РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ  ЭТНОГРАФИЯ РОССИИ

ХАКАСЫ


ХАКАСЫ, т а д а р (самоназв.), х о о р а и. Численность в Российской Федерации 78,5 тыс. чел. X. - коренное нас. Республики Хакасия (62,9 тыс. чел.), в Туве - 2,3 тыс. чел., в Красноярском кр. - 5,2 тыс. чел. Общ. числ. 80,3 тыс. чел. Они разделяются на четыре этно-графич. группы: качинцев (хааш, хаас), сагайцев (са аи), кызыльцев (хызыл) и койбалов (хойбал). Последние почти ассимилировались среди качинцев и сохранили память о своей иной принадлежности только в д. Койбалы Бейского р-на. Нас. долины р. Матур и верхнего Таштыпа считает себя сагайцами, но остальные X., учитывая их шорское происхождение и особый диалект, называют их чыстангас, т.е. "таежные асы". Говорят на хакасском яз., к-рый имеет 4 диалекта: качинский, сагайский, кызыльский и шорский. Современная письменность создана на основе рус. графики. Большая часть X. придерживается традиц. верований, несмотря на то, что в прошлом веке (1876) все они были официально крещены Рус. Православной церковью.

В царской России X., как и ряд других тюрк, народов, именовались татарами (минусинские, ачинские, абаканские). Двухвековое управление рус. администрации содействовало закреплению этого имени в сознании этноса. Помимо X. этноним "тадар" утвердился также среди соседних тюрк, народов Юж. Сибири - шорцев, телеутов и северных алтайцев. Смена исторического имени отразила произошедшие изменения в структуре и содержании этносов после присоединения их к России.

По данным письм. документов 17-18 вв. Хакасия была известна под именем "Кыргызская земля" или "Хонгорай", что свидетельствует о наличии здесь в эпоху позднего средневековья особого этносоциального образования. Необходимо отметить, что в фольклоре X. в качестве их старинного самоназв. употребляется этноним "хоорай" или, иногда, "хыргыс-хоорай". Он, несомненно, восходит к первоначальной основе "хонгорай", этимологию к-рой еще предстоит выяснить. Согласно письменным источникам на "урочищах Хонгороя" кочевали и имели свои промыслы кыргызы.

Термин "хакас" для обозначения коренных жителей долины Среднего Енисея был принят в первые годы советской власти. На втором съезде хакасского народа, проходившем 20-30 июля 1917 в с. Марков, было утверждено решение об образовании союза инородцев Минусинского и Ачинского уездов под названием "Хакас". В данной ситуации местная интеллигенция обратилась к тем далеким временам, когда, согласно кит. летописям, в долине Среднего Енисея существовало гос-во Хягас. В кит. источниках династии Тан (9-10 вв.) формой "хягасы" передавалось звучание имени енисейских кыргызов. Принятый этноним отождествлял коренных жителей Хакасии с кыргы-зами и способствовал их политич. возрождению.

В 13 в. под ударами монгольских завоевателей пало Кыргызское гос-во, просуществовавшее в долине Среднего Енисея более семи столетий. Высокая культура приходит в упадок, руническая письменность забывается; нас. разорено и частично угнано в плен. Терр. Хакасии была включена в состав монгольской кочевой империи, где составила один тумен. В эпоху позднего сред невековья разл. племенные группы Хакасско-Минусинской котловины образовали единое этнополитич. образование Хонгорай (Хоорай). Хонгорай было раннегосударственным образованием, к-рое объединяло четыре княжества-улуса: Алтысарский, Исарский, Алтырский и Тубинский, во главе к-рых стояли беги из кыргызского рода. Для решения гос. дел собирался съезд представителей всех четырех улусов. Нас. Хонгорая, несмотря на сохранение патриархально-родовых отношений, все же имело имущественную дифференциацию. Представителями правящего слоя выступали чайзаны или "лучшие люди", а эксплуатируемыми были харачы или "улусные люди", главной обязанностью к-рых являлась воинская повинность. Для укрепления политич. строя чайзаны содержали чиновничий аппарат - "тузумер". Исполнением княжеских приказов и сбором албана занимались "чазоолы", т. е. есаулы. В ведении каждого чазоола находилось примерно 40 юрт. Опорой княжеской власти служили дружины - "хозон", состоявшие из батыров. Они являлись знатным военным сословием. В 17 в. гос-во Хоорай могло выставить до 2 тыс. воинов. С 1667 оно находилось в вассальной зависимости от Джунгарского ханства.

Верхняя одежда.

В 1703 джунгарский контайша Цэван Рабдан, учитывая осложнившуюся политич. обстановку в Центральной Азии и, вероятно, сговорившись с кыргызскими бегами, переселил к своей ставке большую часть нас. Хонгорая. Угону подверглось "всего мужска и жен-ска полу тысячи с три дымов", т. е. приблизительно 15 тыс. человек. Согласно офиц. сведениям, в Хакасии осталось ок. 600 "луков", т. е. боеспособных мужчин. Это событие коренным образом изменило политич., этнич. и демографии, ситуацию в Юж. Сибири. 20 августа 1727 по Буринскому договору терр. Хонгорая отошла к России. Государственность X. была ликвидирована, а их этнич. терр. оказалась расчлененной между Кузнецким, Томским и Красноярским уездами. В 1822, согласно реформе М. М. Сперанского, Хакасия была включена в состав новообразованной Енисейской губернии. Разрозненные землицы и аймаки X. были объединены в четыре степные думы: Кызыльская, Качинская, Койбальская и Сагай-ская, к-рые в общих чертах совпали с терр. бывших хонгорайских улусов.

