РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ  ИСТОРИЯ РОССИИ

ТАЙНЫ РУССКОГО НАРОДА

( В ПОИСКАХ ИСТОКОВ РУСИ). ДЕМИН В.

 

Часть 2

 
Как не любить свой край северный,
Много ведь чудности в нем, много прелестей:
Зимой-то у нас стоят снежочки белые,
На земле блестят, будто светлы звездочки,
А льды наши зимние блестят, будто браманты,
Морозы выигрывают, будто струны серебряные,
А ночное сияние очень чудное, очень дивное,
Уж мы любим нашу зимушку морозную, студеную.
 
Марфа Крюкова

 

 

Вопрос о глубинных корнях русского народа, других народов
Земли всегда волновал русские умы. С него, собственно, и
начинается Несторова летопись. Здесь явственно обозначена
начальная точка отсчета нового витка истории человечества,
последовавшего после глобальной мировой катастрофы, и резкого
изменения лика планеты (в Библии данный вселенский катаклизм
кратко именуется "потопом"). "По потопе, -- сообщает летописец,
-- трое сыновей Ноя разделили землю, Сим, Хам, Иафет"19. В те
времена, как особо подчеркивается в Лаврентьевском и других
русских летописных сводах, "был единый народ". Эти
знаменательные слова Начальной летописи по существу
представляют собой формулу одного из исходных тезисов настоящей
книги, опирающейся на концепцию единого происхождения языков и
народов мира.
В дальнейшем, согласно древнейшему летописному своду --
"Повести временных лет", Иафет стал родоначальником основной
массы европейских народов, включая славяно-русские племена.
Данная точка зрения, однако, не является единственной. По-иному
излагается предыстория человечества в популярном и достаточно
распространенном в средневековой Руси апокрифе, кратко
именуемом "Откровение Мефодия Патарского о Мунте сыне Ноевом".
Хотя Мефодий епископ Патарский является одним из
канонизированных Отцов церкви, принадлежность ему
неканонической версии древнейшей истории ортодоксальными
богословами отрицается, а само "Откровение о Мунте" включено в
индекс отреченных (запрещенных) книг.
Как известно, в Библии ничего не говорится о четвертом
сыне Ноя, поименованном Мунтом (в некоторых списках апокрифа он
назван внуком). Но так как первоисточники библейских текстов
давно утрачены, а сами они неоднократно переделывались, --
вполне вероятно, что истинный автор Сказания о Мунте, которое
впоследствии Мефодий Патарский включил в свое Откровение,
опирался на недошедший до нас первоисточник. В нем весьма
логично представлено послепотопное разделение Земли по четырем
странам света: Симу досталась "восточная страна земля"
(Восток), Хаму -- "полуденная страна земля" (Юг), Яфету
(Иафету) -- "западная страна земля" (Запад), Мунту --
"полунощная страна земля" (Север)20.
По апокрифической версии, именно Мунт и был перво-предком
всех северных народов, включая и славяно-русские. Иафет же на
каком-то этапе присылал к братцу людей для оказания помощи в
строительстве северной град-столицы21. Но Мунт был не только
прапредком северных народов и устроителем северных земель.
Согласно апокрифу, он стал еще и основателем астрономии как
науки и основоположником "острономейной мудрости", то есть, по
существу, -- космической философии. "Мунт живяше на полунощной
стране, и прият дар много и милость от Бога и мудрость
острономейную обрете". Первая книга по астрономии также
принадлежит Мунту. А составил "сию книгу острономию" Мунт
вопреки предостережениям Архангела Михаила22, бросив вызов
Божьему посланнику и самим небесам. Тем самым он уравнял силу
человеческого разума с космическими силами и положил начало
мировому космизму.
От древних мифологических сказаний и апокрифов
отталкивался в своей концепции Прародины человечества и великий
русский космист Н.Ф.Федоров. Эта тема красной нитью проходит
через всю его "Философию общего дела". Федоров выделял два
центра мировых цивилизаций: 1) вселенский -- полярная гора Меру
-- ось мира; 2) духовный -- Памир -- "могила праотца" и бывший
рай (Эдем), куда, согласно апокрифическим преданиям, Ной во
время потопа вывез тело (или прах?) первочеловека Адама и где
"покоятся забытые предки всех арийских и анарийских племен
(Иафета, Сима и Хама)"23. Оба топонима -- Меру и Памир -- имеют
один и тот же доиндоевропейский корень mr, от него
образовано и однозвучное русское слово "мир", означающее
одновременно и Вселенную, и род людской, и согласие, и
справедливость -- "меру".
Символ Полярной Отчизны -- золотая гора Меру, по
древнеарийским и доарийским представлениям, возвышалась на
Северном полюсе, окруженная семью небесами, где пребывали
Небожители и царил "золотой век" (отсюда, кстати, русская
поговорка: "На седьмом небе" -- синоним высшего блаженства).
Гора Меру считалась центральной точкой бесконечного Космоса,
вокруг нее как мировой оси вращались созвездие Медведицы,
Солнце, Луна, планеты и сонмы звезд. В древнерусских
апокрифических текстах вселенская гора прозывалась "столпом в
Окияне до небес". Апокриф ХIV века "О всей твари" так и гласит:
"В Окияне стоит столп, зовется адамантин. Ему же глава до
небеси".24 В полном соответствии с общемировой традицией
вселенская гора здесь поименована алмазной (адамант -- алмаз, в
конечном счете это -- коррелят льда: фольклорная стеклянная,
хрустальная или алмазная гора означает гору изо льда или
покрытую льдом).
От доиндоевропейского названия вселенской горы Меру и
произошло понятие "мир" в его главном и первоначальном смысле
"Вселенная" (понятие "Космос" греческого происхождения и в
русский обиход вошло сравнительно недавно). Священная гора --
обитель всех верховных Богов индоевропейцев (рис.14, 15). Среди
них -- Митра, один из Солнцебогов (рис.16), чье имя созвучно с
названием горы Меру. Из верований древних ариев культ Митры
переместился в религию Ирана, а оттуда был заимствован
эллинистической и римской культурами. Миротворческая роль Митры
заключалась в утверждении согласия между вечно враждующими
людьми. Данный смысл впитало и имя Солнцебога, оно так и
переводится с авестийского языка -- "договор", "согласие". И
именно в этом смысле слово "мир", несущее к тому же
божественный отпечаток (мир -- дар Бога), вторично попало в
русский язык в качестве наследства былой нерасчлененной
этнической, лингвистической и культурной общности Пранарода. Но
это еще далеко не все. Космизм священной полярной горы
распространялся и на род людской: считалось, например, что
позвоночный столб играет в организме человека ту же роль
центральной оси, что и гора Меру во Вселенной, воспроизводя на
микрокосмическом уровне все ее функции и закономерности. Отсюда
в русском мировоззрении закрепилось еще одно значение понятия
"мир" -- "народ"("всем миром", "на миру и смерть красна", --
говорят и поныне). Следующий смысл из общеарийского наследства
-- слово "мера", означающее "справедливость" и "измерение" (как
процесс, результат и единицу), непосредственно калькирующее
название горы Меру.
