. чел. и вывезено в Германию для работы ок. 4 млн. чел. Из этих почти 9 млн. на родину к 1 янв. 1953 вернулось 5460 тыс. чел., большая часть остальных была убита, умерла от ран и болезней. По неполным данным, ок. 270 тыс. чел. (т. н. перемещённые лица) не вернулось на родину (в 1947— 51 за океан убыло 141 тыс. жит. прибалт, республик и 128 тыс. русских и украинцев). Русских и украинцев в США уехало 60 тыс., в Австралию — 25 тыс., в Канаду — 23 тыс., Бразилию — 6 тыс., из числа прибалт, народов — в США — 78 тыс. (больше всего литовцев), в Австралию — 36 тыс., в Канаду — 21 тыс. чел.

В 1939—46 значит, часть нем. нас. выехала из СССР (в границах тех лет). Выезд начался в соответствии с серией договоров между СССР и Германией, заключённых в 1939. Усилился отъезд в Германию большой группы немцев в ходе всеобщего отступления гитлеровских войск с терр. СССР в 1943-^4. В 1939—44 из СССР выехало более 600 тыс. этнич. немцев, в т. ч. из сов. части Галиции (в тыс. чел.) — 104, Бессарабии — 93, Латвии и Эстонии — 77, Волыни — 68, Литвы — 51, Белорус-сии — 44 и разл. регионов СССР, входивших в него и до 1939, — 250. Кроме того, в 1944—46 покинуло терр. нынешней Калининградской обл. ещё 1157 тыс. немцев. Таким образом, из разных р-нов СССР уехало св. 1,75 млн. немцев. Из отошедшей к СССР Выборгской обл. в Финляндию в 1939 переселилось 424 тыс. финнов, в 1946 из Юж. Сахалина и Курильских о-вов выехало 256 тыс. японцев.

Особенно массовым оказался отъезд поляков в Польшу из зап. р-нов СССР (Зап. Украины, Зап. Белоруссии, бывшей Виленской обл.). Он практически не коснулся только польск. нас. Латвии и различ. регионов СССР в границах до 1 янв. 1939. В 1945—46 из СССР выехало 1526 тыс. чел. (из Зап. Украины — 810 тыс., Зап. Белоруссии — 274 тыс., Литвы — 178 тыс., из др. р-нов СССР, в основном переселенцев из зап. земель, присоединённых в 1939, — 263 тыс.). Уехало почти всё польск. нас. Украины, тогда как в Белоруссии и Литве оно примерно на 2/3 осталось на местах. На терр. бывшей Галиции (нынешние Львовская, Тернопольская, Ивано-Франковская обл.) поляков почти не осталось, тогда как в 1930-е гг. их уд. вес здесь приближался к 40%, а в отд. р-нах Львовской и Тернопольской обл. они составляли абс. большинство жит. В 1955—58 из Украины и Белоруссии в Польшу выехало 217 тыс. поляков.

В целом перепись нас. Польши 1950 показала, что в стране проживало 2136 тыс. чел., к-рые в 1939 находились в р-нах Польши, отошедших к СССР. Таким образом, с учётом выехавших до 1945, в 1955'—58, а также умерших за эти годы общие размеры польск. эмиграции (вместе с нек-рым числом уехавших польских евреев) превысили 2,5 млн. чел. Это был крупнейший эмиграционный поток с терр. СССР. Только в результате этой эмиграции город Львов превратился в этнич. отношении из польского в украинский, а Вильнюс — в литовский.

Остальная эмиграция из СССР за эти годы была невелика. В 1947 в Чехословакию выехало с терр. Волыни 33 тыс. чехов (потомков переселенцев 1860-х гг.). Из Эстонии в Швецию эмигрировало 6,5 тыс. шведов, в целом из Прибалтики в страны Европы в 1941—44 выбыло 230 тыс. чел.

Таким образом, в кон. 1930-х — нач. 1950-х гг. из СССР эмигрировало более 5,5 млн. чел. Подавляющее большинство эмигрировавших жили на терр., присоединённых к СССР после 1939. Что касается нас., жившего в старых границах, то уехало не более 10% от указанной цифры (меньше половины перемещённых лиц, часть немцев и поляков, чехи и нек-рые более мелкие группы).

