РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ  ЭТНОГРАФИЯ РОССИИ

ВОДЬ


ВОДЬ, вадьялайн (самоназв.). Числ. в Российской Федерации менее ста чел. Язык бесписьменный. В наст, время большинство В. говорит на рус. яз. Водский яз. помнят лишь отдельные люди старшего поколения.

В. — древнейшее известное нас. на обширной терр. С.-З. Восточно-Европ. равнины (от юж. берега Финского залива на С. до верховьев pp. Луга и Плюсса на Ю. и от р. Нарва на 3. до р. Нева на В.). В рус. летописях эти земли упоминаются как Водская (Вочская) земля, затем возобладало название Ижорская земля или Ингрия (в германизированной форме — Ингерманландия).

Считается, что водские племена, отделившись от близкородственных им сев.-вост. эстон. племён, в 1-м тыс. н. э. сформировались как самостоятельный этнос с особым языком. С сер. 1-го тыс. на терр. расселения В., по крайней мере в её южную часть, начинают проникать слав, племена, расселявшиеся чересполосно с В. Вероятно, на рубеже 1—2 тыс. н. э. на сев. земли В. с востока начинают проникать ижорские племена. Они постепенно продвигались через Карельский перешеек и заселяли земли по берегам pp. Нева, Ижора и далее на 3. вплоть до р. Нарва.

Женский головной убор. 18 в.

В рус. летописях В. упоминается наряду с др. племенами прибалтийско-финской языковой группы под общим назв. чудь, с 11 в. появляется этноним В. Не позже 12 в. В. вошла в состав Новгородской респ., дав назв. одной из ее адм. единиц — Водской пятине. При этом В. приняла христианство в форме православия. Терр. расселения и числ. В. постепенно сокращались; этот процесс начался ещё в 10—11 вв. Часть В. ассимилировалась слав, и ижорским нас. Воен. столкновения, голод и эпидемии вели к массовой гибели В.; известны также миграции В., в т. ч. и насильственные. Так, в сер. 15 в. немецкими рыцарями была угнана большая группа В. под Бауск (совр. Латвия). Их числ. была столь велика, что они сохранялись как этнич. меньшинство до сер. 19 в. под назв. кревинги. Этот этноним восходит к латыш, назв. русских (кревс), что было, видимо, связано с принадлежностью переселенцев к православной церкви. Массовый исход из Ингрии коренного нас. (В., ижоры и русских) произошёл после Столбовского мира (1617), когда все юж. побережье Финского залива и часть Карелии отошли под власть шведов. Этот отток местного нас. в Россию был вызван попытками швед, властей внедрить на этих землях лютеранство. С возвращением Ингрии в состав России после окончания Северной войны часть мигрантов вернулась на прежние места жительства. Достоверные статистич. данные о числ. В. (а также живших чересполосно с нею ижо-ре, финнах и русских) относятся к сер. 19 в. В то время В. насчитывалось 5 тыс., в 1926 — 500 чел. Дольше всего В. сохранялись в окрестностях Котлов (деревни Котлы, Мати, Корветино, Ицепи-но), а также на нижней Луге в деревнях со смешанным водско-ижорским населением (Краколье, Куровицы, Пески, Лужица).

Традиционный женский костюм. Кон. 19—нач. 20 вв.

Народная культура В. отличалась определённой архаичностью, но при этом она впитала немало и иноэтнич-ных элементов, в значительной мере благодаря непосредственным контактам с соседним русским и финноязыч-ным населением (ижора, финны-ингер-манландцы, эстонцы) этого края. Осн. занятие — с. х-во. Долгое время сохранялись архаичные с.-х. орудия: двузубая соха, деревянная борона, серп для уборки зерновых и цеп для обмолота хлебов. Рабочим животным была лошадь; наряду с коровами здесь держали коз, а также овец и свиней, из домашней птицы — гусей и кур. У В., как и других народов этих мест, был распространён коллективный выпас скота с наёмным пастухом. Подсобным промыслом было речное и морское рыболовство. С.-х. продукция и рыба сбывались в Петербурге.