Разные авторы помещают Прародину индоевропейцев (ариев) в
разных местах: Г.М.Бонгард-Левин и Э.А.Грантовский -- в степях
Евразии; Т.В. Гамкрелидзе и В.В.Иванов -- в Передней Азии, на
территории, примыкающей к Кавказу, В.А. Сафронов -- в Восточной
Европе, Ю.А.Шилов -- в Причерноморье, А.И.Асов и Н.Р.Гусева --
на Севере и т.д. Между тем есть достаточно оснований считать
Север Прародиной не одних только ариев, но и всех народов
Земли. Именно гора Меру, упоминаемая еще в Ригведе, и подробно
описываемая в "Махабхарате", -- вселенский символ
доиндоевропейских и индоарийских народов -- однозначно
указывает на истинную прародину человечества -- полярные,
заполярные и приполярные области современной Евразии, где
климат в те далекие времена (примерная начальная точка отсчета
-- 40 тысяч лет до новой эры), согласно многочисленным научным
данным, был совершенно иным. Оттуда постепенно мигрировали
прапредки современных народов, составлявшие ранее единое целое
и говорившие на общем для всех языке. Есть ли тому
доказательства? Великое множество!
Еще в прошлом веке выдающийся индийский ученый и
общественный деятель Балгангадхар Тилак (1856 -- 1920)
выводил родину древних ариев из приполярных областей.
Аргументы, приводимые Тилаком, следующие. В древнейших
источниках, например, в Тайттирии-Брахмане (а также в Авесте)
описывается Прародина человечества, где Солнце всходит и
заходит по одному разу в год, а сам год делится на один долгий
день и одну долгую ночь, -- что, как известно, соответствует
ситуации, фиксируемой в высоких полярных широтах. В Ведах же
встречаются такие высказывания: "То, что есть год, -- эта
только один день и одна ночь Богов"; "В Меру Боги видят Солнце
восходящим только один раз в году". Общие положения
подкрепляются более детальными, основанными на точном
математическом расчете, свидетельствующем, в частности, что в
Ригведе описываются зори более продолжительные, чем они могут
быть на юге; там же рассказывается о северном сиянии и летнем
поведении Солнца вблизи полюса, когда оно поднимается на
максимальную высоту над горизонтом, некоторое время "стоит" на
месте, прежде чем начинает опускаться25.
Данная концепция вполне совпадает с современными
историческими, этнографическими и геологическими
предположениями о существовании в далеком прошлом в обширных
районах преимущественно Российского Севера огромной приполярной
территории Арктиды, изменившей свой природно-климатический
облик и в основном исчезнувшей с лица Земли в результате
катаклизмов, включая похолодание и оледенение. Земли эти были
заселены протоиндоевропейцами, которые вошли в историю под
названием гиперборейцев26.
Сведения об обычаях и миграциях этих племен сохранились в
мировом фольклоре и мифологии. Лучшим подтверждением факта
существования Арктиды (помимо геологических данных, полученных
при изучении дна Северного Ледовитого океана) являются
ежегодные массовые миграции перелетных птиц с Юга на древнюю
Северную Прародину и обратно, обусловленные генетически
закрепленной памятью, природно-космический механизм которой до
сих пор не ясен.
Прошлая жизнь в приполярных областях зафиксирована во
многих древних культурах и летосчислениях. Сведения эти
самоочевидны и лежат, так сказать, на поверхности, но
становятся понятными лишь в свете представлений о полярном
происхождении древних цивилизаций. Искомые факты легко
обнаруживаются, к примеру, при анализе календарных реформ,
проведенных в свое время в Древнем Египте и Древнем Риме.
Древнеегипетский солнечный календарь включал первоначально 360
дней. Между прочим, именно отсюда возникло разделение
окружности на 360 градусов -- как символ годичного круговорота
Солнца и по соответствующему числу солнечных дней. Затем,
благодаря Богу Тоту-Гермесу (подробнее об этом см. далее), было
добавлено еще 5 дней. Но откуда могли взяться эти 360 солнечных
дней? И на каком основании произведена добавка пяти дней? Все
очень просто: некогда, в отдаленном прошлом, прапредки египтян
наблюдали солнце 360 дней в году, а несколько дней (а именно --
5), в соответствии с законами движения Земли вокруг главного
светила, оно на небосклоне не наблюдалось. Такое (опять-таки в
соответствии с законами природы) возможно только в приполярных
областях. В ходе этнической миграции праегиптян на Юг старое
летосчисление долгое время сохранялось, хотя и противоречило
видимым фактам и новым географическим условиям, но затем была
произведена коренная реформа календаря.
Еще более серьезной корректировки потребовало
первоначальное римское летосчисление. В момент основания Рима
и, естественно, до этого события пришлые народы, заселявшие
Апеннинский полуостров, начиная с конца III тысячелетия до
н.э., пользовались солнечным календарем. Он включал только 10
месяцев и оканчивался декабрем, что дословно и означает
"десятый" и, кстати, не воспринимается как нонсенс в
современном двенадцатимесячном календаре. Следовательно, до
появления в Италии пришлые племена обитали в таких областях,
где в течение двух месяцев Солнце не наблюдалось. Такое, как
снова нетрудно догадаться, возможно лишь в условиях долгой
полярной ночи. Второй после Ромула римский царь Нума Помпилий,
которому при помощи нимфы-прорицательницы Эгерии, по словам
Плутарха, "открылась небесная мудрость", -- исправил анахронизм
старого сумбурного календаря и добавил к имевшимся 10 месяцам
еще 2 -- январь и февраль27 (год у этрусков, латинов, сабинян и
прочих италийских племен начинался так же, как и у древних
славян, -- с марта месяца).
