РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ  ЭТНОГРАФИЯ РОССИИ

ЭВЕНКИ


ЭВЕНКИ, эвенки (самоназв.). Числ. в Рос. Федерации 29,9 тыс. чел. Живут от побережья Охотского м. на В. до Обско-Иртышского междуречья на 3., от Сев. Ледовитого ок. на С. до Прибайкалья и р. Амур на Ю. (Тюменская и Томская обл.; Байкитский, Илимпийский и Тунгусо-Чунский р-ны Эвенкии, 3,5 тыс. чел.; Дудинский р-н Таймырского АО; Туруханский р-н Красноярского кр.; Бодайбинский, Катангский, Качугский и Киренский р-ны Иркутской обл.; Каларский, Тунгиро-Олёк-минский и Тунгокоченский р-ны Читинской обл.; Джелтулакский, Нюкжинский, Зейский, Зейско-Учурский, Верхне-Селенджинский и Верхне-Буреинский р-ны Амурской обл.; Баргузинский, Баунтовский и Сев.-Байкальский р-ны Бурятии, 1,7 тыс. чел.; Олёкминский, Усть-Майский, Оленекский, Жиганский и Алданский р-ны Якутии, 14,4 тыс. чел.; Кур-Урмийский, Аяно-Майский, Тугуро-Чумиканский р-ны Хабаровского кр.; Вост.-Сахалинский и Рыбновский р-ны Сахалинской обл.). Живут также на С.-В. Китая (20 тыс. чел., отроги хр. Хинган) и в Монголии (ок. оз. Буир-Нур и верховья р. Иро). Китайцы наз. Э. килин, цилин, о-лунь-чунь (от "орочен"), маньчжуры - орончун, орочан, уорончо, нивхи - кили, орочи - киле, ульчи, негидальцы, нанайцы - килэн (кили - также самоназв. группы нанайцев эвенкийск. происхождения), ханты - келлем, селькупы - джумал-куп, кеты - фунбау, монголы - хамнеган, зап. буряты - калджакшин, татары и якуты - тонгус; устар. рус. назв. - тунгусы.

Говорят на эвенкийск. яз.; в яз. прослеживаются как следы общности с монг. и тюрк, языками, так и более поздние заимствования из якут., бурят, (в Прибайкалье) и самодийских (на С.-3.) яз. Диалекты делятся на группы: сев. ("хакающие") - к С. от Ниж. Тунгуски и ниж. Витима, юж. ("секающие" и "ше-кающие") - к Ю. от Ниж. Тунгуски и ниж. Витима, и вост. ("секающе-хакающие") - к В. от Витима и Лены. Распространены также якут, и бурят, яз. Верующие - православные.

Согласно антропологич., археологич. и лингвистич. данным, Э. сложились на осн. смешения местного нас. Вост. Сибири, по-видимому, родственного юкагирам, с тунгусскими племенами, пришедшими из Прибайкалья и Забайкалья ок. 1 тыс. н. э. (возможно, их предки упоминаются кит. хрониками 5-7 вв. как хи). В результате этого смешения образовались разл. хозяйственно-культурные типы Э. - "пешие" (охотники), "оленные" (оленеводы) и "конные" (коневоды), жившие в Забайкалье, Китае и Монголии. Э.-оленеводы были известны под местными самоназв.: илэ ("человек") - верх. Лена, Подкаменная и Ниж. Тунгуски, ниж. Витим; мата - Олёкма; орочен (от р. Оро или от "орон", "олень") - от Забайкалья до pp. Зея и Учур; килэн - Охотское побережье и др.; одна из групп оленных Э. в Китае наз. якутами (йэкэ), т. к. возводила себя к якутам; конные Э. были известны в Забайкалье как хамныган, солон (рус. солоны), онгкоры, в ср. Приамурье как бирарчен (бирары), манягир (манегры), кумарчен (по р. Кумара); оленные Э. наз. их мурчен ("лошадиные"). Э. имели столкновения с якутами, расселявшимися на их землях, в Забайкалье - с монголами и маньчжурами (впоследствии стали союзниками русских в их борьбе с ними); в Прибайкалье часть Э. находилась в зависимости от бурят, манегры и бирары, жившие по лев. притокам Амура - от дауров, солоны - от маньчжурского пр-ва Китая. Контакты с русскими с 1606. К сер. 17 в., по мере продвижения рус. казаков на В. и построения Якутского (1632), Баргузинского (1648), Нерчинского (1658) и др. острогов, Э. были обложены ясаком, распространилась система аманатов (заложников). С 17 в. Э. вытесняются якутами, русскими и бурятами со ср. Вилюя, Ангары, Бирюсы, верх. Ингоды, ниж. и ср. Баргузина, левобережья Амура. В 19 в. Э. появились на ниж. Амуре и Сахалине, группа оленных Э. Якутии, манегры и бирары переселились в сев. Китай, часть Э. с Енисея ушла на Таз и Обь. В процессе контактов Э. были частично аккультурированы русскими, якутами (особенно по Вилюю, Оленёку, Анабару и ниж. Алдану), монголами и бурятами, даурами, маньчжурами и китайцами.