Процесс формирования хакасского этноса включает несколько этапов. Первоначальный, или кыргызский, этап связан с периодом существования Кыргызского гос-ва (6-13 вв.). Енисейские кыргызы, относящиеся к одному из древних народов Центральной Азии, сыграли решающую роль при зарождении основ хакасской культуры. Хонго-райский этап охватывает время существования гос-ва Хонгорай (Хоорай) (14-18 вв.), при к-ром начался процесс формирования хакасского этноса. Российский этап связан с присоединением X. к России и характеризуется завершением осн. процессов их консолидации (18-19 вв.). Совр. этап относится к советскому периоду развития и дальнейшей консолидации их под офиц. именем "хакас". 20 окт. 1930 была образована Хакасская авт. обл. в составе Красноярского кр. В кон. 1991 преобразована в Республику Хакасия в составе Рос. Федерации.

Охотник.

В эпоху позднего средневековья хоорайские беги обучались грамоте в Монголии, Джунгарии и, возможно, в Китае. В российских архивах хранятся хакасские послания 17-18 вв., написанные как монгольскими, так и "своими татарскими" письменами. В период нахождения X. в составе царской России своей грамоты у них не было. До 1917 в Хакасии только в десяти залах имелись "инородческие" школы, в к-рых, однако, преподавание велось на рус. яз. Создание собственной письменности в 1924-26 способствовало образованию литературного яз. (на базе качинского и сагайского диалектов). В настоящее время издается республиканская газ. "Хакас чир!", молодежная - "Чиит туе" и для детей - "Хода пыррычах". Хакасское отделение Союза писателей РФ имеет печатный орган, альманах "Ах тасхыл". Книжное издательство ежегодно выпускает в свет худ. книги и учебники. В конце 1980-х гг. свой национальный язык родным считали 76,1% X.; в то же время 23,6% X. в качестве родного указали русский и ещё 66,8% свободно им владеют.

Традиц. занятием X. было полукочевое скотоводство, максимально приспособленное к местным природным условиям. Хакасско-Минусинская котловина - один из древнейших скотоводческих очагов Сибири. Осн. видами стада здесь были лошади, кр. рог. скот и овцы. Поэтому X. называли себя трехстадным народом. Наличие табунов свидетельствовало о зажиточности хозяина и поднимало его престиж среди скотоводов. Многие байские фамилии предпочитали разводить коней определенной масти. X. знали до 12 способов стрено-жения коней. Табунных лошадей ловили при помощи лассо (урух). В основном пастухи кидали лассо стоя с земли и набрасывали его или на шею или, пуская кольцо аркана по земле, накатывали на две передние ноги бегущей лошади. Если лассо бросали с верховой лошади, то конец его закрепляли за седло способом "тапчор". Аркан пропускался с левой стороны под седло, затем под брюхо и через левое стремя выводился и затягивался на передней луке седла. Для того чтобы поймать в степи убегающую лошадь, пользовались укрюком (урарас) - длинным тальниковым шестом с закреплённой петлей аркана на конце. Аркан был привязан способом "тапчор" к седлу. Табунщик верхом на коне догонял бегущую лошадь и укрюком, надев петлю на шею, заарканивал её. В 19 в. укрюк вышел из употребления. Им продолжали пользоваться только конокрады.

Рабочих лошадей зимой держали на приколе (брген). Для этого осенью около аала вбивались колья: по 40 кольев на расстоянии двух арканов друг от друга для каждой лошади. Зимой к ним привязывали лошадь, к-рая находилась на подножном корму. За работу по установлению 40 кольев платили овцу. Если кто-нибудь зимой использовал чужой орген, то хозяин имел право подать на него в суд и требовать возмещения убытка.

Сказительница.

Доение осуществлялось подсосным способом. Для жеребят и телят на летниках делали специальные привязи - чиле. Аркан длиной в 6-10 м привязывали с двух сторон к кольям. От него отходили постромки - чыхта, к к-рым за ошейник прицепляли молодняк. Вечером телят подпускали к коровам. Как только корова отпускала молоко, телят за ошейник привязывали к чиле. Если телёнок погибал, то из его шкуры делали чучело (тулуп), к-рый при дойке ставился перед коровой. Последняя облизывала его, принимала за живого и отпускала молоко. Чтобы телята не сосали вымя матери в поле, им на морду прикреплялась деревянная дощечка "тыбых" или четырёхугольная рамка "морхах". Упрямого и непослушного телёнка, к-рый постоянно убегал, связывали за ошейник и за хвост со смирным собратом. Такой способ усмирения назывался "хозахтаан пызо". Если в одном хозяйстве количество скота в стаде составляло 100 голов, то к такому стаду применялось выражение "множество скота", а его хозяин считался баем.

Местная порода овец с плотной шкурой, большим курдюком и жёсткой чёрной шерстью была хорошо приспособлена к суровым зимним условиям Хакасии. Однако ещё в 18 в. обыкновенными считались "белые с чёрными или пёстрыми головами". Вероятно, они относились к наиболее древней местной породе, ибо вплоть до 20 в. при жертвоприношениях забивались только белые овцы с черной головой. Разведением коз X. практически не занимались. По отношению к ним существовало много различных суеверий. Например, коз считали созданием бога подземного царства Эрлик-хана.