Полярные реминисценции, как бы это ни показалось
парадоксальным на первый взгляд, обнаруживаются и в Библии. В
Книге Исаии говорится об обители (сонме) Богов на краю Севера,
куда стремился один из возгордившихся и наказанных за это сынов
человеческих -- Денница, сын Зари (Ис. 14, 13). Северные те
Боги, по Библии, обитают на священной горе, хорошо известной в
индоиранской традиции под названием Меру. В книге Иова подробно
и эмоционально описывается полярная ночь: "Ночь та, -- да
обладает ею мрак, да не сочтется она в днях года, да не войдет
в число месяцев! О! ночь та -- да будет она безлюдна; да не
войдет в нее веселие! Да проклянут ее проклинающие день,
способные разбудить Левиафана! Да померкнут звезды рассвета ее:
пусть ждет она света, и он не приходит: и да не увидит она
ресниц денницы..." (Иов 3, 6-9). В Книге Иисуса Навина
содержится ссылка на еще более древнюю книгу Праведного, где
описывается поведение Солнца в приполярных областях: "Стояло
Солнце среди неба и не спешило к западу почти целый день" (Нав.
10, 13). Данный фрагмент практически полностью соответствует
строкам Ригведы: "Свою колесницу Бог Солнца остановил посреди
неба", где также в метафорической форме описывается полярный
день.
А есть ли полярные мотивы в древнегреческих мифах? Не
могут не быть, если только прапредки эллинов пришли с Севера и
принесли с собой ядро тех сказаний, которые, приспособившись к
новым условиям и обрастая массой подробностей, приобрели
впоследствии привычный для нас вид. Но сквозь оболочку
позднейших наслоений нет-нет да и сверкнет Полярная звезда
памяти о далеком прошлом. Так, перед битвой с гигантами
Зевс велел Солнцу-Гелиосу, Луне-Селене и Заре-Эос не
светить на землю. В небе остались только звезды. Здесь
явственный намек: гигантомахия (точнее -- события ей
предшествовавшие) сопряжена с полнощными странами и полярной
ночью. Также в легендах о рождении Геракла различные источники
единодушно свидетельствуют: когда Зевс соблазнил Алкмену, их
первая брачная ночь ознаменовалась тем, что Солнце трое суток
не поднималось над Землей. Такое может случиться только в
Приполярье или Заполярье. Следовательно, именно там и
происходили описываемые события. И именно туда, на родину
предков, неоднократно возвращался величайший герой древности
Геракл при совершении некоторых из своих подвигов и при
освобождении Прометея. Лишь в эпоху расцвета античной
цивилизации первичное ядро северных легенд было
трансформировано и приспособлено к условиям Средиземноморья.
Один из крупнейших представителей сравнительного
языкознания и сравнительной мифологии Макс Мюллер (1823
-- 1900) не без оснований полагал, что в период,
предшествовавший образованию современных этносов, каждое слово
в первоначальном арийском языке было мифом, каждое имя --
образом, каждое существительное -- определенным лицом и каждый
предлог -- маленькой драмой. По этой причине многие языческие
Боги -- индийские, иранские, греческие, германские, славянские
и прочие -- не что иное, как результат персонификации
поэтических обозначений (имен), неожиданных даже для тех, кто
их придумал. Интересно взглянуть под данным углом зрения на
скупые сведения древних историков, связанные с преданиями о
Гиперборее. Естественно, что в Ведах, Авесте, Библии и других
древних книгах не содержится упоминаний ни о Гиперборее, ни о
гиперборейцах, поскольку это вообще не автохтонные
наименования. Дословно этноним гиперборейцы означает "те, кто
живет за Бореем (Северным ветром)", или просто -- "те, кто
живет на Севере". В древнерусской географии также было принято
разделение мира по ветрам, и территория современной России
обозначалась соответственно по направлению северного ветра.
"Благословил есть праотец наш Ной, -- сказано в "Мазуринском
летописце", -- прадеда нашего Иафета частию земли западного
всего и северного и полунощного ветров".28
О гиперборейцах писали многие античные авторы. Одни
подвергали сомнению само существование гиперборейцев ввиду
отсутствия достоверных фактов. Так, отец истории Геродот, хотя
и четко помещает их на крайнем Севере на берегах "последнего
моря", опасается домысливать что-либо к известным ему фактам,
связанным с регулярным принесением даров в храм Аполлона на
острове Делос посланцами гиперборейцев. Напротив, другой гигант
античности Плиний Старший пишет о гиперборейцах, как о реальном
древнем народе, живущем у Полярного круга, имеющем древние
традиции и генетически связанном с эллинами, а также с
культурой и религией всего античного мира -- через культ
Аполлона.
Плиний Старший -- один из самых беспристрастных ученых --
старался излагать только бесспорные факты, воздерживаясь от
каких-либо комментариев. Вот что дословно сообщал он в
"Естественной истории" (IV, 26): "За этими [Рипейскими] горами,
по ту сторону Аквилона [Северный ветер -- синоним Борея. --
В.Д.], счастливый народ (если можно этому верить), который
называется гиперборейцами, достигает весьма преклонных лет и
прославлен чудесными легендами. Верят, что там находятся петли
мира и крайние пределы обращения светил. Солнце светит там в
течение полугода, и это только один день, когда солнце не
скрывается (как о том думали бы несведущие) от весеннего
равноденствия до осеннего, светила там восходят только однажды
в год при летнем солнцестоянии, а заходят только при зимнем.
Страна эта находится вся на солнце, с благодатным климатом и
лишена всякого вредного ветра. Домами для этих жителей являются
рощи, леса; культ Богов справляется отдельными людьми и всем
обществом; там неизвестны раздоры и всякие болезни. Смерть
приходит там только от пресыщения жизнью. После вкушения пищи и
легких наслаждений старости с какой-нибудь скалы они бросаются
в море. Это -- самый счастливый род погребения... Нельзя
сомневаться в существовании этого народа" [подчеркнуто мной. --
В.Д.]29.
Даже из этого небольшого отрывка из "Естественной истории"
нетрудно составить ясное представление о Гиперборее. Первое --
и это самое главное, -- она размещалась там, где Солнце может
не заходить по нескольку месяцев. Другими словами, речь может
идти только о приполярных областях, тех, что в русском
фольклоре именовались Подсолнечным царством. Другое важное
обстоятельство: климат на Севере Евразии во времена расцвета
Гипербореи был совсем другим.