Наряду с оттоком нас. наблюдался и приток в нашу страну жит. из ряда гос-в Европы и Бл. Востока (украинцев, армян и др.). Иммиграция в СССР была намного слабее эмиграции, её абсолютные размеры были менее 1 млн. чел. (исключая вернувшихся военнопленных и граждан СССР, угнанных на работу в Германию).

Основной контингент иммигрантов 1940—50-х гг. составили украинцы вост. части Галиции и Вост. Словакии, вынужденные выехать в СССР, т. к. терр. их исконного проживания осталась за его пределами. В 1945—46 из этих р-нов переселилось на терр. СССР 518 тыс. чел. (481 тыс. украинцев, 37 тыс. белорусов, а также небольшое число> литовцев).

В первые послевоенные годы в СССР из Греции, Болгарии, Румынии, Сирии, Ливана и др. стран прибыло 120 тыс. армян (в т. ч. 95 тыс. — в Армению). Кроме того, 15 тыс. чел. (в основном русские) приехало из Югославии и несколько десятков тысяч — из Маньчжурии (в 1940 там проживало 69 тыс. русских). Это была последняя послевоенная иммиграция в СССР.

С 1960-х гг. отмечается все возрастающая (с вынужденным спадом в результате запретительных мер сов. руководства в 1-й пол. 1980-х гг.) эмиграция из СССР за океан, в Израиль, а затем и в Германию, Грецию и нек-рые др. страны. Усилилась эта тенденция с изменением социально-экономич. обстановки в стране, особенно с 1988. В условиях экономич. нестабильности и нарастания межэтнич. конфликтов отд. этносы СССР, в основном имеющие свои этнич. ареалы вне пределов Советского Союза, перешли к массовой эмиграции из страны. Отсутствие ясных перспектив на восстановление автономии, нерешённость многих социальных и культурных проблем привели к отъезду из СССР сотен тысяч этнич. немцев в Германию. Затягивание решения полного обеспечения прав русских немцев (в первую очередь восстановление нац. автономии в Поволжье) привело к резкому оттоку немцев из страны. Определённая неудовлетворенность евреев своим положением и попустительство властей к имевшим место антисемитским кампаниям также привели к их массовому отъезду в Израиль и США. В последние годы активизировался выезд на свою прародину греков (только в 80-е гг. туда выбыло более 70 тыс. этнич. греков). Усилился отъезд и народов, не имеющих за рубежом своей государственности (напр., армян).

За 1951—87 из страны на постоянное место жительство выехало ок. 500 тыс. чел. (максимальное число эмигрантов пришлось на 70-е гг. — ок. 350 тыс.), в т. ч. 300 тыс. евреев, 122 тыс. немцев и 57 тыс. армян. 2/3 евреев выехало в Израиль, V3 — в США. Почти все эмигрировавшие немцы уехали в Германию, армяне переселялись в США (в первые годы — во Францию).

В дальнейшем число эмигрантов продолжало увеличиваться. В 1988 выехало 75 тыс., в 1989 — 235 тыс. и в 1990 и 1991 — по 400 тыс., в 1992 — более 250 тыс. чел. Всего, таким образом, в 1951—92 СССР покинуло ок. 1,8 млн. чел., в т.ч. почти 1 млн. евреев, 550 тыс. немцев, примерно по 100 тыс. армян и греков.

В целом после 1917 из страны уехало св. 10 млн. чел. (с учётом, что ок. 3/5 жили на территориях, присоединённых к СССР в 1939 и позже), а приехало ок. 1 млн.

Какое же число соотечественников живёт в дальнем зарубежье? Из 14,5 млн. чел. более 2/3 жили на территориях, к-рые тем или иным путём включались в состав Рос. империи или в состав Советского Союза, а значит, часть нас. при этом уезжала или обменивалась. Зачастую их пребывание на терр. нашей страны исчислялось очень короткими сроками. Так, до революции в основном эмигрировали евреи, поляки, финны, немцы, литовцы, шведы, после революции — те же народы, а также японцы, армяне, греки и нек-рые другие. Слав, компонент среди них был сравнительно невелик: до революции — ок. 300 тыс. чел., после революции он составлял осн. часть «белой эмиграции», а также значит, часть т. н. перемещённых лиц.

