РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ  ЭТНОГРАФИЯ РОССИИ

НЕГИДАЛЬЦЫ


НЕГИДАЛЬЦЫ (от негда, нгегида - "береговой", "крайний" - на яз. эвенков), гиляки, орочоны (устар.) (самоназвания - илканбэйенин, на бэйенин - "здешний", "местный", амгун бэйенин - "амгунский человек"). Численность в Рос. Федерации 622 чел. Живут в Хабаровском кр. (502 чел.), по pp. Амур и Амгунь.

Говорят на негидальском яз., имеющем два диалекта: низовской и верховской (по нижней и верхней Амгуни); первый имеет много общего с яз. ульчей, орочей, нанайцев; во втором заметно влияние эвенков. Традиц. верования - анимизм, шаманизм; в кон. 19 в. были крещены.

Этнич. основа и ист. пути Н. тесно переплетались с историей живших по соседству нивхов, ульчей, нанайцев. Как и на Амуре, археологи обнаружили на Амгуни следы неолитич. культуры. Предполагают, что Н. - эвенки, к-рые, расселившись по Амгуни, смешались с нивхами и ульчами. Н. были исконными рыбаками и охотниками. У низовской группы (в низовьях Амгуни и на Амуре) в х-ве преобладало рыболовство. У верховских Н. рыболовство и охота дополнялись оленеводством (основное отличие от низовских). Однако их нельзя приравнять к кочевникам-оленеводам тайги (эвенкам), ибо они пользовались оленями только в транспортных целях и вели оседлый образ жизни.

Летний домик.

В рыболовном промысле обе группы пользовались заездками (липкунэ) при ловле лососей, небольшими неводами (дагдали), мешкообразными и четырёхугольными сетями (адел, адил), разл. крючками, удочками, острогами. Преобладал рыболовный промысел в одиночку либо усилиями двух-трёх чел. На верх, притоках Амгуни в рыболовном промысле чаще, чем у низовских, применялись остроги, разл. крючки и крючковые снасти. Каждая семья делала для себя большие запасы сушёного лосося - юколы; обе группы Н. использовали и кожу рыб разных пород для изготовления одежды, обуви, бытовых поделок.

Охотничий промысел у верховских Н. играл более значит, роль, чем у их амурских соплеменников. Охотники занимались своим промыслом в течение всего года. Охотились на пушного зверя верхом на своих оленях в близлежащих горах. Низовские Н. охотились зимой пешком, уходя на лыжах с ручной нартой, к-рую тянул на лямке сам охотник; иногда ему помогали одна-две или три охотничьих собаки. В поисках соболя охотники проходили большие расстояния, иногда выходили на Амурский Лиман, на Сахалин, на реки Горни, Хун-гари, в юж. р-ны Охотского побережья. Методика самой охоты у тех и других была очень близка. В кон. 19 - нач. 20 вв., когда огнестрельное оружие уже завоевало себе прочное место, Н. охотились также с помощью лука (бэй) и стрел (ней), пользовались самострелами (сэн-му), берестяной или деревянной трубой (во время гона) для приманивания лося, оленя; кр. зверя гоняли зимой по сугробам, весной по насту и затем били копьём, стрелами, из ружья. На пушных животных ставили давящие ловушки разных типов: на соболя - петли (хой-ки), а также сеточку-рукавчик; от русских были позаимствованы капканы.

Нек-рые Н. поздней весной выходили к юж. побережью Охотского моря, занимались добычей нерп при помощи ружей и острог. Добычу более всего ценили за шкуры, имевшие широкое применение. Из них делали кожу, ровдугу (замшу), использовавшуюся для изготовления одежды (халатов, шуб), обуви, шапок, разл. поделок: мешков, ритуальных предметов; из нерпичьих шкур шили обувь, муж. юбки, из оленьих и собачьих - муж. шубы. Пушная охота в целом имела товарный характер: не менее 80% пушнины уходило торговцам (маньчжурским, китайским, позднее русским, якутским), к-рые платили тканями, мукой, крупой, металлич. инструментами, украшениями и т. п. В кон. 19 - нач. 20 вв. мн. Н. стали заниматься зимой перевозками (на собаках, оленях), нек-рые, по примеру русских, - огородничеством и т. п.

Как и у большинства народов Севера, каждый Н.-мужчина был рыбаком, охотником, хорошо владел разл. инструментами, самостоятельно изготовляя разл. ловушки, сети, жилые и хоз. постройки, лодки, нарты и лыжи, деревянную утварь и т. п. Женщина умела выделывать шкуры и кожи, шить из них одежду и обувь, украшать их затейливым тонким орнаментом, изготовлять утварь из бересты. Хозяйка дома обеспечивала семью заготовленными впрок сушёными рыбой и мясом (мужчина добывал только "сырую продукцию"), съедобными и лекарственными растениями и т. п.