Новейшие комплексные исследования, проведенные на севере
Шотландии по международной программе, показали, что 4 тысячи
лет назад (это -- стык III и II тысячелетий до новой эры)
климат на данной широте был сравним с нынешним климатом
Средиземноморья. Еще ранее российскими океанографами и
палеонтологами было установлено, что в 30 -- 15 тысячелетии до
н.э. климат Арктики был достаточно мягким, а Северный Ледовитый
океан был теплым, несмотря на присутствие ледников на
континенте. Примерно к таким же выводам и хронологическим
рамкам пришли американские и канадские ученые. По их мнению, во
время Висконсинского оледенения в центре Северного Ледовитого
океана существовала зона умеренного климата, благоприятная для
такой флоры и фауны, которые не могли существовать на
приполярных и заполярных территориях Северной Америки.
Косвенным свидетельством в пользу существования в северных
широтах древней высокоразвитой цивилизации могут служить
находящиеся повсюду мощные каменные сооружения и другие
мегалитические памятники. При зарождении археологии как науки
им придавалось исключительно важное значение в понимании
далекого прошлого человечества. Так, в северной Шотландии, на
Шетландских и Оркнейских островах хорошо известны развалины
могучих доисторических башен-крепостей, воздвигнутых задолго до
римских и тем более норманских завоеваний30. Функционально эти
башни больше всего напоминают такие же каменные сооружения на
Северном Кавказе. А то, что расположены они на самой северной
оконечности Британских островов и сориентированы на отражение
возможной атаки с Севера, невольно наводит на мысль на их
сопряженность с Прародиной цивилизации -- Гипербореей. Остатки
подобных сооружений обнаружены и на Кольском полуострове.
Несомненно также, что в те далекие времена эллины были
близки гиперборейцам и по обычаям и по языку -- об этом прямо
пишет Диодор Сицилийский (П, 47). Судя по всему, два
родственных народа жили когда-то вместе в северных широтах.
Затем некоторые обстоятельства (о них речь пойдет ниже)
заставили предков эллинов мигрировать на стыке II и I
тысячелетий до н.э., вытесняя и поглощая таких же пришлых (но
примерно на тысячелетие раньше) завоевателей -- создателей
эгейской и минойской культуры, строителей величественных
каменных сооружений и лабиринтов. Трудно, разумеется, если
придерживаться научного подхода, и далее детализировать
сведения по той стране, которая уже во времена Геродота была
объектом легенд. Но именно научный подход и позволяет найти
некоторые зацепки и провести ряд аналогий. Так, известна карта
Герхарда Меркатора (1512 -- 1594) -- одного из самых
известных картографов всех времен, опиравшегося на какие-то
древние знания, на которой Гиперборея изображена как огромный
арктический материк, окружающий Северный полюс и с высокой
горой (Меру?) посередине (рис.17). С другой стороны, древние
авторы и, в частности, Страбон в своей знаменитой "Географии",
пишут об окраинной северной территории, полярной оконечности
Земли, именуемой Туле (Тула). Туле как раз и занимает то
место, где по расчетам должны быть Гиперборея или Арктида
(точнее Туле -- одна из оконечностей Арктиды).
У Страбона, который опирался на недошедшие до нас тексты
предшественников, нет каких-либо подробностей относительно
Туле, кроме того, что он (остров) расположен в шести днях
плавания на север от Британии и что море там и вся окружающая
среда студнеобразные, напоминают тело одной из разновидностей
медуз, по-древнегречески называемой "морское легкое". Если
точно следовать тексту Страбона, то в использованном им, но
впоследствии утраченном описании плавания Пифея (он,
собственно, и посетил таинственную землю, где летом солнце не
садится за горизонт по нескольку месяцев и столько же
продолжается зимняя ночь), приводимые подробности поддаются
лишь гипотетической расшифровке. В окрестностях Туле "нет более
воздуха, а некое вещество, сгустившееся из всех этих элементов,
похожее на морское легкое; в нем, говорит Пифей, висят земля,
море и все элементы, и это вещество является как бы связью
целого: по нему невозможно ни пройти, ни проплыть на
корабле"31. По эзотерическому преданию, столицей легендарной
страны Туле был Город Солнца -- Гелиополь. Именно с тех пор
священное название, превращенное в своего рода символ, начало
свое победное шествие по всему миру. Сам топоним греческого
происхождения, но он калькирует исконно-автохтонные названия.
Одна из религиозных столиц Древнего Египта известна под
названием Гелиополя. Развалины таких же "гелиополев" --
городов-святилищ Солнца разбросаны по всему американскому
континенту -- от Мексики и Гватемалы до Боливии и Перу.
Впоследствии имя Города Солнца как символ достойной и
счастливой жизни перекочевал в тайные учения и утопические
доктрины -- наиболее известной из них явилась знаменитая книга
Томмазо Кампанеллы.
Если других фактов не сохранилось, а материальные
памятники либо не распознаны, либо скрыты под арктическим
льдом, -- остается прибегнуть к испытанному средству --
реконструкции смысла. Ибо язык как хранитель мысли и знаний
исчезнувших поколений такой же надежный памятник, как каменные
мегалиты -- дольмены, менгиры и кромлехи. Нужно только
научиться читать скрытый в них смысл.
Калькой древнего арктического материка Туле (Тула)
является название старинного русского города Тула. Конечно,
вряд ли русский город Тула имеет прямое отношение (по
принадлежности) к древней Гиперборее (Туле). Однако налицо,
если так можно выразиться, довольно очевидное, хотя и косвенное
свидетельство: народ, связанный с Гипербореей (Туле), возможно,
пришел или был вынужден бежать из легендарной страны, народ, в
чьем языке слово "тула" означало нечто скрытое и заветное --
он-то и дал наименование тому месту, где впоследствии возник
современный город Тула (дословно -- "потаенное место").
Именно такой смысл имеет, согласно Словарю Владимира Даля,
понятие "тула". Это -- "скрытое, недоступное место" --
"затулье", "притулье" ("тулить" -- укрывать, скрывать, прятать
и т.п.). Есть и другие русские слова с этим корнем: "туло,
туловище" -- тело без головы, рук и ног; "туло" -- колчан в
виде трубки, где хранятся стрелы (отсюда -- "втулка").