Развивались торг, отношения: в обмен на пушнину выменивали у русских металлич. изделия, сукно, у якутов - скот и железные изделия, у бурятов - скот, железо, зерно (просо), ткани, серебряные украшения из Китая и Мон голии, у маньчжуров и дауров Приа мурья - муку, ханшин (водку), кит. тка ни, посуду, украшения. С 18 в. стали устраиваться регулярные ярмарки. По "Уставу об управлении инородцев" 1822, Э. были поделены на родовые управления во главе с родовыми старшинами, или "князьцами", избираемыми на три года. Их обязанности заключались гл. обр. в отправлении суда и сборе ясака.

В 18 в. Э. совместно с эвенами насчитывали 70-80 тыс. чел., в 19 в., по разным оценкам, - от 35^-40 до 68 тыс. чел., по переписи 1897 -- 63 тыс. чел., из них "бродячих" (охотников) - 28,5 тыс. чел., кочевых (конных) - 29,7 тыс. чел.; в Китае в нач. 20 в. жило 10,5 тыс. Э., Монголии - ок. 2 тыс. чел. По переписи 1926-27 в СССР насчитывалось 17,5 тыс. Э. В 1927 были созданы Илимпийский, Байкитский и Тунгусо-Чунский нац. р-ны, в 1930 объединенные в Эвенкийский нац. округ. В 1930-х гг. создаются оленеводч. кооперативы, строятся оседлые поселки, распространяется земледелие (овощи, картофель, на Ю. -ячмень, овёс). В 1950-х гг. проводится укрупнение колхозов.

Осн. занятие "пеших" или "сидячих" Э. - охота на оленя, лося, косулю, кабаргу, горного барана, рысь, росомаху, волка, медведя, а также птицу. Позднее распространилась товарная пушная охота (соболь, лисица, белка, горностай, на С. - песец). Охотились с помощью луков, самострелов, ловушек, петель и др. Др. орудием охотника был кото, или уткэн - большой нож на длинной рукояти, применявшийся как оружие против медведя и для расчистки зарослей при путешествии в тайге. С кон. 18 в. распространяется огнестрельное оружие, капканы и др. На оленя и лося охотились гоном ранней весной, по окончании зимнего промысла. При охоте на оленя применялась берестяная труба (оревун), имитировавшая крик самца, косуль и кабаргу приманивали пищалкой-пичавун. Охотские Э. использовали оленя-манщика - специально обученного оленя с опутанными рогами ремнем, в к-рых запутывались дикие олени, вступавшие с ним в драку. Были распространены поколки оленей на переправах. В охоте на оленей и лосей устраивали изгороди с самострелами и ямами. У нерчинских и верхнеамурских Э. практиковалась облавная охота на диких коз. Оленеводы Яблоновского и Станового хр. охотились на оленях, причём владельцы больших стад на охотничий сезон давали своих оленей малооленным Э. под часть добычи. Охотились с осени по весну, по два-три человека. По тайге ходили на лыжах-голицах (кингнэ, киглэ) или подбитых камусом (суксилла). Иногда при скрадывании зверя лыжи одевались в чехол из шкуры собаки, волка или росомахи; лыжная палка (сэвгурэ) имела на верх, конце крючок для цепля-ния за деревья при подъемах. Груз везли на ручных санях, нарте или волокуше (умэй) из покрытой льдом шкуры. Необходимой частью снаряжения охотника была понята (понагэ, талми) - наспинная дощечка на лямках с тесемками, к к-рым привязывались необходимые в дороге предметы.