Этнич. статистика в странах Америки, где находится большая часть рос. иммигрантов, развита слабо. И лишь по косвенным вопросам («этнич. происхождение», «страна выхода», «родной язык», «религия») устанавливается примерная числ. представителей народов бывшего Союза (в тыс. чел.): русские— 1500, в т. ч. в США — 1100, Бразилии — 70, Канаде — 70, Аргентине — 60, Франции — 50, Румынии — 35, Австралии — 25; украинцы — 1800, в т. ч. в Канаде — 550, США — 520, Польше — 360, Аргентине — ПО. Румынии — 55, Бразилии — 55, Чехословакии — 50, Югославии — 40, Австралии — 20; белорусы — 300, в т. ч. в Польше — 260, Канаде — 20, США — 10 (значит, часть белорусов в странах Америки отождествляет себя с русскими, а значит, часть украинцев и белорусов в Польше является не мигрантами, а коренным нас. этой страны); литовцы — 370, в т. ч. в США — 280, Канаде — 30, Польше — 20, Аргентине — 15; латыши — 80, в т. ч. в Канаде — 25, Австралии — 20, США — 20, Швеции — 10; эстонцы — 80, в т. ч. в Канаде — 30, США — 20, Швеции — 20. Кроме того, крупнейшие этнич. группы евреев и поляков в США и большие группы в Канаде в значит, мере созданы там выходцами из России (евреи, по крайней мере, на 7/10). Евреи приняли активное участие в формировании израильского этноса (по крайней мере V. из израильских евреев — прямые выходцы из России и бывшего Союза). Наконец, значительный элемент в немецком, греческом и армянском этносах составляют выходцы из нашей страны.


Как и в досоветский период, в 1920— 90-е гг. полным ходом шло заселение и хоз. освоение новых терр. на окраинах страны.

Самые крупные миграции — переселения нас. из сёл в города, причём не только в ближайшие, но и далеко отстоящие. Этот вид миграций превысил все остальные в несколько раз. Если в 1917 общее число гор. жит. было равно 29 млн. (17,9% всего нас.), то к 1991 оно возросло до 193 млн. (66,2%). В то же время числ. сельчан снизилась со 134 до 98 млн. За годы сов. власти произошло перемещение ок. 140 млн. чел. из сёл в города (с учётом адм. превращения сёл в города или гор. посёлки). От 40 до 50% нас. страны сменило сел. жизнь на городскую.

В 1-й пол. 1920-х гг. вост. р-ны СССР стали местами вселения ок. 400 тыс. чел. (из них вернулось 127 тыс.). Мигранты устремлялись в основном в Сибирь (243 тыс.) и Казахстан (76 тыс.).

Совершенно иная ситуация сложилась в более позднее время. В период между переписями 1926 и 1939 отмечалось значит, переселенческое движение из центр, р-нов на окраины. За пределы Украины в это время выбыло 2853 тыс. чел., из Белоруссии — 254 тыс., из Центр.-Чернозёмного р-на — 3,7 млн., Волго-Вятского — 1,5 млн., а всего выехало 8,4 млн. чел. Из этого числа почти 4 млн. переселилось в вост. р-ны, а примерно 1 млн. — в Сев. район. Именно в конце 20-х — 30-е гг. происходит катастрофич. демографич. разрушение Центра с массовым переселением рус. нас. на окраины (во многом это связано, так же как и на Украине и в др. регионах, с принудит, переселением т. н. кулачества в годы коллективизации в Сибирь и на Север страны).

На Украине, несмотря на отток почти 3 млн. чел. (многих — вынужденно), общий баланс миграций в 1926—39 оказался положительным (600 тыс. чел.) из-за огромного притока русских в города на промышленные предприятия и шахты (в 1926 русских на Украине было 2,7 млн., в 1939 — 4,2 млн.).

В 1939—50-х гг. внутр. миграц. процессы были широкомасштабными, но определить их количественные параметры достаточно точно не представляется возможным. В первую очередь они складывались из лиц, эвакуированных в 1941—42 из р-нов, оккупированных немцами, а также из обычных переселенцев на окраины в 1939 — середине 1941, а также 1946—59. Общее число эвакуированных оценивается в 12 млн. чел. Осн. часть беженцев позже вернулась на свое прежнее местожительство. В целом в 1920—50-е гг. ещё имело место переселенческое движение по традиц. направлениям, сложившимся в дореволюционной России. Из Центра и с Украины нас. уходило в вост. р-ны, Сибирь, на Дал. Восток, в Казахстан, Ср. Азию и Закавказье.

