РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ  ЭТНОГРАФИЯ РОССИИ

ШОРЦЫ


ШОРЦЫ, шор (самоназв.). Числ. в Российской Федерации 15,7 тыс. чел., коренное нас. Кемеровской обл. Живут также в Хакасии и Респ. Алтай. Общ. числ. 16,6 тыс. чел. Осн. терр. обитания - басе. ср. течения р. Томь и ее притоков Кондома и Мрас-Су (Каларский, Коуринский, Кызыл-Шорский, Усть-Анзасский, Усть-Кабырзинский, Усть-Колзасский, Чилису-Анзасский сельсоветы Таштагольского р-на, Майзас-ский и Тебинский сельсоветы Междуреченского р-на, Подобасский и Чувашинский сельсоветы Мысковского горсовета, Атамановский, Безруковский, Орловский и Костенковский сельсоветы Новокузнецкого р-на); живут также в гг. Мыски, Междуреченск, Таштагол, Новокузнецк, Кемерово. Выделяются этнографич. группы: сев., или лесостепная ("абинская"), и южная, или горнотаёжная ("шорская"). Говорят на шорском яз. Диалекты: мрасский, распространенн .га по р. Мрас-Су и верховьях р. Томь, и кондомский - на р. Кондома и в низовьях р. Томь, примыкающий к сев. диалектам алтайского яз. Верующие Ш. - православные.

Сформировались на осн. субстрата, общего для угров, самодийцев, кетов, связанного, по-видимому, с существованием в прошлом (6-4 тыс. до н. э.) уральской общности. В 6-9 вв. Ш. входили в состав Тюркского, Уйгурского и Енисейского каганатов и были тюркизированы. частично смешавшись с др.-алтайскими, уйгурскими, енисейско-киргизскими и монгольскими племенами. В 17-18 вв. с Ш. слились пришедшие с С. (Иртыш, Барабинская, Кулундинская степи) кочевники-скотоводы телеуты.

В 17-18 вв. русские называли Ш. "кузнецкими татарами", "кондомскими и мрасскими татарами", абинцами. Сами себя они называли по именам родов (Карга, Кый, Кобый, Челей, Таеш, Кызай, Шор, Чедибер, Тарткын, Чорал, Кечин, Аба, Калар, Кереш, Себи), волостей и управ (Таяш-Чоны - Таяшская волость) или рек (Мраскижи - мрасские люди, Мондумчоны - кондомский народ), за пределами территории проживания - аба-кижи (аба - род, кижи - люди), чыш-кижи (люди тайги). Алтайцы и хакасы называли их по имени рода Шор. Это название широко распространилось и было введено как официальное в 20 в. В 1925 был образован Горно-Шорский нац. район с центром в с. Мыски, потом - с. Кузедеево, упразднённый в 1939. Числ. в 1926 - 14 тыс. чел.

Традиционное жилище.

До 19 в. осн. занятием Ш. были выплавка и ковка железа, особенно развитая на С. Они платили железными изделиями дань тюркским каганам, обменивали их у кочевников на скот, войлок, с 18 в. сбывали железные изделия русским купцам. Русские называли их "кузнецкими людьми", их землю - "Кузнецкая земля". К кон. 18 в., с ослаблением связей с кочевниками и усилением контактов с русскими, изделия шор. кузнечества не выдерживали конкуренции с привозными русскими изделиями, и кузнечество постепенно стало исчезать, основным занятием стала охота. Первоначально преобладала загонная охота на кр. копытного зверя (олень, лось, марал, косуля) - с помощью загородей, самострелов, ловчих ям, позднее - пушной промысел (белка, соболь, лисица, колонок, выдра, горностай, рысь) - до 19 в. с луком, затем с ружьями, полученными от русских купцов. На пушного зверя ставили также ловушки, петли, самострелы. Охотой занимались от 75 до 90% хозяйств Ш. (1900). Промышляли зверя в пределах родовой охотничьей территории артелями по 4-7 человек (первоначально - из родственников, потом - из соседей). Жили в сезонных жилищах из ветвей и коры (одаг, агыс). Пользовались лыжами (шана), сделанными из берёзы, черёмухи или тальника и подшитыми камусом из шкуры оленя, марала или лошади. На ручной нарте (шанак) или волокуше (суртке) тащили груз. Добычу делили между всеми членами артели поровну.