Чум.

Оленеводство имело в осн. транспортное значение, было развито в различ. степени в разных р-нах. Преобладали стада по 25 голов. Оленей использовали при езде верхом и под вьюк, доили, пасли без помощи собак. После окончания зимнего охотничьего сезона неск. семей обычно соединялись и перекочевывали в удобные для отела места - возвышенные, сухие, богатые кормом и проточной водой. Для стельных важенок огораживали спец. участки. Совместный выпас оленей продолжался все лето. Зимой во время охотничьего сезона олени обычно паслись у стойбищ, где оставались семьи охотников. В нек-рых местах (р. Сым, Приангарье, верх. Лена) стада выпасались без присмотра и собирались только в случае дальних перекочевок и выездов на торговые пункты.

Перекочевки проходили каждый раз по новым местам - летом но водоразделам, зимой по рекам; постоянные тропы вели только к торг, пунктам. Упряжь оленя состояла из недоуздка (уси, ухи), седла (верховое - лочоко, нэмэ, вьючное - эмэгэн) и подпруги (тынгэптун); при езде верхом опирались о землю палкой (тыевун). Нарты у Э. различ. типов, заимствованных у соседних народов: в Красноярском кр., Томской и Тюменской обл. - ненецкие - высокие с пазовым креплением и, в отличие от ненецких, с "бараном" - изогнутой дугой на передке, предохраняющей нарту от ударов о деревья; сидят на них справа; у олёкминских Э. - нарты якутского типа - низкие, с ременным креплением, на них сидят, вытянув вперед ноги; к В. от Олёкмы - низкие и маленькие нарты, на них сидят верхом поверх груза.

Рыболовство имело подсобное значение, в Прибайкалье, озерных р-нах к Ю. от оз. Ессей, на верх. Вилюе, в юж. Забайкалье и на Охотском побережье имело также товарное значение. Ловили рыбу в осн. летом, на Хатанге и Вилюе - также зимой в проруби. Осн. орудия лова - ставные сети (пущальни), плетеные морды в запорах, остроги, крючки; сымские и тазовские Э. ловили белую рыбу деревянным крючком с наживкой из оленьего волоса (печер); при подледном лове пользовались удочкой (хинда), острогой, сетью-пущальней; над прорубью ставили чум. На Охотском побережье и Байкале рыбу ловили коллективно неводами, заимствованными у русских. На Амуре кололи красную рыбу острогой с неподвижным (бадар) или подвижным (эйгу, элгу) наконечником, иногда стреляли из лука.

Оленевод.

По воде передвигались на лодках с двухлопастным веслом - долбленых, иногда с дощатыми бортами (онгочо, утуннгу) или берестяных (дяв), плотах (тэму); орочены для переправ пользовались лодкой из лосиной кожи на каркасе, сделанном на месте (мурекэ); в низовьях Ниж. Тунгуски были известны дощатые лодки. На Охотском побережье и Байкале промышляли также тюленя, обычно весной. Охотники подползали к лежбищам, подражая движениям зверя, иногда маскировались в белые халаты.

Была развита дом. обработка шкур, бересты (среди женщин); до прихода русских было известно кузнечество, в т. ч. на заказ. Нек-рые Э. нанимались старателями на прииски, батраками к русским, якутам и бурятам; в Забайкалье и Приамурье частично переходили к оседлому земледелию и разведению кр. рог. скота. Совр. Э. в осн. сохраняют традиц. охоту и оленеводство. В 1990-е гг. Э. начали отходить от совхозной системы и стали организовываться в родовые общины.