Значит, место в х-ве X. (кроме качинцев) занимала охота. Она была чисто муж. профессией. Женщинам не разрешалось прикасаться к оружию. Юношей приучали к охоте с 15 лет. Ко времени совершеннолетия они становились самостоят, охотниками. Первый промысел пушных зверей (в основном белки) начинался в сентябре-октябре. Выезжали в тайгу на лошадях и с собаками-лайками. В кон. ноября, после выпадения глубоких снегов, охотники возвращались домой. В кон. декабря - нач. января охотники выходили в тайгу на второй сезон (в основном на соболя), к-рый длился до кон. апреля. Они отправлялись без коней и без собак, на лыжах и тянули за собой нарты (санах) с провизией. На одни нарты укладывали до 6 пудов груза (в основном продукты).

По представлениям X. таежные звери были скотом "горных хозяев" - таг ээзи. Охотники обязательно по вечерам играли на хомысе (музыкальном инструменте) и рассказывали сказки. "Горные хозяева" любили слушать музыку и за предоставленное удовольствие посылали им добычу.

На современной свадьбе.

Для ловли зверей и птиц использовали до 30 разл. видов капканов и приспособлений. На тропинках диких коз вырывали специальные ямы - куруп или устанавливали самострелы - ая (один охотник мог ставить до 150 самострелов). В июне, когда расцветал дикий пион, коз били, призывая манком - сымысхы, звук манка подражал голосу детеныша. Выдр и бобров ловили специальными сетями - пара в виде длинных и узких вентерей с широкой горловиной. Лучшие выдры считались по р. Она в верховьях р. Абакан. Осенью, когда у маралов шел гон, охотились с помощью горна - пыргы, звуки его подражали призывам самцов на поединок. После удачной охоты звероловы, приближаясь к аалу, победно трубили в пыргы. Женщины и дети, услышав эти звуки, с радостью выбегали их встречать.

В Саянских горах водилась кабарга. Охотились на неё при помощи специальных загородей - тис. Ловили"" кабаргу из-за дорогостоящей мускусной железы - хайыр, имеющейся у самцов. Мускус очень ценился китайцами, монголами и др. народами Центральной Азии как сильное лекарство. Ещё в средневековые времена восточные путешественники отмечали, что лучший в мире мускус добывался в стране кыргызов, т. е. в Хакасии.

Охота на медведя сопровождалась сложными обрядами. X. считали его братом человека. В силу религ. запретов медведя называли иносказательно: старик, дедушка, господин, потная шуба и т. д., ибо боялись прогневить его непочтительным обращением. Убитого медведя свежевали на месте. Череп вешали на дерево. Ночью устраивали поминки (аба тойы), т. е. медвежий праздник. По убитому медведю плакали и причитали со словами "абам олд!" - "умер наш отец". Всю ночь не спали и рассказывали сказки под струны чатхана или хомыса. Охота была суровым и нелегким трудом. Недаром хакасы сложили пословицу: "Силы женщины забирают дети, силы мужчины забирает тайга".

Ко времени присоединения Хакасии к России земледелие сохранилось только в подтаежных районах с ручной обработкой земли. По хакасским преданиям, возрождение хлебопашества в долине Абакана связано с сагайцами, к-рые сохранили от монгольских погромов ячменные семена. В 18 в. осн. земледельч. орудием служил абыл - тип кетменя, представляющий массивную железную лопату с насаженным под углом черенком. Им "взбивали" земельные участки, расположенные на южных склонах гор и холмов. За день сильный мужчина абылом обрабатывал один загон, где можно было засеять один пуд ячменя. В кон. 18 - начале 19 вв. в связи с распространением пашенного земледелия на смену абылу пришла соха - салда. В день на хорошей лошади сохой вспахивали до полдесятины пашни. Пахать начинали в мае. Время вспашки определяли нар. способом. Проделав борозду вокруг загона, садились на вспаханную землю и закуривали трубку. Если за время ее выкуривания нижние оголенные части тела не замерзали, это означало, что земля достаточно теплая и годится для сева.

Во время моления на празднике "Ада-Хоора".

В 18-19 вв. осн. посевной культурой был ячмень, из к-рого делали традиц. талкан. Чтобы приготовить талкан, ячменные зерна сначала толкли в ступках, затем веяли на веялках, поджаривали в железных чашах и под конец мололи на ручных мельницах. Зерно для повседневного употребления держали в закромах юрт и амбарах. Остальной урожай хранили в специальных хлебных ямах - ора, выкопанных у пашни на склонах гор. Чтобы избежать сырости, дно и стенки ора выжигали разведённым костром, а затем обшивали берестой.

Осенью в сентябре подтаежное население Хакасии выезжало на сбор кедрового ореха (хузук). Для сбивания шишек применяли колот-нохы. Он представлял собой громадную чурку, насаженную на толстую жердь. Упирая жердь концом в землю, нохы с силой били по стволу кедра. Орех шелушили при помощи деревянных терок - наспах. Лакомым блюдом считались мирек - большие пельмени с ореховой начинкой. Сытная каша из кедрового ореха - тохчах потхы - в течение двух недель восстанавливала вес и силы отощавшего охотника. Весной и в нач. лета женщины и дети выходили на промысел кандыка и сараны. Выкапывали их специальным заступомозоп. В день удавалось накопать до одного ведра. На одно х-во заготавливали до 5 мешков съедобных кореньев. Их мыли, нанизывали в связки и сушили. Сушеные корни мололи на ручных мельницах, а из муки делали молочные каши, пекли лепешки и т. д.