Осн. источником питания служило рыболовство. В низовьях рек оно было осн. занятием, в др. местах им занималось от 40 до 70% хозяйств (1899). Ловили хариуса, тайменя, язя, щуку, налима - сетями, неводами, ловушками, удочками, били острогой и стреляли из лука. Маленькие речки перегораживали запорами и ловушками в отверстиях. По реке передвигались с помощью шестов на лодках-долблёнках (кебе) и берестянках. Дополнит, занятием было собирательство. Весной женщины собирали клубни, корни, луковицы и стебли сараны, кандыка, дикого лука, черемши, пиона, борщевника. Корни и клубни выкапывали корнекопалкои-озуп, состоявшей из изогнутого черенка длиной 60 см с поперечной перекладиной-педалью для ноги и железным лезвием-лопаткой на конце. Луковицы на зиму сушили, стебли и корни хранили в земле. Собирали много орехов и ягод, в 19 в. - на продажу. За кедровыми орехами отправлялись семьями и артелями, живя в тайге по нескольку недель. В лесу строили временные укрытия, из дерева и бересты делали орудия и приспособления для сбора орехов - колотушки (токпак), терки (паспак), сита (элек), веялки (аргаш), лукошки. Издавна было известно бортничество, от русских заимствовано пчеловодство. Пчел чаще всего держали в дуплянках или выдолбленных колодах.

До прихода русских на юж. пологих склонах было распространено под-сечно-огневое мотыжное земледелие. Для этого семья поселялась во временном жилище на пашне на неск. недель. С помощью огня очищали участок от леса, землю взрыхляли мотыгой (абыл), боронили суком. Сеяли ячмень, пшеницу, коноплю. Возвращались на пашню осенью для уборки урожая. Зерно молотили палкой, хранили здесь же в берестяных чанах на сваях, мололи на ручных каменных мельницах. С развитием контактов с русскими на С. в степных и горных р-нах распространились пашенное земледелие и рус. земледельч. орудия: соха, иногда плуг, борона, серп, водяная мельница. Засевали значит, площади, гл. обр. пшеницей. От русских же Ш. усвоили стойловое разведение лошадей, а также упряжь, телегу, сани.

Женщины ткали на примитивных станках из конопли и крапивы, выделывали кожи, изготавливали утварь из дерева и бересты; мужчины были заняты промыслами, обработкой дерева, рога, кожи. Были развиты художеств, резьба и выжигание по кости (на табакерках, черенках ножей, пороховницах и др.), вышивка. По Томи и в низовьях Мрас-Су было известно изготовление лепной керамики. В 19 - нач. 20 вв. у Ш. были сильны родовые отношения. Границы адм. единиц (волостей) совпадали с границами расселения отцовских родов (собк), они управлялись выборными родовыми старейшинами (паштык). Члены рода называли себя карындаш ("единоутробный"). За родами были закреплены охотничьи и земледельч. угодья, в 19 в. они перешли в пользование больших семей (толь). Внутри рода раскладывались ясак и подати. Большие семьи включали 2-3 поколения. К кон. 19 - нач. 20 вв. у сев. Ш. стали развиваться территориально-соседские отношения, имуществ. дифференциация. Выделились богатые торговцы и ростовщики, скупщики пушнины (таныш), родовая администрация, появилась эксплуатация наёмного труда. Большая семья стала распадаться на малые.

Небольшие селения Ш. - улусы на С. и аилы на Ю. - часто переносились на новое место - по случаю смены пашни, смерти кого-либо из родичей и т. п. Состояли из неск. низких четырехугольных срубных домов (юрт) с берестяной крышей. Они отапливались глинобитным очагом (кебеге) типа чувала. В 19 в. распространились избы рус. типа, особенно на С., у бедняков - срубные полуземлянки. Временным жилищем - на пашне - для земледельческих работ, в тайге - во время охоты и заготовки орехов - были одаг - конич. постройка из бревен, жердей или из молодых деревцев и веток, прислоненных к дереву, крытая берестой, с земляным полом, устланным пихтовыми ветвями - летом и агыс - каркасное жилище в форме усеченной пирамиды из бревен, досок, жердей, крытое ветвями или берестой, с земляным полом и очагом в центре - зимой. Жилища подобного типа встречаются у обских угров, кетов, селькупов, эвенков и др. Бедняки жили в таких строениях постоянно, утепляя их берестой и землей. Были распространены срубные свайные амбары (тастак, анмар). Совр. Ш. живут в срубных домах, сохраняются амбары, охотничьи жилища, юрты используются как летние кухни.