В 1960-е гг. сохранялись традиц. маршруты переселений из центр, части СССР на окраины. В этот период большую часть мигрантов отдавала Россия. Отток шёл также из Белоруссии, Грузии, Азербайджана. Осн. приток жит. приходился на Украину, а также в Казахстан и республики Ср. Азии.

Украина по числу прибывших в 1950—59 занимала первое место — положит, баланс миграций составил 550 тыс. чел., 10,4% всего прироста республики. Затем следует Казахстан (414 тыс.), Узбекистан (413 тыс.). Довольно много мигрантов прибыло в Латвию (144 тыс.), Армению (144 тыс.). Армения оставалась единственной республикой Закавказья с положит, миграц. балансом.

В России осн. приток переселенцев шел на Сев. Кавказ (897 тыс.). На Украине заселялся Южный экономич. район (582 тыс.) и Донецко-Придне-стровский (395 тыс.), в то время как в Юго-Зап. баланс миграций был отрицательным (612 тыс.).

В России мигранты уезжали с Урала (920 тыс.), из Волго-Вятского р-на (826 тыс.), Зап. Сибири (788 тыс.), Центр.-Черноземного р-на (496 тыс.). Таким образом, в 1960-е гг. изменились направления миграц. потоков. Нас. покидало не только Центр, но и Сибирь, и Урал. Отток жит. происходил в Казахстан, Ср. Азию, Сев. Кавказ, юж. р-ны Украины.

В 1970-е гг. миграц. процессы оказались противоречивыми. Впервые в истории страны отмечался положит, баланс миграций в Россию (ок. 700 тыс. чел., в основном на Сев. Кавказ, Дал. Восток). Снизились темпы прироста переселенцев на Украину (ок. 200 тыс.) и в Узбекистан (ок. 150 тыс.). Продолжался приток нас. в Армению и отток из Грузии и Азербайджана. Прибалтика по-прежнему притягивала мигрантов из России и Белоруссии. Совершенно новым явлением в 70-е гг. стал отток нас. из бывших р-нов традиц. заселения: Казахстана (отрицательный баланс миграций ок. 560 тыс. чел.), Киргизии (100 тыс.), Туркмении (10 тыс.). Отрицательным стал баланс миграций и в Молдавии. Если 1970-е гг. можно считать переходными — стали меняться р-ны притока и оттока нас., то уже 1980-е гг. коренным образом изменили направления миграц. потоков. Нас. теперь уезжало почти из всех р-нов традиц. вселения. Приток мигрантов отмечался только в Россию и Прибалтику (в последнюю — не до конца периода). В Россию начался обратный отток жит. из Казахстана, Ср. Азии, Закавказья, Молдавии и даже с Украины. В кон. 1980-х гг. этот процесс в связи с обострением межнац. отношений ещё более ускорился. Началось переселение жит. страны в свои нац. республики.

Единственный район, к-рый в течение многих десятилетий (да и всех полутора веков, с момента его присоединения к России) характеризовался устойчивым положительным миграц. балансом, — это Дал. Восток, недостаточно обжитой до настоящего времени и весьма перспективный в экономич. отношении. В досоветский период (1858—1917) сюда переехало ок. 500 тыс. мигрантов из центр, р-нов страны. С 1920 здесь поселилось уже более 2 млн. чел. (особенно много в 1931—40 — 820 тыс.).

Последние годы отличаются тенденцией усиления вытеснения неосновных народов из разл. регионов. Особенно в трудном положении оказываются беженцы из горячих точек межнац. конфликтов. Насер. 1992 официально зарегистрировано в России 222 тыс. беженцев (данные явно заниженные), в т. ч. 32% осетин, 23% русских, по 20% армян и турок-месхетинцев. Проблема беженства становится одной из острейших социально-экономим, проблем России.