Производными от той же корневой основы в русском языке являются
слова: "тыл" -- затылок и вообще -- задняя часть чего-либо,
"тло" -- основание, дно (в современном языке сохранилось
устойчивое словосочетание "до тла"); "тлеть" -- гнить или чуть
заметно гореть и т.д.
Как видим, имя города Тула имеет богатейшее смысловое
содержание. Топонимы с корнем "тул" вообще имеют чрезвычайное
распространение: города Тулон и Тулуза во Франции, Тульча -- в
Румынии, Тульчин -- на Украине, Тулымский камень (хребет) -- на
Северном Урале, река в Мурманской области -- Тулома, озеро в
Карелии -- Тулос. И так далее -- вплоть до самоназвания одного
из дравидских народов в Индии -- тулу. На американском
континенте также известен город Тула -- древняя столица
доколумбова государства тольтеков (на территории современной
Мексики), просуществовавшая до 12 века н.э. Предположение о
лексической и смысловой сопряженности этнонима тольтеков и
названия их главного города с легендарной приполярной
территории Туле было высказано еще Рене Геноном в его
знаменитом эссе "Атлантида и Гиперборея". Тольтекская Тула с ее
реставрированными памятниками (включая знаменитую пирамиду
Кецалькоатля) -- один из известнейших
архитектурно-археологических комплексов Нового Света. Однако в
данном случае нас интересует этимология тольтекского названия
города: 1) восходит ли оно к запредельно-древним временам,
когда прапредки индейских племен вычленились из общей
этнолингвистической массы и начали свое миграционное шествие по
американскому континенту, покинув общую прародину всех народов
мира (предположительно не ранее 40 тысяч лет до н.э.); 2)
принадлежит ли оно исчезнувшему народу, прибывшему с одного из
погибших гипотетических материков или архипелагов Атлантиды или
Арктиды; 3) является ли автохтонным -- с учетом того, что сама
культура тольтеков была кратковременной (в пределах трех
столетий) и сравнительно поздней.
Но если даже остановиться на последнем возможном
объяснении, -- нельзя отрицать, что сами тольтеки возникли не
на пустом месте и не вдруг -- у них были предки и прапредки, в
словарном запасе которых непременно были слова с корневой
основой "тул[а]", лежащей, кстати, в фундаменте самого этнонима
"тольтеки". Кроме того, на месте разрушенной столицы
государства тольтеков ранее существовал легендарный город
индейцев науа -- Толлан (или Тольян), чье название созвучно
лексеме "тул". И эту цепочку поколений, тянущуюся вглубь веков,
опять-таки можно проследить до 40-го тысячелетия до н.э., то
есть до начала распада единой этнолингвистической общности всех
народов и языков мира.
Несмотря на скудные сведения историков, античный мир
располагал обширными представлениями и немаловажными
подробностями о жизни и нравах гиперборейцев. Солнцебог Аполлон
Гиперборейский -- покровитель муз -- вдохновил многих поэтов и
писателей, дабы воспели они своих северных прапредков. И все
потому, что корни давних и тесных связей с гиперборейцами
уходят в древнейшую общность праиндоевропейской цивилизации,
естественным образом связанную и с Полярным кругом, и с "краем
земли" -- северной береговой линией Евразии и древней
материковой и островной культурой.
Именно здесь, как пишет Эсхил: "на краю земли", "в
безлюдной пустыне диких скифов" -- по приказу Зевса был
прикован к скале непокорный Прометей (рис.18), который, вопреки
запрету, подарил людям огонь, открыл тайну движения звезд и
светил, научил искусству сложения букв, земледелию и плаванию
под парусами. Но край, где томился терзаемый драконоподобным
коршуном Прометей, покуда его не освободил Геракл, -- не всегда
был столь безлюдным и бесприютным. Все выглядело иначе, когда
сюда, на край Ойкумены, к гиперборейцам приходил знаменитый
герой древности -- Персей, чтобы сразиться с Горгоной Медусой,
завладеть ее несущей смерть головой. За то и был он прозван
"Гиперборейским", о чем в подробностях поведал Пиндар --
величайший эпический поэт Эллады:
Но ни вплавь, ни впешь
Никто не вымерил дивного пути
К сходу гипербореев --
Лишь Персей,
Водитель народа,
Переступил порог их пиров,
Там стожертвенным приношением Богу закалывались ослы,
Там длящимся весельям и хвалебным словам
Радуется Аполлон,
И смеется на ослиную встающую спесь.
Не чуждается их нрава и Муза:
Хоры дев, звуки лир, свисты флейт
Мчатся повсюду,
Золотыми лаврами сплетены их волосы,
И благодушен их пир.
Ни болезни, ни губящая старость
Не вмешиваются в святой их род.
Без мук, без битв
Живут они, избежавшие
Давящей правды Немезиды.
Смелостью дыша,
Это в их счастливые сборища
Шагнул, предводимый Афиною,
Сын Данаи.
Он убил Горгону,
Он принес островитянам
Ту голову, пеструю змеиною гривой,
Каменную смерть.
И дивному вера есть, коль вершитель -- Бог.
Не иначе -- картина "золотого века": равные олимпийским
Богам гиперборейцы не знают ни нужды, ни войн, ни внутренней
вражды, ни болезней, ни смерти. Гиперборея -- воистину родина
Богов, героев и всего человечества. О том же свидетельствует и
вышеприведенный отрывок из Плиния Старшего.
Вопрос о подвигах и приключениях Персея интересен не
только своей географической привязанностью к гиперборейцам, но
и заглубленностью в те пласты древнего мировоззрения, когда
действовала совершенно иная по сравнению с классической система
мифологических ориентиров. Персей отправился на "край земли", в
царство гиперборейцев как на прародину и самих эллинов, и
Олимпийских Богов. Там, на Крайнем Севере, обитали потомки
титанов первого поколения Богов, названных в 37-м Орфическом
гимне "истоком и началом всего, что смерти подвластно", но
побежденных все же Олимпийцами в жестокой борьбе. Там, видимо,
и произошла Титаномахия -- битва Богов и Титанов -- ближайших
потомков одной и той же матери Земли-Геи и одного и того же
отца Неба-Урана. В действительности же Титаномахия отразила в
мифологической форме распад праэтноса и столкновение двух
тотемных структур -- старой и новой, одна из которых, возможно,
потерпев, поражение, вынуждена была мигрировать на Юг, оставив,
однако, потомкам выгодную для себя версию происходивших
событий.