Муж. и жен. одежда состояла из рубахи (кунек), штанов (чембар, штан) и халата (шабур) с вышивкой у ворота, на обшлагах или подоле. Зимой надевали неск. халатов. Их носили, запахивая слева направо и подпоясывая кушаком (тюркская черта). Жен. рубаха - длинная с разрезом на груди. Южные Ш. делали одежду из конопли и кендыря, сев. - чаще из покупных тканей, зажиточные носили покупную одежду, зимой - овчинные шубы, крытые материей. Обувью служили кожаные сапоги (одук, чарык) с длинными голенищами (у бедняков - из кендыря). Вместо портянок ноги обматывали мягкой травой-осокой. Женщины носили платки, мужчины - шапки: картузы из ткани, кожи или бересты, круглые холщовые шапки в форме колпака с круглой тульей, на макушке собранной в сборки, иногда вышитой, зимой - меховые.

Первоначально осн. продуктами питания Ш. были мясо зверей и птиц, рыба, дикорастущие растения. Мясо жарили на костре, варили, рыбу варили. Лук, черемшу, кандык ели сырыми, сарану, кандык варили в воде или молоке, сарану также пекли в золе, черемшу ели соленой. Корни дикого пиона сушили и варили несколько раз, чтобы уничтожить их ядовитость, растирали на ручной мельнице и готовили кашицу или лепешки. С развитием земледелия распространились мука и крупа из ячменя. Муку (талкан) ели с чаем, молоком, мёдом, маслом, сметаной, из неё варили кашу (саламат), крупу (шырак) добавляли в суп, кусочки пресного пшеничного теста (тутпаш) варили в воде, иногда с рыбой или мясом, либо в молоке. Пресные лепёшки (тертпек) варили в воде, ели с супом или ухой. Хлеб (калаш) был распространен на С., в осн. у зажиточных. Степные Ш. употребляли молочные продукты: кислое молоко, пресный сыр (пыштак), творог, масло. Зажиточные покупали конину. Из ячменной муки делали брагу (абыртка) и водку (арагы). Пили чай.

У Ш. был развит богатый фольклор: сказки, охотничьи рассказы и легенды, предания (пурунгу чоок, ербек), песни, поговорки, пословицы (улгер сое, кеп сое), загадки (тапкак). От телеутов сев. Ш. заимствовали героические поэмы (кай, ныбак), исполняемые под аккомпанемент двухструнного муз. инструмента - комыса. Их календарь был лунным, название месяцев отражали хозяйств, занятия - месяц охоты на марала, сбора кандыка, битья пашни и т. п.

Сохранялись языч. верования (гл. божества - Ульгень и Эрлик), культы духов-хозяев гор (таг-ээзи) и рек (суээзи). Определенные обряды были связаны с охотой на медведя. Шаманство Ш. имело родовой характер: шаманы наследовали свой дар и духов-покровителей в рамках рода. Камлания устраивались для достижения удачи в промысле зверя и для излечения больных. Атрибутами шамана были бубен и колотушка. За камлание шаман получал шкуру жертвенного животного, его мясо, иногда - деньги. Традиц. верования и мифология, поминально-погребальные обряды, камлания частично сохраняются у совр. Ш. С 1985 возобновляются традиц. праздники - праздник прародителя Ольгудека, весенне-летний праздник Пайрам и др., сопровождающиеся исполнением эпоса и песен, спортивными состязаниями и т. п. Первые православные миссионеры появились среди Ш. в 1858. В 1880-х гг. была создана письменность на осн. рус. алфавита, издавалась церковная лит-ра. Тогда же стал известен шор. миссионер, этнограф и писатель И. М. Штыгашев. В сев. Шории действовало 6 миссионерских и церковно-приходских школ, отд. Ш. учились в Бийском катехизаторском училище и в Кузнецком училище. Началом новейшей шор. лит-ры стало издание сб. "Красный шорец" (1936). Известны писатели Ф. С. Чиспияков, С. С. Торбоков и др. Шор. эпос, собранный С. Торбоковым, издан в 1975.

После Окт. революции Ш. утратили большинство форм традиц. х-ва. Совр. Ш. организованы в хозяйства и промысловые артели, часть занята на лесозаготовках и добыче золота. В 1980-е гг. возрождается интерес к традиц. культуре: в 1989 принята программа возрождения Горной Шории, создаются кооперативы ("Горная Шория" и "Огонек" в п. Чилису-Анзас, "Восход" в п. Ключевой), шор. нац. парк, фольклорные ансамбли (в Таштаголе, Мысках, Новокузнецке, Междуреченске), в Таштаголе открылся краеведч. музей, в Таштаголе, Мысках, Спасске изучается шор. язык, в 1990 вышел шор. букварь (сост. Н. Н. Курпешко-Таннагашева).