Основа традиц. пищи - мясо (диких животных, у конных Э. - конина) и рыба - вареные или жаренные на вертеле (силавун). Мясо оленей и лосей заготавливали вялением на солнце в мелко нарезанном виде; сушеное мясо (хуликта) толкли в муку, к-рую заваривали кипятком или смешивали с ягодами (кулнин); из мясного бульона готовили суп с добавлением крови (нимин); почки, печень, костный мозг ели сырыми сразу после свежевания туши; из кишок делали колбасу. Праздничным блюдом (его ели сообща, приглашая соседей, возглавляла трапезу старшая женщина) был сэвэн - мелко накрошенное медвежье мясо с прожаренным медвежьим жиром. Охотские, илим-пийские и амурские Э. делали из вяленой рыбы юколу, из сушеной - муку (пурча), употребляемую с нерпичьим жиром; охотские Э. ели сушёную кетовую икру с нерпичьим жиром, брусникой и стеблями кипрея. Летом потребляли оленье молоко, ягоды, дикий чеснок и лук; молоко добавляли в чай, мучную кашу, размятые ягоды (мэни), местами сбивали масло. Мука была известна до прихода русских. У русских заимствовали печёный хлеб; к 3. от Лены пекли в золе колобки из кислого теста, на В. - пресные лепешки. Осн. напиток - чай, иногда с оленьим молоком или солью. Из коровьего молока приготовляли водку (араки). Курили табак (дамга, cap).

Традиционное жилище.

Зимние стойбища состояли из 1-2 чумов, летние - до 10, во время праздников и более. Чум (дю) имел конич. остов из жердей на каркасе из шестов, покрытый покрышками-нюками из ровдуги или бересты. При перекочевках остов оставался на месте, нюки сворачивали во вьюки. В центре чума устраивали очаг, над ним - горизонтальную жердь для котла (икэптун), одним концом привязывавшуюся к шесту каркаса, другим - к спец. шесту, устанавливавшемуся у очага (чимка). Места справа и слева от входа (чонга) предназначались для хозяйки, дальше (бе) - для членов семьи, за очагом против входа (малу) - для гостей-мужчин. Спали в мешках вокруг очага. Бедные Э. жили в конич. шалашах из коры (голомо, утэн), крытых землёй и дёрном, зимой - снегом. К В. от Витима и на Охотском побережье строили четырехуг. шалаши из коры (угдан), непские Э. - полуземлянки (кал-тамни). В Катангском р-не, Приамурье, Забайкалье, верховьях Лены распространились заимствованные у русских срубные жилища, в р-нах соседства с якутами - якут, юрта (балаган), в Забайкалье - бурятская юрта, у оседлых бираров Приамурья - четырехуг. бревенчатое жилище типа фанзы с двускатной крышей и отапливаемыми нарами (калта). Врем, охотничьим жилищем служили палатки-пологи (Витим, Олёкма), на Сыме - маленькие сферич. чумы (марма). Для хранения мучных продуктов и зимней одежды строили свайные настилы (дэлкэн). У зажиточных были известны срубные амбары и лабазы (нэку).

Осн. утварь делалась из бересты: чуманы - квадратные и плоские сосуды, "чумашки" - мелкие чашки, туясы - высокие сосуды для воды и др. Была распространена также деревянная долблёная посуда и покупная - котлы, чайники, чайные чашки (хранившиеся в особом "чайном" ящике), у амурских Э. - китайская посуда. Освещался чум огнём очага или железной печи; в избах оседлых Э. были лампы.