Дер. Куровицы на берегу реки Луга.

В. жила в многодворных деревнях. Жилище представляло собой избу (риихи) восточнослав. типа с духовой («русской») печью и холодными сенями. В прошлом жилище В. было, вероятно, аналогично эстонскому и представляло собой т. н. «жилую ригу», в к-рой жилое помещение осенью служило и для просушки снопов. Изба ставилась вместе с хозяйственным крытым двором, преобладала т. н. параллельная связь. Кроме того, в числе надворных построек были клеть (ратис), баня (саун), снопосушильня — иногда общая на несколько дворов — зап. типа, т. е. одноярусная рига с крытым гумном (риига). Внутренняя планировка избы была зап. типа, печь располагалась при входе, устьем к двери. Часть избы перед печью была хозяйственной, задняя её часть рядом с печью служила кроватным углом. По диагонали от печи был чистый угол, где стоял стол и вешались иконы.

Замужние женщины-вожанки в кон. 18 — нач. 19 вв. носили безрукавную одежду типа глухого сарафана прямого покроя из синей шерстяной ткани (рук-ка). Поверх неё надевалась короткая блузка-рукавник (ихад), на поясе справа и слева закреплялись два набедренника, обязательными были также два передника — синий шерстяной и поверх него белый полотняный. С праздничной одеждой носили одновременно несколько поясов и многочисленные шейные украшения. Незамужние носили аналогичную рукке одежду, но из белого холста (амы), с ней надевали рукавник, набедренники и белый передник. Старухи носили белую одежду в виде рубахи (уммикко).

Жилой дом в деревне Куровицы.

Особенно характерными были возрастные различия в головных уборах и формах причёски. Девушки носили волосы распущенными, с достижением брачного возраста они начинали носить круглую полусферическую шапочку, богато вышитую бисером, раковинами каури и оловянными бляшками. При выходе замуж волосы отрезали, головной убор женщины представлял собой жёсткую шапочку конич. формы, поверх которой повязывалось длинное покрывало и сложенный углом шёлковый платок. До появления первого ребёнка шапочка была белого цвета, затем сменялась таким же по форме убором из красного сукна. Старухи покрывали голову белым покрывалом.

Постепенно под влиянием рус. нас. в 19 в. распространяется сарафан (сначала из белого холста, затем из синей нанки). Нижнелужская В. носила одежду в виде несшитой юбки (типа рус. поневы). Одежда у мужчин утратила своё своеобразие ещё в конце 18 в.

Основу пищи составлял хлеб из ржаной муки, выпекавшийся из кислого теста в виде высоких круглых караваев. В праздники пекли плоские ячменные лепешки (иивакко), пироги с начинками. Из ячменя варили каши, из овса готовили толокно, варили овсяный кисель. Из растительных масел использовали льняное, домашнего приготовления, а также толкли конопляное семя, превращая его в кашицу. Эту кашицу мазали на хлеб вместо масла или разводили водой и ели с ней кашу. Молоко шло в пищу преимущественно в виде простокваши, готовили также творог.

Из семейных обрядов В. наиболее интересна свадьба, к-рая вплоть до начала 20 в. сохраняла архаичную символику брака-союза двух родов и ритуалы ухода невесты из дома отца и принятия её в «род» мужа. Своеобразным моментом было празднование заключительного визита сватов (руко-битие), оно называлось «табаки» и было связано с ритуальным курением табака в знак закрепления договора.

Несмотря на сравнительно раннее принятие христианства, в быту и в разл. праздничных ритуалах сохранялись пережитки дохристианских верований. Известно, что древняя В. поклонялась источникам, деревьям и камням. Почитание священных рощ, деревьев, жертвенных камней сохранялось до 20 в.

Самая подробная информация арбитражный адвокат у нас.