Россияне ближнего зарубежья

В результате распада Советского Союза и образования 15 независимых гос-в по окраинам России возникло т. н. ближнее зарубежье, нас. к-рого формировалось под сильным влиянием русского этноса и некоторых др. народов, являющихся основными для совр. Рос. Федерации. Разл. группы в новых независимых гос-вах составляют сейчас нац. меньшинства (иногда очень значительные, как, напр., в Казахстане, Латвии, Эстонии, Молдавии и др.), но считать их иммигрантами нельзя, т. к. их совр. расселение происходило в течение длит, историч. развития, границы между бывшими союзными республиками складывались в ряде случаев без соответствующих обоснований, т. е. скорее были лишь линиями разграничения. Кроме того, отдельные группы народов в течение ряда веков имели свои ареалы на терр. ныне независимых гос-в (это, в первую очередь, относится к русским); эти группы могут считаться коренным населением этих гос-в. Люди переезжали из одной республики в другую не по политич. или экономич. причинам, а по направлению организаций, для помощи в развитии хозяйства и культуры или по другим причинам. В новых гос-вах обострились отношения между осн. народами республик и т. н. русскоязычным нас., или этнич. россиянами. Это обострение усилилось в связи с ростом националистич. настроений в нек-рых новых гос-вах, принятием дискриминац. законов (особенно о гражданстве, языке, возвращении на свою исконную родину и др.). Кого же можно считать россиянами ближнего зарубежья?

Безусловно, это все народы, осн. часть к-рых живёт в России и, как правило, имеет свои нац.-гос. образования. К ним относят евреев и цыган, хотя и живущих во всех гос-вах бывшего Союза, но в большинстве расселённых в России и почти поголовно считающих своим родным языком русский (или свободно им владеющих). Условно к ним отнесены и немцы (хотя их больше в Казахстане, чем в России), т. к. до их насильственного выселения в 1941 в Казахстан, Ср. Азию и Сибирь они в основном жили в Рос. Федерации и значит, их часть была сосредоточена в Республике немцев Поволжья.

Русские составляют 85,5% от россиян ближнего зарубежья. Все остальные народы, кроме немцев, татар и евреев, не образуют значит, групп за пределами России. Лишь три народа, разделённые гос. границами (лезгины, осетины и цахуры), имеют значит, этнич. терр. по другую сторону границы в сопредельных гос-вах.

Важная особенность всех групп россиян, живущих за пределами России, — их тяготение к гор. жизни и к гор. профессиям. Даже те из них, кто в России издревле занимался с. х-вом, на новом месте приобретает гор. профессию. Так, из 29,6 млн. чел. ближнего зарубежья 24,7 млн. являются гор. жит. (среди русских гор. жителей — 85,2%).

Численность россиян в ближнем зарубежье (в тыс. чел., перепись 1989)

русские 25290
немцы 1196
татары 1127
евреи 841
лезгины 209
осетины 196
цыгане 109
башкиры 104
мордва 81
чуваши 69
чеченцы 58
аварцы 57
удмурты 32
марийцы 27
ингуши 22
финны 20
цахуры 13
лакцы 12
даргинцы 12
таты 11
коми 8
калмыки 8
балкарцы 7
евреи горские 7
карачаевцы 6
карелы 6
коми-пермяки 5
кумыки 5
кабардинцы 5
другие 30
Итого: 29568

Распределение россиян по отдельным странам ближнего зарубежья

тыс. чел. %% от нас. страны
Украина 12115 23,6
Казахстан 7775 47,2
Узбекистан 2329 11,8
Белоруссия 497 14,7
Киргизия 1128 26,5
Латвия 952 35,7
Азербайджан 701 10,0
Молдавия 657 15,2
Таджикистан 533 9,0
Грузия 534 9,9
Эстония 510 32,6
Туркменистан 411 11,6
Литва 371 10,1
Армения 57 1,7
Итого: 29568 21,3

Число русских до последних лет вне России непрерывно росло. За пределами Рос. Федерации (в совр. границах) жило в 1926 - 5764 тыс. русских, или 7,4% их общего числа, в 1959 — 16250 тыс. (14,2%) и в 1989 — 25290 (17,4%). Намного больше людей считают там своим родным русский язык (36272 тыс. в 1989). Таким образом, понятия «русский» и «русскоязычный» в ближнем зарубежье сильно различаются между собой.

Особенно заметным был рост числ. русских на Украине. В нач. 18 в. русские принимали весьма активное участие в заселении и освоении Новороссии. В пореформенные годы усилились ассими-ляц. процессы среди украинцев. С 1940-х гг. отмечался приток русских на земли Зап. Украины (в основном в города). В конце 18 в. русские составляли лишь 2,4% всех жит. совр. Украины, в кон. 19 в. — 9,6%, в 1926 — 7,3, 1939 — 11,8, 1959 — 16,9, 1989 — 22,1%. Больше всего русских (на 1989, в %): в Крыму (70,7), в Луганской (44,8), Донецкой (43,6), Харьковской (33,2), Одесской (27,4), Запорожской (32,0), Днепропетровской (24,2) областях, в г. Киеве (20,9), Херсонской обл. (20,2). Большое распространение на Украине получил и рус. язык в качестве родного языка большей части евреев, части украинцев, болгар и др. В 1989 его считали родным 33,2%.