Традиц. одежда состоит из ровдужных или суконных натазников (хэрки), ноговиц (арамус, гуруми), кафтана из оленьей шкуры, полы к-рого связывались на груди завязками; под него надевался нагрудник длиной выше колен, сшитый из меховых полосок и завязывавшийся завязками сзади; жен. (нэлли) нагрудник украшался бисером, имел прямой ниж. край, муж. (хэлми) - углом. Одежда украшалась полосками козьего и собачьего меха, бахромой, конским волосом, металлич. бляшками, бисером. Позднее летний кафтан (сун) стал делаться из сукна, зимний - парка (хэгилмэ) - из осенней шкуры оленя. К его рукавам пришивались рукавицы. В лесотундре в пути поверх парки надевали меховую глухую одежду - сокуй. Зимой шею и голову обматывали длинным шарфом из хвостов пушных зверей (вачи). Летняя обувь (олочи, олочик, олот) - из кожи, сукна, ровдуги, зимняя - из оленьего меха разной длины: до щиколоток (хомчура), до паха (хэвэри, бакари) и др. Мужчины носили пояс с ножом в ножнах, женщины - с игольницей, трутницей и кисетом. Традиц. костюм дольше всего сохранялся к 3. от Енисея, к В. от Лены из него сохранились только унты и зимняя парка. Коневоды Забайкалья носили халат с широким запахом налево, в местах соседства с якутами были заимствованы муж. кафтан с отложным воротником и жен. безрукавка. У русских переняли ниж. жен. рубаху, превратившуюся в платье (урба-кэ) с оборкой по подолу. Распространились и др. элементы рус. муж. и жен. одежды. Характерны праздничная круглая шапочка (элдэн, дэрбэки), расшитая бисером, головной убор из целой шкуры с головы оленя (авун и мета): отверстия от глаз и рогов зашивали и орнаментировали бисером. В Илимпийском р-не носили капоры, отороченные мехом. К Ю. от Ниж. Тунгуски было распространено ношение мужчинами сложенных широким жгутом платков, повязанных вокруг головы. Волосы длиной до плеч носили распущенными, длинные - завязывали пучком на макушке или затылке полоской материи, орнаментированной бисером (чирэптун), тесьмой или полоской ровдуги. Девушки носили головную повязку (дэрбэки). Женщины забайкальских Э. заплетали косы. До 19 в. у енисейских Э. сохранялась татуировка лица.

Женщина у чума.

По преданиям енисейских Э., у них в прошлом существовали экзогамные патрилинейные роды (халан), каждый со своим названием, восходящим к прародителю (напр., Чапагир - от Чапа, Куркагир - от Курка и т. п.), и территорией, управлявшейся родовым собранием (сагдагул - букв, "старейшины"). Роды объединялись в племена, часто воевавшие между собой. По документам 17 в. известны племена ("роды"): ваня-дыры в басе. Хатанги, нюрюмняли на верх. Вилюе, чемдали на верх. Подкаменной Тунгуске, налягиры на верх. Лене и Ниж. Тунгуске, шамагиры на Ангаре и др. - возглавлявшиеся вождями ("князьцами") и делившиеся на экзогамные роды. Наряду с большими патриархальными семьями существовали малые. Впоследствии преобладали территориальные общины, владевшие совместно территорией. Олени находились в собственности отд. семей, но выпасались совместно членами общины. Были сильны формы коллективного распределения, взаимопомощи, гостеприимства и т. п. Напр., до 20 в. сохранялся обычай (нимат), обязывавший охотника одаривать частью своей добычи престарелых членов рода. Развивалась имуществ. и социальная дифференциация, появились классы абдучи ("богачи" - от абду - "стадо, имущество") и безоленных бедняков, вынужденных брать в долг оленей, охотничье снаряжение, продукты питания перед промыслом, расплачиваясь за это добытой пушниной, а также помощью при пастьбе оленей и др. работе. Реже использовался труд постоянных или сезонных наемных работников - в осн. для перевозки товаров.

К кон. 19 в. осн. хозяйств, единицей была семья, в осн. малая. Часть оленей находилась в индивидуальной собственности отд. членов семьи - приплод от важенки, к-рую дарили ребёнку в день его рождения. Имущество наследовалось по муж. линии, после смерти мужа оставалось в его роде. Родители обычно оставались жить с младшим сыном. Авторитет женщины был достаточно высок. Брак сопровождался уплатой калыма (тэри), отработками за невесту, ему предшествовало сватовство, срок между ними достигал года. Приданое невесты обычно равнялось по стоимости калыму. Известны левират, многоженство. В терминологии родства сохранялись черты классификационной системы.