Не вдаваясь в перипетии древней войны (ее точные
подробности все равно не известны), отметим, что титаны и их
окружение были изничтожены дважды: первый раз -- физически,
второй раз -- морально. На них была наложена Каинова печать
сатанинского племени, им были приписаны все мыслимые и
немыслимые грехи. Так, впрочем, было всегда, когда одна религия
приходила на смену другой: прежние кумиры в прямом смысле
уничтожались, на былые верования накладывалось табу, а все, что
с ними было связано, извращалось и изгаживалось. Именно так
произошло при распаде индоиранской общности. Первоначально у
древних индийцев и иранцев были общие Боги. После разделения
религий и культур одни и те же Боги стали восприниматься с
противоположными знаками народами, перешедшими во враждебные
отношения друг к другу. В индоиранской мифологии существовало
разделение мира демонов и Богов на дэвов и
асуров. Но если в индийской традиции деви --
синоним Божества, то в иранской интерпретации (а в дальнейшем и
у других народов, оказавшихся в орбите персидской культуры)
дэвы -- злобные, кровожадные оборотни, главные враги
рода людского. Примерно тот же смысл вкладывают индийцы в
понятие асуров; зато у древних иранцев ахуры --
божественные существа, боровшиеся за упорядочение мира и
общества против сил хаоса, зла и тьмы, а Ахурамазда --
верховное Божество зороастрийского пантеона.
По такой же примерно схеме развивались события при
становлении олимпийской мифологии. Среди эллинов были
распространены три концепции сотворения мира: 1) пеласгийская и
2) орфическая, обе развивавшие общеиндоарийские представления о
космическом яйце как первоколыбели Богов и людей, и 3)
олимпийская, превратившаяся в официозную религию и идеологию
после вторжения эллинов на Балканы.
По олимпийской традиции первоначально существовало четыре
поколения Божеств. Второе и третье поочередно свергали своих
предшественников. Согласно Гесиоду, прародителями всего живого
считались Гея-Земля и Уран-Небо. От их брака народились
чудовища -- сторукие великаны гекатонхейры, одноглазые циклопы,
а также титаны и титаниды. Титаны во главе с Кроном (Хроносом)
восстали против отца Урана, свергли его после оскопления и
стали править миром. Но не вечно. От брака Крона -- владыки
мира -- с сестрой-титанидой Реей родилось пятеро детей. Дабы не
допустить своего свержения, отец тотчас же их проглатывал, пока
очередь не дошла до последнего -- Зевса. Мать-Рея подменила
ребенка камнем, а сына надежно спрятала и вырастила. Возмужав,
Зевс освободил из утробы отца своих братьев и сестер и вместе с
ними объявил десятилетнюю войну всем титанам. Победа досталась
Зевсу (рис.19), титаны во главе с Кроном были низвергнуты, а
миром стал править Зевс и его соратники: братья Посейдон и
Плутон, сестра Деметра и супруга Гера. В дальнейшем в число
Олимпийских Богов были включены дети Зевса от разных жен:
Гефест, Гермес, Аполлон, Артемида, Афина, Арес, Дионис,
Афродита. Относительно происхожденя последней имеется иная,
более древняя версия: Афродита -- не дочь, а, скорее, тетка
Зевса. Она появилась на свет еще до рождения будущего владыки
Олимпа: плоть оскопленного Урана упала в море, образовав пену,
из нее-то и возникла Пенорожденная Богиня.
Спрашивается: какое отношение все это имеет к русскому
мировоззрению? А вот какое: подавляющее большинство упомянутых
событий, описанных в классической Теогонии, происходило не на
Балканах -- территории древней и современной Греции, а в местах
расселения той части индоевропейской этнической общности,
которая впоследствии непосредственно разделилась на прапредков
эллинов и прапредков славян. Находился этот этнический котел
народов в северных широтах Евразии, то есть главным образом на
территориях современной России, именуемых в древности
Гипербореей. Греки и русские -- народы, близкие по генетическим
корням и духовному мироощущению; неспроста впоследствии они
вновь духовно объединились в православии.
Вообще же вопрос о титанах достаточно запутан и относится
к числу "темных". Расхождения по поводу их генезиса
существовали уже между Гомером и Гесиодом. По Гесиоду, как уже
отмечалось, отец двенадцати титанов и титанид -- это Уран-Небо,
а мать -- Гея-Земля. В дальнейшем титанами именовались и дети
первого поколения, например, Прометей -- сын Япета (Иапета) и
Климены. У Гомера титаны -- дети не Урана и Геи, а Океана и
Тефиды -- родоначальников всего живущего. (Между прочим, то,
что наименование "титаны" образовано от имени матери -- Тефиды
(Титии), свидетельствует о матриархальности отношений,
доминировавших во времена их владычества. Напротив, с
воцарением Олимпийцев утвердились отношения патриархальные.)
Аполлодор в "Мифологической библиотеке" придерживается версии
Гесиода. Впоследствии их точка зрения и была канонизирована,
хотя уже многие античные авторы -- и в их числе знаменитый
философ Гераклит Эфесский -- выражали глубокие сомнения в
компетенции Гесиода. Это подтверждают и некоторые, как принято
выражаться, независимые источники.
Сохранились свидетельства так называемых Сивиллиных книг,
некогда обширных мифологических источников древнейшего
происхождения. Первоначально Кумская Сивилла принесла
последнему царю Древнего Рима Тарквинию Гордому девять
священных книг, и уже тогда шесть из них были сожжены.
Оставшиеся не раз переписывались, сокращались, пока их
окончательно не уничтожили варвары после захвата Рима. Тем не
менее некоторые отрывки уцелели, среди них -- касающиеся
происхождения титанов. Иногда утверждают: перед нами не
подлинник, а позднейший пересказ. Ну и что! Ничуть не меркнет
заслуга нередко безымянных авторов, сумевших донести до нас
голос подлинника, в том или ином виде бывшего у кого-то перед
глазами. Ценность первоначальных свидетельств не снижается,
оттого что они передаются от поколения к поколению.
В III Сивиллиной книге излагается версия, отличная от
общепринятой: титаны вовсе не были Первобогами, а представляли
десятое поколение, жившее после потопа (какого по счету потопа
-- не говорится). Самое интересное, что Титан в Сивиллиной
книге -- имя собственное: "И владычествовали тогда Крон, Титан
и Япет, названные превосходнейшими детьми Геи (Земли) и Урана
(Неба), по причине того, что они были лучшими земными людьми.
