РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ  ЭТНОГРАФИЯ РОССИИ

ТОФАЛАРЫ


ТОФАЛАРЫ, тофа, тоха (самоназв.), карагасы (устаревш. назв.). Численность в Рос. Федерации 731 чел. (1989). Населяют горно-таёжную терр. Нижнеудинского р-на Иркутской обл. в басе, рек Уда, Бирюса, Кан, Гутара, Ия и др. Говорят на тофаларском яз. Верующие Т. - православные. Сохраняется шаманизм.

Происхождение Т. связано со сложными этнич. процессами, протекавшими в течение многих веков в Саянах и на сопредельных терр. Юж. Сибири. Очевидно в кон. 1-го тыс. до н. э. в этот регион продвинулись самодийские группы, а не позднее сер. 1-го тыс. н. э. кетоязычные племена. Кетское влияние прослеживается в родовом составе Т., топонимике и др. Решающее влияние на завершающем этапе генезиса Т. оказали тюркские племена туба (впервые этот этноним упоминается в кит. хрониках кон. 1-го тыс. в форме дубо). По-видимому, первыми были тюркизированы кет-ские и лишь затем самодийские родо-племенные группы, участвовавшие в этногенезе Т. Ещё в 13 в. в Саяны проникли и монгольские группы, к-рые довольно быстро были ассимилированы в местной тюркояз. среде. Сложение Т. в отдельный этнос с общетюрк. языком завершилось к 19 в.

Охотник.

Основу традиц. х-ва Т. составлял охотничий промысел. Гл. его объектами были белка, соболь, выдра, бобр, лисица, росомаха, дававшие товарный мех, а также лось, марал, косуля. Промысел пушных вели гл. обр. поздней осенью и зимой, а копытных - круглый год; шкуры шли на изготовление одежды, обуви, домашней утвари, покрышек для чума. Для промысла маралов во время гона (сентябрь) использовали специальные деревянные дудки "мургу", имитировавшие крик самца. Существовали облавные охоты с применением засек. До кон. 19 в. использовались самострелы и луки (наряду с ружьями). Если до образования колхозов охотничий промысел был чисто мужским занятием, то позднее в него включились и некоторые женщины.

Тофаларка в национальном костюме.

Охотничий промысел у Т. сочетался с оленеводством. Оленей (т. н. карагас-ской породы) использовали для верховой езды и перевозки грузов вьюком. Важенок доили, получая молоко. На одно х-во в среднем приходилось от 20 до 30 оленей, до нач. 20 в. у немногих богатых семей было по несколько сотен голов. До перехода на оседлость Т. совершали вместе с оленями сезонные перекочёвки, поднимаясь из межгорных таёжных долин на летние стоянки в горах. В течение года совершали до 20 перекочёвок. Во 2-й пол. 19 в. у Т. начали появляться лошади, к-рых использовали в осн. для верховой езды. В домашнем произ-ве известны кузнечество, обработка дерева, бересты, кожи и рога. Некоторые изделия Т. наряду с пушниной и кожами шли на продажу, в т. ч. подбитые камусами лыжи, курительные трубки, сёдла, нек-рые берестяные изделия, меховые унты.

Условия жизни Т. к нач. 20 в. значительно ухудшились. В саянской тайге был почти полностью истреблён соболь, резко сократилось поголовье белок; в связи с этим нарушались сложившиеся традиции использования для промысла родовых терр., ускорилось социальное расслоение Т. На терр., заселённой Т., не было ни одной школы, а среди взрослого нас. грамотными были несколько человек.

Охотник на олене.

В 1920-х гг. был проведён ряд важных мероприятий по улучшению положения Т. В 1927 организованы Центр, саяно-карагасское х-во на пл. 3 млн. га и Саляский заповедник. В 1930 был создан Тофаларский нац. р-н с адм.-культурным центром в пос. Алыгджер. Вместе с тем переход к оседлости, воспитание детей в оторванных от традиц. хоз-ва домах-интернатах при школах, преподавание на рус. языке и прекращение обучения на тофаларском яз. имели негативные последствия для сохранения традиц. форм культуры и быта Т. Позднее было принято решение о ликвидации Тофаларского нац. р-на. В 1980-е гг. усилился интерес к возрождению тофаларского яз. и культуры. До перехода на оседлость осн. жилищем Т. был конич. шестовой чум, к-рый летом покрывали полосами вываренной бересты, а с наступлением холодов (до весны) - полстями, сшитыми из выделанных шкур лося или марала при помощи сухожильных нитей. Высота чума составляла 3-4,5 м, диаметр основания, круглого в плане, обычно 4-5 м. Вход, ориентированный преимущественно на В., прикрывали куском бересты, шкурой или тканью. В центре чума располагался очаг, над к-рым на цепи подвешивали бронзовый котёл либо использовали чугунный котёл, установленный на металлич. тагане. Постелью служили шкуры либо войлочные коврики, к-рые выменивали на пушнину у тувинцев и бурят. Котлы, чайники и пр. покупали у заезжих рус. купцов, ост. утварь изготовляли в основном сами (из дерева, бересты, кожи, внутр. органов животных).

Дом и чум в посёлке Алыгджар.