В каждом х-ве занимались выделыванием кож, катанием войлоков, ткачеством, свиванием арканов и т. д. Весной, после стрижки овец, на открытой площадке раскладывали шерсть для изготовления войлоков. Ее перебирали и складывали в одноцветные груды по 5-10 кг каждая. После этого группа женщин и подростков садилась вокруг и ритмично взбивала их гладкими тальниковыми прутьями (сабос). Когда вся шерсть делалась пушистой, то её, расстелив на специальной длинной холстине - икс, сворачивали в рулон. После этого два человека катали свёрнутый рулон до тех пор, пока войлок не уплотнится ("не войдёт"). Большой войлок для покрытия юрт катали на лошадях. Окончательно его уплотняли ударами локтей. Женщины садились на корточки вдоль войлочного рулона и ритмично сбивали его локтями о стенку юрты. От последнего вида работы у женщин " буквально не оставалось живого места на локтях. За один день группа в 4-5 человек могла сделать 2- 3 войлока.

Во времена Кыргызского гос-ва народы Южной Сибири широко пользовались керамич. изделиями. Наряду с хоз. посудой создавались прекрасные вазы, выполненные на гончарном круге. Секрет изготовления необычной по прочности серой керамики "кыргызских ваз" до сих пор остается тайной. В 19 - нач. 20 вв. на Саяно-Алтай-ском нагорье гончарство сохранилось только в Шории, в устье р. Мрассу, где изготовлялись лепные горшки, удивительно напоминающие керамику времён Тагарской культуры (7-1 вв. до н. э.).

В 17-18 вв. X. подтаёжных р-нов сами добывали руду и считались искусными плавильщиками железа. Небольшие плавильные печи (хура) сооружались из глины. Железную руду очень мелко толкли в чугунных ступах, а затем небольшими порциями вместе с углем сыпали в узкое верхнее отверстие печи. За одну плавку получали до 1,5 кг железа. Кузнецы изготовляли ножи, тавра для скота, абылы, озопы для копания кореньев и т. д. В кон. 1980-х гг. основная масса X. (64,6%) продолжала жить в сельской местности, где традиционно занимается скотоводством.

Социальная структура и административно-правовые институты у народов Южной Сибири, и X. в том числе, отражали своеобразие сложившихся у них социально-экономических отношений при сильном влиянии рос. гос. системы. Уравнивая байскую верхушку X. с сородичами в качестве ясачных людей, царизм в то же время отвел им роль чинов низшего звена административного аппарата, сосредоточил в их руках сбор ясака и судопроизводство.

Во главе степных дум стояли беги (пи-глер), называемые в офиц. документах родоначальниками. Назначение их утверждалось генерал-губернатором Восточной Сибири. Бегу подчинялись чайзаны, стоявшие во главе административных родов. В офиц. документах они назывались улусными башлыками или родовыми князцами. Символом власти чайзана была родовая печать. Около юрт башлыков специально устанавливали шестиметровые шесты с флажками (тув). Самым низшим рангом среди башлыков были чазоолы - сборщики податей. Они исполняли также полицейские обязанности. Признаком власти чазоола служила серебряная нагайка, носимая за поясом.

Согласно обычному праву, браки между представителями одного рода (сеока) не допускались. Родовая экзогамия была законом, однако уже с середины 19 в. ее начали нарушать. Разрешались браки между лицами одного сеока, если в их родословном древе по отцовской линии до седьмого колена не , прослеживалось кровного единства. Вместе с тем поощрялось бракосочетание в близкой степени родства по жен. линии. Осн. формой заключения брака являлось похищение (тутхын) девушки с дальнейшей уплатой калыма. Обычно влюбленные сами договаривались о дне и времени похищения.

Священный обелиск - "ходес".

У X. соблюдался обычай левирата. Если умирал муж, то вдову, при её согласии, отдавали замуж за холостого младшего деверя или мл. родственника умершего. Через год после смерти мужа, на последних поминках, в юрту вдовы приводили мл. деверя. По обычаю он навьючивал на спину седло и перемётную суму, а в руках держал уздечку и ружьё. При входе в Юрту он клал седло на кровать, а из ружья стрелял в дымовое отверстие, чтобы отогнать злые силы, забравшие старшего брата. На следующий день вдове переплетали косы и устраивали небольшое застолье. Существовал также сорорат. В том случае, когда умирала жена, вдовец мог жениться на её мл. сестре или мл. родственнице. Указанные обычаи возникли в патриархальных условиях, когда родственники заботились о сохранении потомства в своём кругу. Одна из ранних форм заключения брака была связана с обычаем дарения фламинго (хыс-хылых). Мужчина, подстреливший фламинго, которые весной и осенью иногда пролетают над Хакасией, мог сватать любую девушку. На птицу надевали красную шелковую рубаху, на шею повязывали красный шёлковый платок и отправлялись с ней к любимой девушке. Родители должны были принять фламинго, а взамен отдать дочь. Калым не полагался. Если девушку не отдавали, то, по хакасским поверьям, птица хысхылых проклянет этот дом, и дочь их умрёт. В данном обычае прослеживается культ "проклинающих" птиц.