Вся земля была разделена между ними на три части и каждый
владычествовал в своей части бесспорно, ибо отец наложил на них
клятву, а дележ был справедливый. Но когда старому отцу пришел
конец и он умер, тогда клятва была нарушена постыдным образом,
и сыновья заспорили о царском достоинстве и владычестве над
всеми людьми. Воевали же (преимущественно) Крон и Титан"32.
Далее подробно рассказывается о перипетиях этой борьбы.
Поражает обыденность и приземленность данной версии:
титаны и будущие Олимпийцы оказываются простыми людьми (Зевс,
кстати, прозывается Дисом и признается таким же смертным, как
все люди, Боги и полубоги). Любопытна интерпретация и самого
образа Титана: первоначально это брат-соперник Крона и Япета (в
Сивиллиной книге -- вопреки Гесиоду и Аполлодору -- они не
называются титанами; зато таковыми именуются 60 сыновей
первородителя).
Имеются веские основания предполагать, что Титан -- вообще
не имя, а прозвище. Исходя из значения древнегреческого слова и
близких ему по смыслу слов, "титан" означает: "простирающий
руку", "стремящийся", "мыслитель", "властелин", "питатель"
("властелин" уместно признать основным смыслом). Точно так же
Прометей -- сын Япета (Ипета) -- не имя собственное, а
прозвище: "провидец", "промыслитель", "прозорливец", "ведун"
(от слов: "ведать, "проведать"), то есть из одного ряда с
русскими словами: "ведьма" (ж. род), "волхв" (м. род). Крон
также в известном смысле прозвище: имена Крон[ос] и Хронос
тождественны, а Хронос означает Время. Косвенно это
подтверждает и один из фундаментальных памятников мировой
историографии -- "История Армении" (V в. н.э.). Ее автор --
выдающийся сын армянского народа Мовсес Хоренаци также
опирался на III Сивиллину книгу, но другую ее редакцию, где
вместо Крона-Хроноса фигурирует его персидский эквивалент Зрван
(Зерван). В древнеиранской мифологии Зрван -- Время, являющееся
первоначальной мировой субстанцией; отсюда -- зерванизм
(зрванизм) -- самобытная философская концепция, оказавшая
непосредственное влияние на зороастризм, маздеизм, иудаизм,
гностицизм, каббалистику, а в манихействе Зрван и вовсе
является Верховным Богом.
Вообще же имя древнегреческого Первобога-титана Крона
родственно таким русским словам, как "крона" (дерева) или
"корона" (от лат. corona -- венок). Поэтому изначальный
смысл самого имени Крон можно реконструировать как:
"верховник", "венценосец". Одновременно в русском языке
прижился и вторичный смысл имени Крона -- Хронос-Время. Имя
Крона, олицетворяющее им онтологическое и историософское
значение времени, сохранилось и в современном слове "хроника".
Древнее русифицированное его звучание -- "кроника", где
корневая основа "крон" наличествует в первозданном виде. Термин
"кроника" в различных ее вокализациях был достаточно широко
распространен в старинной книжной литературе, где выступал
синонимом слова "летопись", обозначая исторические своды -- в
особенности иноязычные и переводные33 . Из общего корневого
гнезда проистекают и другие исконно русские слова: глагол
"кроить" и существительное "край", восходящее к тому же к
авестийскому karаna -- "край", "сторона" (см.: Словарь
М.Фасмера).
Несмотря на олимпийский переворот, Крон продолжал
почитаться практически во всех странах древнего мира -- от
Египта до территорий, заселенных славянами, ибо, по мнению
древних -- свидетельствует Плутарх, -- "все произошло от Крона
и Афродиты"34, то есть -- от всепоглощающего времени и
всепобеждающей любви. Древние считали его еще и Богом холода и
зимы -- еще одно указание на полярную прародину. Некоторые
авторы прямо называют Крона гиперборейским Божеством, владыкой
Полюса и полярных стран. Неспроста ведь в отдельных античных
источниках современная акватория Ледовитого океана именовалась
Кронидским морем. Латинским эквивалентом Бога Крона был Сатурн.
Именно под этим именем он упоминается как Божество славян в
книге арабского путешественника Аль-Массуди. В X веке, еще до
введения христианства на Руси, он посетил нынешние российские
территории, путешествуя по Хазарии и Волжской Булгарии. В одном
из славянских Храмов на Черной горе, рассказывает Аль-Массуди в
книге "Золотые луга", стоял идол, представлявший Сатурна в
образе старца с палкою в руках, ею он разгребал могильные кости
смертных; под правою ногой были изображены разного рода
муравьи, а под левою вороны и другие подобные птицы35.
Ясно, что упомянутое славянское Божество Времени и Смерти
имело свое собственное имя -- в прошлом веке его пытались
реконструировать известные европейские мифологи. Со ссылкой на
чешские хроники считали, что имя его Ситоврат, созвучное
Сатурну и означающее Солнцеворот (или, возможно также, Врата
Солнца). Со ссылкой на средневековые латинские словари считали,
что звали его Крът (Крет) -- созвучно (первые две буквы) имени
Крона, а также названию одной из разновидностей сокола --
"кречета". Подобной точки зрения придерживался Якоб
Гримм, проделавший скрупулезный лингвистический анализ
данного теонима. В конечном счете родственными имени Крът
(Крон) признаются слова с корнем "крес" -- ("огонь") и
"крад-крак", включая название древнего польского города Краков.
От себя добавим, не менее созвучен имени Крът и топоним Крит --
название средиземноморского острова, очага эгейской
цивилизации. Для имени Зевс -- низвергателя Крона и других
титанов -- тоже нетрудно подыскать аналоги в русском языке. Это
слово "зев", и "зов", и сопряженные с ними единоосновные
глаголы "зиять", "звать", "зевать". Последний, по Далю, помимо
общераспространенного смысла, означал также: "кричать",
"орать", "реветь". "Зев -- рев" -- вот, вероятнее всего, та
смысловая "вилка", которая нашла свое отражение в имени
Олимпийского Громовержца.
А какие сведения можно почерпнуть в древнерусских
источниках? Крупнейший русско-украинский историк Николай
Иванович Костомаров (1817 -- 1885) в монографии
"Севернорусские народоправства во времена удельно-вечевого
уклада (История Новгорода, Пскова и Вятки)" ссылается на
хронографы XVI и XVII веков, где записана уже упоминавшаяся
легенда о начале Русской земли. Здесь рассказывается о потомках
Яфета (Япета) Скифе и Зар-дане, переселившихся на юг в
Причерноморье; в свою очередь их потомки -- Словен и Рус
вернулись в места прежнего проживания своих предков на Севере.