Сохранялись культы духов, шаманизм, элементы тотемизма (культы медведя, лося и др.). Были известны представления о душе (оми), о существовании верх., ср. и нижнего миров, о соединяющей их шаманской реке энгдекит, о сотворении мира двумя братьями и др. Шаманам приписывались духи-помощники (сэвэн, хэвэн), при помощи к-рых шаман защищал членов своего рода от духов враждебных шаманов. Шаманство часто передавалось в пределах рода. Шаман имел спец. кафтан (ломболон, самасик) с бахромой и металлич. нашивками, колокольчиками и др., шапку с бахромой, спускавшейся на лицо, иногда с рогами оленя, бубен (унгтувун, нимнгангки) неправильной овальной формы с колотушки (гису), иногда посох и длинный ремень. У Э. к 3. от Лены и на Енисее нашивки на шаманском кафтане образовывали сплошной панцирь. Полный шаманский костюм надевался при больших церемониях, обычные камлания происходили в простой одежде. Существовали элементы медвежьего культа - обряды, связанные с разделкой туши убитого медведя, поеданием его мяса, костями съеденного медведя и др. С кон. 17 в. началась христианизация Э.; к 1862 миссионеры насчитывали среди забайкальских Э. 9480 христиан и 5789 язычников. Принятие христианства сводилось в осн. к формальному исполнению обрядов, обычно во время приезда священника.

Фольклор включал песни-импровизации (икэр), новые песни (давлавур), мифологич. и историч. эпос, сказки о животных (нимнгакан), загадки (нэнэвкэл, тагивкал), историч. и бытовые предания (улгурил). Эпос исполнялся речитативом, обычно в течение ночи, часто в исполнении принимали участие слушатели, повторяя отдел, строки за сказителем. Отдел, группы Э. имели своих эпич. героев (сонинг) - напр., Урэн у илимпийских Э., Хэвэкэ у Э. Подкамен-ной Тунгуски и др. Сонинги разных племен часто воюют между собой. Существовали также рассказы о чудовищах и людоедах (чулугды, эвэтыл, илэтыл, дептыгир). Постоянные герои - комич. персонажи были у бытовых рассказов - Ивуль у зап. Э., Мивчэ - у вост. Ряд сюжетов заимствован у соседних народов: рус. сказки об Иване-дураке (Уча-най Тонганай), бурятское предание о Хани Хухун Хэхэр Богдо и др. Из муз. инструментов известны варган (металлич. - кэннгипкэвун, деревянный - пэннгипкэвун), высушенное птичье горлышко (билгау), охотничий лук; из танцев - хоровод (хейро, сэдьо), исполнявшийся под песенную импровизацию. Игры носили характер состязаний в борьбе, стрельбе, беге и др. Были развиты художеств, резьба по кости и дереву, обработка металла (мужчины), вышивка бисером, у вост. Э. - шёлком, аппликация мехом и тканью, тиснение по бересте (женщины). В орнаменте зап. Э. преобладали прямые линии и простейшие геометрич. фигуры, у манегров, забайкальских и амурских Э. был распространен спиральный орнамент, на С. Красноярского кр. и в Якутии - якут, мотивы.

В 1928-29 создается письменность на осн. лат., с 1937 - рус. алфавита. В 1931 издаётся первая книга. С 1930-х гг. на эвенк, яз. ведется преподавание в школах. В Якутии ведется радиовещание. Формируется нац. интеллигенция. Распространяется переводная лит-ра, появляется профес. лит-pa. Ее представители - писатели Алексей и Анастасия Салаткины с Ниж. Тунгуски, Г. Чинков с о. Сахалин, А. Платонов с р. Учу-ра, Н. Сахаров с р. Тунгир - занимаются также сбором и публикацией эвенк, фольклора (Г. Чинков - "Сулакичан", "Гарпаниндя", А. Салаткин - "Гегдаллукон", "Ульгоррикон", А. Салаткина - "Интылгучан" и др.).