На свадьбе совершался ритуал поклонения невесты луне и солнцу. Этот ритуал был своего рода венчанием и присягой на верность в супружестве перед светилами. Его совершали только для тех, кто женился в первый раз, в редких случаях при повторном браке и никогда - при третьем. По отношению к луне женщины соблюдали такие же церемонии, как к свёкру и свекрови. Поэтому при выходе на улицу они накидывали на голову платок, ибо перед светилами нельзя показываться с непокрытой головой.

После выхода девушки замуж вступал в силу обычай избегания (хазынас), т. е. невестка избегала встреч с мужчинами из сеока мужа, должна была почитать его родовые горы, фетиши и т. д. По этому обычаю она не имеет права называть имя свёкра и всех старших родственников мужа, разговаривать с ними, здороваться за руку, поворачиваться к ним спиной, показываться перед ними без головного убора и т. д. Обычай хазынас был выражением глубокого почитания старших родственников по сеоку мужа. С другой стороны, он возник в патриархальных условиях как запрет и предостережение против кровосмешения.

Основным видом хакасских поселений были аалы - полукочевые объединения нескольких домохозяйств (10-15 юрт), как правило, родственных между собой. К началу 20 в. коренное население проживало приблизительно в 520 аалах. Главным местом расположения являлся зимник (хыстаг), к-рый обычно находился на берегу реки, где имелись покосы, пашни, вода и лес. Зимние усадьбы были обнесены городьбой, в центре к-рой находились юрты, рядом - амбары и бани, а затем крытые скотные дворы. На зимнике жили с октября и до апреля. В апреле, как только зазеленеет степь, аал перекочевывал на весенник (частаг) в степь. Здесь происходил окот скота. От зимника до весенника обычно насчитывалось 10-30 км. Затем перекочевывали на летник (чайлаг). Он располагался вдали от покосов и пашен, в прохладных местах у родников и рощ. В сентябре перекочевывали на осенник (кустег), который, как правило, находился на о-вах рек. Отсюда поздней осенью возвращались на зимники. В 19 в. большая часть хакасских х-в перешла на яйлажный тип скотоводства и стала кочевать только два раза в году, с зимника на летник и обратно.

В 17 в. рус. документы отмечали у X. наличие "каменных городков". Вероятно это крепостные сооружения "с.'вее", расположенные в горных местах. Подобных крепостей в Хакасии насчитывается более 70. Легенды связывают их возведение с эпохой борьбы против монг. владычества и рус. завоевания.

Осн. жилищем X. служила юрта (иб), максимально приспособленная для полукочевого х-ва и природных условий Саяно-Алтая. До середины 19 в. бытовала переносная круглая юрта (тирмелIг иб) каркасного типа. Её остов составляли стены из раздвижных решеток (тирме) с дверной рамой и купол, образованный из жердей (ух), прикреплённых нижними концами к решёткам стены, а вверху вставленных в круг дымохода (хараачы). Летом юрту (тирмел иб) покрывали берестой, а зимой войлоком. Причём, чтобы войлок не намокал от дождя и снега, его сверху еще закрывали берестой. Богатые хозяева покрывали юрты белым войлоком, иногда узорчатым. Войлочные покрышки обтягивались шестью арканами, свитыми из белого, красного и чёрного волоса. В летних юртах белая сторона бересты обычно обращалась наружу, создавая радостное впечатление для путников в степи. Бересту для юрт заготавливали в июне, к-рый до сих пор по-хакасски называется "тос айы" - месяц заготовки бересты. В первой пол. 19 в. войлочная юрта стоила от 75 до 150 руб., а берестяная - 30-35 руб. Начиная с середины 19 в. среди X. получили широкое распространение стационарные деревянные юрты "агас иб". Они были шести-, восьми-, десятиугольными, а у баев двенадцати- и, даже, четырнадцатигранными. Стены их (хана) были сложены из отесанных лиственничных бревен в 8-10 венцов. Высота средней юрты доходила до 3,5 м при диаметре 6-8 м. Крыша (хыр) была двух типов. Первый по своей конструкции напоминал каркас купола войлочной юрты (тирмел!г иб). Массивный деревянный круг дымохода (хараачы) укреплялся на стропилах, идущих от каждого угла юрты. Коническую крышу покрывали тесом, края дымохода (ту-нук) окаймляли слоем плах, предназначенных для закрепления крыши от порывов ветра. Второй тип конструкции представлял решётку из балок (хыйынды), сложенных в виде пирамиды. Свод крыши (хайынды) покрывался сначала берестой, а сверху лиственничной корой. За постройку деревянной юрты давали двух волов или одну дойную корову. В 1840 в Хакасии насчитывалось 3073 войлочных и 890 дерев, юрт. В конце 19 в. войлочных и берестяных уже не было, а отмечалось 4047 дерев, юрт. На 1909-10 их стало 6018. За годы Советской власти юрты перестали строиться и сейчас сохранились в незначит. количестве.