Быстро росло рус. нас. в Казахстане и Киргизии. В нач. 18 в. русские составляли здесь ок. 10% нас., а в конце века — 5,6%. Через 100 лет, к исходу 19 в., в Казахстане было 11,7, а в Киргизии — 2,6% русских. Особенно быстро росла их доля после Окт. революции, в результате индустриализации, а позднее — освещения целинных земель. В 1959 русских в Казахстане уже было 42,7, а в Киргизии — 30,2%. Затем, в связи со значительно более высоким естественным приростом у местного нас. и прекращением притока новых переселенцев извне, доля русских к 1989 понизилась в Казахстане до 37,8 и в Киргизии — до 21,5%. В Казахстане больше всего русских в Вост.-Казахстанской — 65,9% и Сев.-Казахстанской обл. — 62,1, в г. Алма-Ате — 59,1, в областях Карагандинской — 52,2, Павлодарской — 45,4, Целиноградской — 44,7, Кустанайской — 43,7 и Семипалатинской — 36,0%, а в Киргизии — в г. Бишкек (55,7%). Как и на Украине, число считающих своим родным русский в обеих республиках значительно выше, чем русских по национальности (первых здесь 47,4% в Казахстане и 25,6% в Киргизии).

В Белоруссии уд. вес русских в течение долгого времени был невысок. На начало 18 в. русских там вообще не было, в конце века — 1,2%, в конце 19 в. (вместе с Литвой) — 3,5%. После Окт. революции терр. республики довольно длит, время менялась — то в состав России включались части Витебской и Могилевской, а также Смоленская губерния, где жили и русские, и белорусы, то они входили в состав Белоруссии. В 1926 в республике уже было 5,9, в 1959 — 8,2, в 1989 — 13,2% русских, причём ббльшая их часть прибывала в города. Все они очень равномерно распределены по областям республики (от 9,9 в Минской до 15,2% в Витебской обл. и лишь в г. Минске их 20,2%).

Белорусский язык ближе всех славянских языков к русскому, и поэтому не случайно число назвавших его родным при переписи нас. 1989 (31,9%) в 2,4 раза больше, чем число русских. Русские в Прибалтике появились сравнительно поздно (если не считать отдельных русских крепостей, построенных еще во времена Киевской Руси). В начале 18 в. они составляли на терр. совр. Латвии и Эстонии всего 0,3% общего нас. В Латвии в конце 18 в. их стало уже 3,1%, в конце 19 в. — 8,0 и в 1917 г. — 9,6% (ок. 230 тыс. чел.), в Эстонии соответственно 0,8, 2,6, 3,9 и 4,2% нас. В годы самостоят, существования этих республик ситуация практически не изменилась. 1940—70-е гг. отличались исключительно интенсивной миграцией русских (и нек-рых др. народов СССР) в эти республики. В 1989 доля русских в Латвии достигла 34,0% и в Эстонии — 30,3% (русский язык указали родным в Латвии 40,1% всего нас., а в Эстонии — 34,8%). Русские размещались преимущественно в городах — они там появились уже в 18 в. (в Латгалии — в Даугавпилсе, Резек-ненском и др. р-нах Латвии, на сев.-вост. Эстонии). В Риге русские составили в 1989 47,3% нас. города, а считающие рус. язык родным — 57,8%, в Таллинне соответственно — 41,6 и 49,0%. Таким образом, в столицах обоих государств числ нас., считающего русский язык родным, значительно больше.

В Молдавии к середине 19 в. русских было немного (1,5% нас.). Они начали селиться в 18 в. в низовьях Дуная, к-рые впоследствии оказались в составе Украины и Молдовы. К нач. 20 в. доля русских поднялась в Молдавии до 6.5%, в 1926—30 — до 9,4%, а в 1989 достигла 13,0%. Что касается рус. языка, то родным его здесь назвали намного больше людей — 23,2%, в основном за счет жит. городов и левобережной части респ., где родным русский указали и значит, части украинцев, гагаузов, евреев и др.