Левая сторона чума (по отношению к человеку у входа) считалась мужской, правая - женской. После перехода на оседлость в посёлках строили срубные дома. Все Т. сейчас живут в пос. Алыгджер, Верх. Гутара, Нерха в срубных домах. Чум вышел из употребления в 1970-х гг. Традиционная одежда Т. (мужская, женская и детская) существенных различий в покрое не имела. Зимнюю изготовляли из шкур копытных, гл. обр. лося, марала, оленя. В кон. 19 - нач. 20 вв. широко использовали покупные "русские" ткани, а также выделанные бурятские овчины. У тувинцев-тоджин-цев выменивали кит. ткани ("далембу").

Охотник на промысле. Возвращение охотников в посёлок.

Зимней традиц. одеждой служила шуба, сшитая мехом внутрь, собранная у ворота и по поясу в сборку. Её нередко обшивали по левой поле, обшлагам и подолу красным или чёрным сукном, иногда и мехом соболя, бобра либо полосками цветной ткани. Наиб, распространённым видом летней верхней одежды служил халат, к-рый шили из изношенных оленьих шкур или косульей ровдуги. Он имел прямой покрой, расширявшийся в подоле, и прямые рукава с глубокими прямоуг. проймами. Зимним головным убором женщин была шапка из оленьих шкур мехом наружу, летом - платок из покупной ткани, который повязывали вокруг головы. Многие мужчины летом носили кафтан с суживавшимися внизу рукавами, сшитый из сукна или ткани. Верх, одежду подпоясывали кожаным ремнём, к к-рому прикрепляли нож, огниво, трут, кисет. Вплоть до кон. 19 в. Т. надевали шубу непосредственно на голое тело. В качестве украшений женщины носили кольца и браслеты, серебряные серьги с полудрагоценными камнями, к-рые покупали гл. обр. у рус. купцов. Традиц. одежда в последние десятилетия быстро вышла из употребления, по данным социологического опроса 1985, она имелась у 6,2% нас.

В питании Т. существенное значение имело мясо, однако для этой цели домашних оленей забивали редко. Употребляли гл. обр. вареное мясо диких копытных - оленей, лося, косули, кабарги, а также медведя, зайца, белки, промысловых птиц. Жареное мясо употребляли реже. Молоко оленей пили в кипяченом виде, в осн. добавляя в чай. Из оленьего молока приготовляли сладковатый сыр и простоквашу. С наступлением холодов оленье молоко запасали, замораживая его в берестяных сосудах, очищенных кишках, желудках животных.

Растительная пища в зимнее время состояла в основном из высушенных луковиц сараны, а также запасённых с осени кедровых орехов. Осн. пищей служили лепёшки, к-рые готовили из ржаной муки, замешанной в горячей воде, и пекли в золе очага. Ели также мучную болтушку с солью. Рыба играла незначительную роль в питании, её ели вяленой, жареной, а также замороженной (строганина) в зимнее время. По данным социологического опроса сер. 1980-х гг., 76% Т. уже не готовили блюд нац. кухни.

До нач. 20 в. сохранялись нек-рые черты родового быта, в т. ч. осознание своей принадлежности к одной из восьми различавшихся своей численностью родо-племенных групп. Созданные рос. администрацией ещё в 19 в. пять "адм. родов" Т. не смогли вытеснить в сознании Т. вплоть до нач. 20 в. память о кровных родах "нён", члены к-рых вели своё происхождение от общего мифич. предка, имели родовое имя, общую терр. расселения. Наряду с родом существовали патронимии, представленные группами родственных семей, главы к-рых вели своё происхождение от одного предка по мужской линии. Хоз. связи патронимии определялись прежде всего совместным владением промысловыми угодьями. Традиц. формы власти были узаконены рос. администрацией еще в 19 в. Во главе пяти тофаларских улусов (адм. родов) сюял шулсша. 1-и; избирали раз в три года на собрании (суглане) для всех взрослых мужчин старше 16 лет. Помимо шуленги избирали старшину-судью и др. улусных начальников.

Каждая патронимия состояла из отдельных малых семей ("ёг ишти"), имевших в своей собственности оленей, орудия промысла, утварь, жилище и т. п. Эти семьи кочевали совместно, как правило, в летние месяцы, раздельно - в зимние. В пределах патронимии действовали обычаи взаимопомощи, распространявшиеся прежде всего на одиноких вдов и семьи, утратившие оленей. Патронимия у Т., вероятно, представляет собой одну из форм общины, традиции к-рой отчасти сохранялись до недавнего времени (в частности, преимущественное право членов патронимии на отстрел соболя на родовых промысловых угодьях). Для Т. характерна малая семья. В последние десятилетия всё больше создаётся нац.-смешанных семей, причём дети таких семей, как правило, считают себя Т.

Т. сохраняли в своей устной традиции песни, пословицы и поговорки. Особенно были распространены волшебные сказки, сказки о животных, легенды, нередко с космогоническим содержанием, лирические песни. В орнаментальной резьбе по дереву и кости преобладали геометрич. узоры (из зигзагов, треугольников, шевронов, ромбов). Реалистич. силуэтные фигурки животных, вырезанные из полосок бересты, служили игрушками. В религиозных верованиях Т., к-рые официально считались православными, важную роль играли дохристианские культы, а также шаманство. В начале 20 в. среди Т. насчитывалось несколько десятков шаманов - мужчин и женщин. Шаманы у Т. занимались гл. обр. лечебной практикой, совершая камлания, проводившиеся в ритуальной одежде. В чуме шамана висели вместилища духов - онгоны (различные ленты, изображения людей и животных, вырезанные из дерева или выкроенные из ткани, сукна, чучела соболя и филина), помогавшие шаману в излечении болезней.