В центре хакасского жилища располагался очаг, а под ним в крыше делалось дымовое отверстие (тунук). Очаг был выложен из камней на глиняном поддоне. Здесь же ставился железный треножник (очых), на к-ром находился незаменимый казан. Дверь хакасских жилищ была строго ориентирована на восток, что было связано с почитанием восходящего солнца и, кроме того, господствующими в этом крае западными ветрами. Напротив входа у зап. стены ставилась супружеская кровать (оорган). Она изготовлялась из дерева. Её фасад обивался 4-5 рядами резных реек, обтянутых цветным сукном - красным, зеленым, синим. Постель состояла из многослойной простеганной белой кошмы. Каждый слой кошмы с лицевой стороны обшивался разноцветными полосками сукна. Богатые хозяева имели нарядные одеяла, сшитые из мер-лушек или соболей. Сверху они покрывались шелком, а по краю шла кайма из шелка другого цвета. С двух сторон постели лежали хакасские подушки (частых). Они делались в виде суженных с тыльной стороны валиков из дубленой кожи. Лицевая сторона валика обрамлялась четырехугольной дощечкой, обтянутой плисом и украшенной радужной вышивкой (чеек). С тыльной стороны частыха было отверстие, куда складывали белье и одежду. Кровать завешивалась пологом (кбзеге), сшитым из шелка и парчи. После смерти супругов постель и полог разрезали пополам и хоронили вместе с ними. С сев. стороны юрты, на жен. половине, находились три буфетные стойки (Iлгор), а с южной стороны вдоль стен располагались три мебельные секции (параан).

Нац. костюм X. представляет собой исторически сложившийся комплекс, впитавший за долгое время своего развития разл. моды предшественников. Осн. видом нательного белья служили у мужчин рубаха, а у женщин платье. Для повседневной носки их шили из хлопчатобумажных тканей, а праздничные - из шёлка. Покрой муж. рубахи не отличался от жен. платья, но делалась она намного короче и по середине спинки не вставлялись клинья. На её пошив шло до 5 м ткани. Она кроилась с поли-ками (ээн) на плечах, с разрезом на груди и отложным воротником, застегивающимся на одну пуговицу. Спереди и сзади ворота делались складки, благодаря чему рубаха была очень широка в подоле. Объемные рукава с частыми сборками у поликов заканчивались узкими обшлагами (мор-кам). Под мышками вставлялись квадратные ластовицы. На жен. платье шло до 7 м материи. Задний подол делался длиннее переднего и образовывал небольшой шлейф. К стану сначала пришивали воротник, а затем рукава. На шве рукава под мышками и над обшлагами оставляли непроштыкованные полоски, к-рые скреплялись швом "через край" (чбр-бен). Такие полоски назывались "хут сынынчан", т. е. место притяжения души человека. Их зашивали после его смерти на похоронах. Полики, ластовицы, обшлага, кайма (кббее), идущая вдоль подола, и углы отложного воротника жен. платья делались из материи другого цвета и украшались вышивкой. Жен. платье никогда не подпоясывалось иа исключением вдов). Предпочтительными для платья служили красные, синие, зелёные, коричневые, бордовые и чёрные ткани. X. не любили жёлтый цвет, ибо он ассоциировался с видом духа-хозяйки малярии и желтухи.

Поясная одежда мужчин состояла из нижних штанов (ыстан) и верхних брюк (чанмар), названия к-рых были общими для всех тюрк, народов. Праздничные брюки шились из плиса и обязательно с прорезными карманами. Поверх карманов нашивались шелковые или парче-вые лампасы, алеющие из-под подола рубахи в виде раздвоенной вилки. Жен. панталоны (субур) обычно шились из синей ткани дабы и по своему покрою не отличались от муж. штанов. Штанины заправлялись в голенище сапог, ибо конца их не должны видеть мужчины и, особенно, свекор.

Муж. халатычимче обычно шили из сукна, а праздничные - из плиса или шёлка. Длинный шалевый воротник, обшлага рукавов и борта обшивались черным бархатом. Халат, как и любая другая муж. верхняя одежда, обязательно подпоясывался кушаком (хур). С левой его стороны прикреплялся нож в деревянных, орнаментированных оловом ножнах, а за спиной привешивалось за цепочку огниво с инкрустациями из кораллов. Замужние женщины поверх праздничного костюма (халатов и шуб прямого покроя) обязательно одевали без-рукавку-сигедек. Девушки и вдовы не имели право носить подобный наряд. Сигедек шили распашным, с прямым разрезом. Каркас его делали из четырёх слоев ткани, склеенных клейстером, благодаря чему он хорошо сохранял свою форму. Широкие проймы, ворот и полы украшались радужной каймой (че-ек). Чеек представлял собой нашитые вплотную, ряд за рядом, узенькие шнурочки, вручную сплетённые из цветных шёлковых ниток. В его декоре сочетались семь цветов, напоминающих радугу: малиновый, желтый, оранжевый, белый, голубой, зелёный, алый. Ширина вышитой дорожки равнялась ширине большого пальца.

Весной и осенью молодые женщины одевали распашной кафтан (сикпен или хаптал). Его шили из тонкого сукна, и он был двух типов: отрезной и прямой. Шалевый воротник покрывали красным шёлком или парчой. На лацканах нашивали перламутровые пуговицы или раковины каури, а края окаймляли жемчужными пуговицами. Концы обшлагов сикпена (как, впрочем, и другой жен. верхней одежды) в долине Абакана делали со скошенным выступом в форме конского копыта (омах). Скошенные обшлага были удобны для прикрытия лица стыдливых девушек от назойливых взглядов парней. Спинка прямого сикпена украшалась растительным орнаментом, а линии соединения проймы рукавов обшивались декоративным швом-брбе - "козлик" или "козлежка наперекрест". Хакасская вышивка отличается яркими цветами растительного орнамента, причем у качинцев доминируют сочетания стилизованных трилистников, а у кызыльцев и сагайцев - натуральные стебельчатые цветки. Мастерицы сначала вырезали трафарет (ул-гу) из бересты или бумаги, а затем переводили орнамент на ткань. Отрезной сикпен украшали аппликациями (пыра-ат). Шелковый квадрат материи натягивали на картон или кожу и пришивали по низу спинки. По виду фигура аппликации напоминала трёхрогую корону. Каждый пыраат обшивали тамбурным швом, затем декоративной вышивкой брбе, к-рую опять окаймляли тамбуэ-нымТйвом. Над аппликацией вышивали рисунок "пять лепестков" (пис азыр), напоминающий лотос. Красивые аппликации "пыраат" являлись предметом тщеславия мастериц, которые любили продемонстрировать перед людьми своё искусство.