В Ср. Азии (без Киргизии) рус. нас. появилось только в пореформенные годы. В 1897 они составляли в Туркменистане — 3%, Таджикистане — 1,0 и Узбекистане — 0,9%. Резко изменилась картина в послереволюц. годы (в 1939 г. соответствующие цифры были равны 18,6, 9,1 и 11,7%); в целом же в это время здесь было учтено 1,1 млн. русских, в т. ч. в Узбекистане — 744 тыс. Особенно быстро росли за счет русских столицы республик (в 1939 в Ашхабаде их было 61.9%, Душанбе — 57,0, Ташкенте — 37,8%). К'1959 г. в этих республиках русских уже было 1,6 млн. чел., а в 1989 г. — 2,4 млн. Несмотря на столь быстрый рост, доля русских начала сильно падать, что обусловлено было несравненно более высокими показателями естественного прироста у местного нас., а также прекращением сколько-нибудь заметного притока русского (и, вообще, русскоязычного) нас. в эти республики. В последние годы начался отток рус. нас., в результате чего в последний межпереписной период (1979—1989) даже абс. числ. русских в Узбекистане уменьшилась на 13 тыс., в Таджикистане — на 7 тыс. и в Туркмении — на 15 тыс. Доля русских в 1959—89 снизилась в Узбекистане с 13.5 до 8,3%, Таджикистане — с 13,3 до 7,6 и в Туркменистане — с 17,3 до 9,5%. Что касается рус. языка, то его назвали родным в 1989 в Узбекистане — 10,9%, Таджикистане — 9,7% и Т уркменистане — 12,0%. Здесь разница между показателями национальности и родного языка не слишком велика (сказывается то обстоятельство, что большинство местных жителей — сельчане, как правило сохраняющие свой родной язык). Произошла и коренизация столиц (в 1989 русские составляли в Ташкенте — 34,1%, Душанбе — 32,4 и Ашхабаде — 32,3%).

В Закавказье русские начали селиться в первой пол. 19 в. В 1858 они составляли в Армении — 1,1%, Грузии — 1,0 и Азербайджане — 0,9%. К концу века их доля увеличилась в Грузии до 5,7%, Азербайджане — 5,3 и Армении — 4,8%. В 1939 доля русских упала в Армении до 4%, в Грузии возросла до 8,7%, всего в Закавказье насчитывалось ок. 900 тыс., в т. ч. в Азербайджане — 590 тыс. Уже с начала послевоенного времени можно говорить не только об уменьшении притока, но и спаде доли, а затем и абс. численности русских в Закавказье. В 1959 уд. вес русских повысился только в Грузии (до 10,1%) и снизился в двух других республиках (в Армении — с 4 до 3,2% и в Азербайджане — с 16,5 до 13,5%), а абс. числ. в последнем уменьшилась с 528 до 501 тыс. чел.; это была первая республика в Союзе, где произошло абс. снижение числ. русских.

В последующие десятилетия этот процесс приобрёл в Закавказье всеобщий характер. В 1989 г. русские составляли в Азербайджане 5,6%, а число их снизилось до 392 тыс., в Армении — 1,6% (численность — 52 тыс.), в Грузии — 6,3% (численность русских сократилась до 341 тыс. чел.). Что касается людей, считающих своим родным рус. язык, то здесь разница с показателем национальности наименьшая (в Грузии родным его считает 8,9%, в Азербайджане — 7,5, в Армении — 2,0%).

В 1939 в границах СССР до его распада в стране жило 1846 тыс. немцев, в т. ч. в Рос. Федерации (811 тыс.) и на Украине (627 тыс.), хотя более мелкими группами они жили повсюду. Ещё 114 тыс. (включая Клайпедскую обл.) находилось в Литве, 92 тыс. в Казахстане, 62 тыс. в Латвии, 37 тыс. в Молдавии, 23 тыс. в Азербайджане. Самый крупный их массив был сосредоточен в Респ. немцев Поволжья, их нац. очаге, где, включая и соседние р-ны Саратовской и Волгоградской обл., была сосредоточена 431 тыс. немцев. Более или менее крупные группы в России находились (в тыс. чел.): Омская обл. (59), Ставропольский (47) и Краснодарский (34) края. Ростовская обл. (33), Алтайский край (29); на Украине — 'в областях: Одесской (132), Запорожской (86), Донецкой и Волынской (по 47), Николаевской (42), Житомирской и Черновицкой (по 38), Днепропетровской (26) и в Крымской АССР (51).