Как и у других народов Ниж. Амура, в нар. календарях Н. (обеих групп) отражались их занятия; выделялись так называемые "месяцы": добычи горбуши, летней и осенней кеты, осенней охоты на соболя с петлей, весенней - по насту на кр. копытных, весенней добычи дикой птицы, отёла оленей, а также сбора ягод, расцветания цветов, наступления морозов и т. п.

В промысловой деятельности использовали ручные (грузовые) нарты. В тайгу за пушниной низовской охотник ходил на лыжах, с ручной нартой длиной до 4 метров; её характерными чертами были полозья, загнутые вверх с обеих сторон, и длинная жердь, привязывавшаяся к левым копыльям. С помощью этого своеобразного "руля" охотник поворачивал нарту, тормозил её при спусках. Низовские Н. имели ездовых собак, к-рых запрягали во время поездок до 10-12 штук в спец. ездовую нарту; ездили по открытым местам, обычно по широким рекам. Пользовались лыжами двух видов: весной - обычными дощатыми "голицами", зимой - "камусными" (сохсила), подклеенными снизу шкурами с ног лосей или оленей.

Для рыболовства и охоты употребляли дощатые плоскодонные лодки (огда), оморочки (омо чин) из бересты, долблёнки (огдама). Верховские Н. охотились в тайге, восседая верхом на нэмэ - оленьих сёдлах. Применялись вьючные сумы. Основу питания Н. составляли рыба и мясо (но у верховских Н. оно занимало более важное место, чем у низовских), употреблявшиеся в разных видах - в сыром, варёном, жареном, сушёном. В супы добавлялись в качестве приправы разл. дикорастущие корни, травы и т. п. В блюда из покупных продуктов (круп) добавляли много рыбьего жира; его ели также с ягодами, к-рые в большом количестве шли в разнообразные салаты (преимущественно из рыбы, разл. корней). С кон. 19 в. в рацион Н. входит картофель, к-рый они выменивали на рыбу у живших по соседству русских. Постепенно нек-рые из низовских Н. сами начинали сажать картофель.

Одежду и обувь Н. изготовляли из местных, а также привозных (или покупных) материалов. Из рыбьей, оленьей кожи, ровдуги, нерпичьих, оленьих, собачьих шкур, лосиных кож и камусов в прошлом шили шубы, куртки (конго, кэнггэ, наями), ноговицы (мэйэ-вун), обувь амурского (пондоки, олочи) и тунгусского (лобдирма, тэргэми) типов. Жен. халаты из рыбьей кожи (уй-кэли) - нарядные, богато орнаментированные, были праздничными; простые, без украшений носили на рыбалке мужчины и женщины. Мужчины на охоте и рыбалке пользовались фартуками (бал-гафун). Из ровдуги шили праздничные халаты, отделанные орнаментом - вышивками, аппликациями и т. п. Повседневные и праздничные халаты изготовляли и из покупных тканей, зимние шили на вате. Покрой негидальских халатов - кимоно, обычно такой же, как у ульчей и др. соседей. Женщины под халатами носили длинные орнаментированные нагрудники, не отличавшиеся от эвенкийских.

Зимние жилые постройки низовских Н. не отличались от зимников их соседей - нивхов, ульчей: дё или хагду - каркасные однокамерные, четырёхугольные, прочные, из толстых брёвен постройки, со стенами, возведёнными с помощью пазовой техники, с двускатными крышами. Помещение отапливалось двумя-тремя очагами, дымоходы от к-рых проходили под широкими глинобитными нарами (нахан), на к-рых спали члены семей. Зимой, когда охотники были в тайге, помещение отапливалось женщинами совместно: обычно тут жили две-три семьи.

Зимники верховских Н. были небольшими полуземлянками с низким срубом на поверхности из трёх-четырёх венцов и двускатной крышей; отоплением первоначально служили костры, от русских заимствованы железные печки. Сруб, как и печь, появился в конце 19 в.

Со сходом снегов каждая семья в полном составе выезжала на малые речки, притоки, озёра на весеннюю и летнюю путину; жили малыми семьями в дюкча - каркасных постройках (конических, двускатных, четырёхугольных, полуци линдрических), крытых лиственничной или берёзовой корой, сеном. В зимнее жилище обычно семья возвращалась в кон. авг. - сент. Заранее, до хода лосо ся, сооружали заездки. После осенней кеты (в сент.) мужчины ловили разную рыбу, охотились на лосей и оленей, а в кон. окт. уходили на 2-3 месяца (и более) за пушным зверем. В тайге жили в зимовьях из плах и земли двускатной или пирамидальной формы. Нек-рые во время промысла часто передвигались и жили в лёгких конических или двускат ных постройках. Для Н. было харак терно изготовление больших срубных амбаров (такту, наху) на высоких верти кальных столбах, их сооружали ок. зим них жилищ, наполняя разл. утварью, промысловыми орудиями, запасами юколы и т. п. Такие постройки с дву скатными крышами были аналогичны нивхским и ульчским. Как и все рыбаки, в любом месте поселения Н. возводили вешала - для сушки рыбы, неводов и сетей.