Зимой X. носили овчинные шубы (тон), которые, вероятно, в более ранние времена служили универсальной одеждой для всех времен года. Одежда из мехов соболей, бобров и выдр была только байским достоянием. Согласно хакасской моде, женщины должны выглядеть дородными. Их широкие одежды дополнялись с двух сторон платками. Обычно под рукавами выходных шуб и халатов делали петли, куда привязывали большие шелковые платки. Зажиточные дамы вместо них привешивали длинные сумочки (!лт!к), сшитые из плиса, шёлка или парчи. Их бока вышивали шёлковыми нитками или бисером, образующими сказочные растительные узоры. Девушки до замужества носили множество косичек. Основную декоративную нагрузку несли косички, к к-рым привязывались накосные украшения - тана поос. Основу, сделанную из четырёхугольного куска дублёной кожи, покрывали плисом. Посредине нашивали от трёх до девяти перламутровых блях (тана), иногда соединённых между собой вышитыми узорами. Края орнаментировали радужной каймой (чеек). Накосные подвески относятся к древним формам девичьих украшений. Замужние женщины носили коралловые серёжки "ызырва". Кораллы покупались X. у татар (саат), к-рые привозили их из Ср. Азии. Одна большая бусина стоила вола или лошади.

Типичным жен. украшением был нагрудник-пого. Основу, вырезанную в виде полумесяца с закруглёнными рожками, обтягивали плисом или бархатом. На лицевой стороне пришивали перламутровые пуговицы, пространство между к-рыми заполнялось кораллом или бисером в виде кругов, сердечек, "почек", трилистников и других древних узоров. По нижнему краю пускалась бахрома из бисерных снизок (силб! рге) с мелкими серебряными монетками на концах. Согласно хакасскому правилу, пого готовили женщины своим дочерям перед свадьбой. У девушек многочисленные косички (сурмес) заплетались по часовой стрелке. На севере Хакасии, в долине Июсов, волосы расчёсывали на пробор и заплетали, начиная от уровня ушей. В долине Абакана косички делали от основания волос. Поэтому у сев. хакасок заплетённые косички выглядели густыми и ровными, а у юж. - прореженными. Замужние женщины носили две косы (тулун), заплетённые против часовой стрелки. Старые девы носили три косички (сурмес). Женщины, имеющие внебрачного ребёнка, обязаны носить одну косу (кичеге). Считалось, что если её не заплести, то несчастье постигнет дом. До присоединения Хакасии к России мужчины в качестве причёски носили косичку "кичеге". С конца 18 в. они стали подстригать волосы "под горшок".

Осн. пищей X., как и др. скотоводч. народов Южной Сибири, служили зимой мясные, а летом молочные блюда. Они предпочитают употреблять супы (угре) и разл. бульоны (мун) с отваренным мясом. Наиболее популярными были крупяной суп (чарба угре) и ячменный (кбче угре), обычно подаваемые во время обеда. Одним из самых любимых и праздничных блюд является кровяная колбаса хансол). Её обязательно готовят, когда режут скот. Самым распространённым напитком X. был айран, приготовленный из кислого коровьего молока. Для получения закваски в кожаную флягу наливали кислое молоко или пахту. Затем сюда добавляли измельчённые на ручной мельнице хакасские сырцы (п!ч!ро). Кожаную флягу с кислым молоком привязывали к седлу лошади и ездили с ним до тех пор, пока не сбивалась закваска. Для разведения айрана к закваске каждый день вечером и утром подливали обрат, кипячёную воду и сыворотку. Сыворотку (хыбыран) добавляли обязательно, иначе напиток быстро перекисал. Айран держали в больших кадках. Для получения дальнейших продуктов айран перегоняли на молочную водку (айран арагазы). Молочную водку употребляли по праздникам, для угощения гостей и для выполнения религиозных обрядов. Значение айрана трудно переоценить. Сами X. говорят: всё здоровье народа от айрана.

X. была создана своя система измерения времени и пространства. Они пользовались календарём (муче), каждый цикл к-рого состоял из двенадцати лет. Хоз. годовой цикл был отмечен рядом праздников. Весной после окончания посевных работ отмечали Урен хурты - праздник убиения зернового червя. Он посвящался благополучию посева, чтобы червь не погубил зерно. В начале июня после перекочёвки скотоводов с зимника на летник устраивали Тун пай-рам - праздник первого айрана. В это время перезимовавший скот поправлялся на первом зелёном корму и появлялись первые молочные продукты. Праздник Тун пайрам был связан с почитанием скотоводства - основы традиционного х-ва. На праздниках устраивались спортивные состязания: бега, конные скачки, стрельба из лука, традиционная борьба. X. боролись, подпоясавшись кушаками. Борцам необходимо было держаться за кушаки и бросить соперника на землю, чтобы он потерял две точки опоры. Самое любимое зрелище - конные состязания. Эти бега имели древние устоявшиеся традиции и разработанные до мельчайших подробностей правила. Хозяева скакунов сами в забеге не участвовали, а сажали на коня мальчиков-подростков. Седоки держались на конях без сёдел, а для отличия на голову повязывали платок определённого цвета. На скакунов ставили крупные заклады - до 300 руб. деньгами и до 100 голов кр. рог. скота. Выигравший пари ставил угощение всему собравшемуся народу.