Расселение немцев приняло совсем иной характер после ликвидации 28 авг. 1941 Крымской АССР и насильственного переселения их в Сибирь и Казахстан. По данным на 1989 г. большинство немцев жило в Казахстане (в тыс. чел.) — 958, в т. ч. в областях Карагандинской (144), Целиноградской (111), Кустанайской (110), Павлодарской (95), Кокчетавской (82), Алма-Атинской (81), Джамбулской (70), Чимкентской (45), Семипалатинской (44), Северо-Казахстанской (39), Талды-Курганской (35), Актюбинской (30) и в России — 842, в т. ч. в Омской обл. (134), Алтайском крае (128), Новосибирской обл. (61), Красноярском крае (54), Кемеровской и Оренбургской обл. (по 48), Челябинской обл. (37), Краснодарском крае (32), Свердловской обл. (31), Саратовской обл. (28). В Киргизии их насчитывалось 101 тыс., Узбекистане — 40 тыс., на Украине — 38 тыс. и в Таджикистане — 33 тыс. (к концу 1992 их численность уменьшилась в связи с отъездом ок. 350 тыс. немцев в Германию; произошло и некоторое внутр. перераспределение — увеличилось их число в Поволжских областях, на Сев. Кавказе).

О том, что немцы разных стран бывшего Союза имеют много общего между собой и отличаются от немцев Германии, можно судить хотя бы по их языковым проблемам. Немецкий язык считают родным лишь 48% немцев, а русский — 50,8%, в Казахстане лишь 54,4% немцев считает родным немецкий, в Киргизии — 63,4, в России — 41,8%, а русский язык считают родным или свободно владеют им 96% немцев Казахстана, 94,7% немцев Киргизии и 96,5% немцев России. Таким образом, часто употребляемый для них термин «российские немцы» вполне оправдан. ' Из живших за пределами России в 1989 841 тыс. евреев (61,1% евреев бывш. Союза) 486 тыс. жило на Украине, 112 тыс. в Белоруссии, 66 тыс. в Молдавии, 65 тыс. в Узбекистане, 25 тыс. в Азербайджане, 23 тыс. в Латвии, 18 тыс. в Казахстане и т. д. (сейчас их повсюду меньше, в связи с усиленной эмиграцией).

Цыгане также широко распространены по всем странам. За пределами России их 109 тыс. (41,6% цыган бывшего Союза). Больше всего их (в тыс. чел.): на Украине (48), Узбекистане (16), Молдове (11), Казахстане (7,2), Латвии (7,0).

Большую группу переселенцев в ближнем зарубежье составляют народы Поволжья — татары, башкиры, мордва, чуваши, удмурты, марийцы. Их числ. там — 1440 тыс. чел. — десятая часть от их общей числ. в бывшем Союзе. Особенно много переезжали татары, доля к-рых за пределами России — 16,9%. Вообще татары отличаются большой мобильностью — их можно встретить заметными группами почти в любом регионе, в городах и сел. местности. При освоении новых терр., разработке кр. месторождений, распашке новых земель они наряду с русскими и украинцами являются самым заметным элементом.

Сейчас больше всего татар за пределами России живёт (тыс. чел.) в Узбекистане, где они распределены сравнительно равномерно, но значительная концентрация татар имеется в г. Ташкенте и одноименной обл. — 468 (в т. ч. в г. Ташкенте — 126, обл. Ташкентской — 106, Бухарской — 37, Самаркандской — 35, Сырдарьинской — 34, Ферганской — 32, Андижанской — 24, Кашкадарьинской — 21 и др.) и Казахстане — 328; здесь они тоже равномерно распределены по всем областям, но их все же больше в Карагандинской — 46, Чимкентской — 34, Кустанайской — 28, г. Алма-Ате — 27, Целиноградской — 24, Павлодарской — 20.

Значит, группы татар имеются также на Украине (87 тыс.), в Таджикистане (72 тыс.), Киргизии (70 тыс.), Туркменистане (39 тыс.) и Азербайджане (28 тыс.). Обращает на себя внимание сосредоточение татар в тюркоязычных районах (где у них не возникают языковые проблемы) и в республиках, где верующее нас. исповедует ислам.