Общественный строй Н. характеризовался сосуществованием родов и территориально - соседских общин. Роды были малочисленны (в кон. 1920-х гг. самые кр. Нясихагил - 110 чел., Аюмкан - 88, Чукчагил - 48). Род регулировал брачные отношения (строго соблюда лась экзогамия), объединял своих членов для совершения религ. и семейных обрядов; чётко соблюдались обычаи взаимопомощи. В силу малочисленно сти и незащищённости роды объединя лись в т. н. "союзы" (доха), по большей части представители малых - с более крупными. Объединялись даже с ино племенниками; так, в общее объедине ние негидальских родов Нясихагил, Чукчагил и Босакогил включались эвенки (Хыинкогил) и нанайцы (Тума- ли). В др. объединения входили эвенки др. родов, а также нивхи (в 1920-х гг. пять "союзов"). Внутри каждого суще ствовали экзогамные отношения, но разрешалось жениться на вдовах.

Несмотря на малую численность, все роды были экстерриториальными. Широко практиковались этнически смешанные браки - с эвенками, нанайцами, нивхами, ульчами. Сел. община не имела фиксированных территорий, как и род. Непреложным законом в общине была взаимопомощь односельчан всем нуждающимся; помощь от сородичей затруднялась в силу дисперсного проживания членов каждого рода. Община была сильна также своим общественным мнением, оказывавшим влияние на жизнь и поведение каждого человека в семье. Семья составляла самостоятельную экон. ячейку, вела своё х-во.

В имущественном отношении члены родов не были однородны. Выделялись наиб, опытные или удачливые охотники, успех к-рых обычно объяснялся помощью сверхъестественных сил, а также торговцы, к-рые как и нанайцы, ульчи, нивхи, ездили на ярмарку в Сань-син на Сунгари, во 2-й пол. 19 в. торговали на ярмарке в Бурукане на Тугуре, в Пули на Амуре.

В религ. верованиях Н. много сходства с ульчскими. В представлениях Н., анимистических в основе, мир был наполнен духами; духи - хозяева каждой сферы - неба, земли, воды, тайги, гор. Религ. верования отражались в богатом фольклоре. Дух солнца - Тий-гани; обитатели верхнего мира Бог'а бэйэнин в прошлом сходили на землю и общались с людьми; синкэн - дух - хозяин тайги, всех зверей, а уйгули - хозяин медведей; калгама - дух - хозяин леса, часто в виде женщины, помогавшей охотнику во время промысла. Дух - хозяин озера Чукчагил - утонувшая там в древности шаманка. Тамун - дух - хозяин воды. Почитали Подя - духа - хозяина огня.

Добыча каждого медведя сопровождалась праздником, собиравшим множество участников. Чтобы не обидеть убитого зверя, всех его таёжных сородичей и главного духа - хозяина, участники соблюдали множество древних правил и установлений, связанных с женщинами, с отношением к мясу, костям, к разным частям медвежьей туши. Тщательно захоранивали кости, череп. В срубах торжественно, покрывая богатыми одеждами, хоронили и убитого тигра.

Существовало множество запретов (табу), соблюдавшихся на рыбной ловле, на охоте, в быту. Существовали семейные обряды, связанные с вступлением в брак, со смертью человека, представлениями о загробном мире, о длительных связях с душой умершего его родственников. Фольклор включал предания, сказки, песни, пословицы и поговорки. Прикладное искусство выражено в широко распространённом амурском орнаменте, к-рый в прошлом можно было видеть на множестве повседневных вещей (берестяные коробочки, тканевые ковры).

В сов. период материальная, духовная культура Н. претерпела большие изменения. Живут Н. более концентрированно. Их жилища, одежда, средства транспорта почти такие же, как и у всего другого окружающего населения. Лишь немногие лица старшего поколения носят традиц. халаты, чаще встречаются зимняя обувь, рукавицы с орнаментами. Молодые и средних лет Н. не владеют родным яз. Они имеют те же профессии, что и окружающее нас.; с его представителями Н. вступают в браки, так что этнически смешанные семьи численно преобладают. Нац. самосозна ние Н. отличается большой устойчивостью.