Богатство духовного мира X. представлено бесценными сокровищами памятников фольклора, дошедших до нас из глубины веков. В произведениях устной литературы отразились и историч. прошлое народа, и его этнокультурные связи с соседями, и эстетич. идеалы, и изысканность языка. Наиболее распространенным и почитаемым жанром является героич. эпос (алыптыг нымах; известны более 250 произведений). Он отличается значительным объемом (до 10-15 тыс. строк) и особым поэтич. стилем. Алыптыг нымахи исполнялись низким горловым пением (хай) под аккомпанемент муз. инструментов. В центре героич. сказаний находятся образы богатырей - алыпов. Смысл их жизни заключается в защите свободы своей отчизны от посягательств чужих ханов и подземных чудовищ. В героич. эпосе представлены мифологич. понятия X. о делении вселенной на три мира. Верхний - чаян чир! находился на небесах и был обителью девяти творцов, главой к-рых являлся Чалбырос-чаян. Среди сонма верховных божеств в фольклоре называются: Кугурт-чая-чы - громовержец, поражающий своими стрелами нечистую силу; Чалты-рах-чаячы - создатель света, озаряющего землю; Чарлых-чаян - вершитель судьбы людей и т. д. В нижнем мире - айна чир! - правят семь подземных божеств-эрликов, главой к-рых выступает Эрлик-хан или Чингес-хан.

В среднем мире - кушг чир - обитают люди. Их окружают разл. духи-хозяева местностей и природных явлений - ээзи. Глава всех горных хозяев называется Хубай-хан, глава речных духов - Сугдай-хан, хозяин ветра - Чилдей-хан и т. д. Герои-алыпы в своих приключениях попадают и в подземный мир, и на небеса к творцам. Сказители пользовались большим уважением, их часто приглашали в гости в разные концы Хакасии. В некоторых родах они даже не платили податей. В хакасском фольклоре насчитывается более 500 разл. по сюжету проза-ич. произведений. Вера в силу магического воздействия слова выражена у X. в канонизированных формах благопоже-ланий (алгыс) и проклятий (хааргыс). Согласно народной традиции, благопо-желания имел право произносить только зрелый человек, перешагнувший 40-летний возраст. В противном случае каждое его слово примет обратный смысл. Традиц. мелодии хакасских песен (сарын, ыр) не отличаются большим разнообразием, особенно у населения долины Абакана, где господствует унылый однообразный мотив. В Июс-ских степях, на сев. Хакасии, песни более мелодичные и приятные на слух, особенно древние мотивы песен-плачей (сыыт). По хакасскому правилу, каждый уважающий себя человек должен в течение жизни сочинить одну небольшую оду о своей судьбе.

В течение многих веков складывался народный опыт лечения людей. X. знали целебные свойства таёжных горячих источников, к-рые и сейчас пользуются широкой популярностью на Саяно-Алтае. Лечебные травы составляют основу народной медицины.

X. сохранили особенности своего мировоззрения. Религ. верования поддерживались социально-сословной группой шаманов или камов. Они являются избранниками духов-тёсей. Эти невидимые вечные существа, созданные вместе с землей, сотворенные вместе с небом, передаются по наследству и верно служат своему хозяину, обучение молодого кама проходило под руководством избранного учителя (пастаан-наба) в течение 3 месяцев. Главная функция шаманов заключалась в лечении людей. Кроме того, они возглавляли общественные моления - тайых. На терр. Хакасии насчитывается около 200 культовых мест, где совершались жертвоприношения. Они обозначались или каменной стелой, или алтарём, или насыпанной каменной грудой (обаа), рядом с к-рыми устанавливали берёзки и привязывали красно-бело-синие ленточки - чалама. Среди снежных пиков Западных Саян выделяется величественный пятиглавый Борус - священная для каждого X. горная вершина, место зарождения шаманов. Как гласят мифы, она названа в честь хакасского Ноя, спасшегося во время всемирного потопа. От Боруса родились сыновья, ставшие основателями племенных групп. При камлании шаманы в первую очередь благословляли эту священную вершину и упоминали своего мифического предка. В 1991 в связи с образованием Республики Хакасия родился новый праздник - Ада-Хоорай, основанный на древних ритуалах и посвящённый памяти предков. Во время моления после каждого ритуального обхода священного алтаря все опускаются на одно из колен (мужчины - на правое, женщины - на левое) и троекратно припадают челом к родной земле по направлению к восходу солнца. Общественное моление содействует единению народного духа, поднимает мысль выше обыденной суеты к вечному. Философия хакасского шаманизма перекликается с древними религ. учениями Китая, Ирана, Тибета. Борьба двух миров - доброго и злого, культ огня, сложное понятие о душе, названия божеств - все это говорит в пользу древних культурных связей X. с другими народами Азии.