Имя Зар-дан в русских источниках нигде более не зафиксировано.
Оно может быть интерпретировано двояким образом: во-первых, с
учетом чередования согласных звуков и по аналогии с понятием
Зрван, означающим Время и прямиком выходящим на его греческий
эквивалент Хронос-Крон[ос]; во-вторых, как собственно русское
имя, состоящее из двух русских корней "зар" (ср.: "заря") и
"дан" (ср.: "данный") -- в таком случае Зардан сродни имени
Богдан. Думается, однако, что различие между обоими подходами
условно, если обратиться к теории единого происхождения языков
мира; впрочем, общая основа наверняка отыщется уже в
общеиндоевропейских корнях.
Сходным образом понятие и слово "титан" образуют общее
лексико-смысловое гнездо с исконно русскими словами: "тита"
(женская грудь -- "титька"), "тетя", "тятя" ("тата -- отец",
откуда и слово "отечество") -- все они предполагают некоторую
близкородственную основу. По поводу Крона в русских летописях
есть еще одно любопытное свидетельство, почерпнутое из
византийских хроник, излагавших эллинскую мифологию. В русском
Хронографе редакции 1512 года упоминается один из прародителей
человечества -- исполин Крон, названный так "по имени великой
звезды" (то есть планеты Сатурн). Русский хронограф считает
Крона дедом великого пророка Зороастра, "рекше зорозвездник,
славный перьскый звездозаконник".
Остается разобраться с этимологией имени Япет (Иапет) --
Яфет (последнее в древности писалось -- Афет, в современных
изданиях -- Иафет). С ним сопрягается имя Ипат --
мистически-роковой символ русской истории: с Ипатьевского
монастыря началась история династии Романовых, а в Ипатьевском
доме в Екатеринбурге она трагически завершилась. Полное имя для
Ипата -- Ипатий, он же -- Евпатий, древнерусское написание --
Еупатий (так звали организатора сопротивления Батыю в Рязанском
княжестве), восходящее к греческому Евпатору, что означает
"благородный" (такое прозвище было у знаменитого властителя
Боспорского царства Митридата VI). Русское имя Ипат, исходя из
греческой первоосновы, также переводят обычно: "знатный",
"важный".
Однако нахождение иноязычного эквивалента -- лишь первый
шаг на пути отыскания истины: корни и греческого, и
славяно-русского слов наверняка уходят в более глубокие
лексические и смысловые пласты, тем более когда речь идет о
легендарном прародителе индоевропейских и прочих народов. Не
лишено вероятности, что имя Иапет -- обычное прозвище,
связанное с древнегреческим глаголом iapto, значение
которого многопланово: "кидать", "бросать", "низвергать",
"произносить", "нападать", "поражать", "носиться", "мчаться",
"плясать". Соответственно и Иапет может считаться и
Низвергателем, и Мчащимся, и Плясуном, и т.д. Среди
неавтохтонных пришлых народов, известных античным авторам, были
иаподы, жившие на стыке Балканского и Апеннинского
полуостровов, а также иапиги, поселившиеся в конечном счете в
Италии, куда они прибыли с Крита под водительством Иапига, сына
легендарного мастера Дедала и неизвестной критянки. Что
заставило критян спешно покинуть остров -- колыбель доэллинской
цивилизации, -- об этом история умалчивает. Известно однако,
что сам Дедал был связан с Севером (Арктом), о чем еще будет
сказано ниже.
Просматриваются параллели и с русским языком, хотя и носят
они гипотетический характер. Так, хорошо известное русское
слово "ябедник" в прошлом означало "служитель" и писалось,
начиная с "Русской правды" Ярослава Мудрого, "ябет[ь]ник",
уходя своими корнями, по мнению большинства специалистов, в
скандинавские языки. Впоследствии, но не ранее XVI века, из
существительного "ябедник" образовался глагол "ябедничать" со
смыслом "доносить", "клеветать", а "ябедник" превратился в
"ябеду-доносчика". С учетом взаимопревращаемости согласных
звуков "б" и "п" можно допустить форму "япетник", где
лексическая основа "япет" обнаруживается очень четко. Кроме
того, в русле индоевропейской фонетической трансформации
известно превращение "б" в "пф" (или наоборот). Русское
"яблоко" имеет общую корневую и генетическую основу с немецким
Apfel, где "б"="пф". Отсюда понятно, почему в
вокализации имени Япета возможен вариант со звуком "ф" вместо
"п". Конечно, созвучность имени-символа Япет-Яфет и
древнерусского слова "ябеть[ник]" может оказаться случайной, но
во всякой Истории -- в том числе и в истории языка -- ничего
случайного, по большому счету, не бывает.
Таким образом, многие Олимпийские Боги, эллинские герои и
связанные с ними сюжеты окрашены в "русские тона". Данный на
первый взгляд парадоксальный тезис нужно понимать не в том
плане, что эллины произошли от русских (или наоборот), а в том
смысле, что предыстория тех и других имеет общие корни и даже
ствол: некогда существовал нерасчлененный Пранарод с общим
языком и культами, но в дальнейшем праэтнос расщепился, места
расселения изменились, языки обособились. Однако следы былой
общности не стерлись. Это -- бесспорный факт, и в дальнейшем
изложении он неоднократно будет подкрепляться все новыми и
новыми аргументами. Еще в прошлом веке вывод о
близкородственности древнегреческой и русской народных культур
настойчиво пропагандировал выдающийся славист и фольклорист
Петр Алексеевич Бессонов (1827 -- 1898), а также уже
упомянутый А.Д.Чертков. Кроме того, был издан сравнительный
словарь А.О.Готтеса "Основание всеобщей словесности и
происхождение русского языка" (СПб., 1844), получивший
неоднозначную оценку в научных кругах, но наглядно
демонстрировавший сотни параллелей между русским и
древнегреческим языками. Ныне к идее совпадения древних и
коренных индоевропейских культур с русским мировоззрением и
традициями обратились многие современные исследователи.
Наибольший интерес в данном плане представляют публикации
Ю.Д.Петухова (см., напр.: Дорогами Богов. М., 1990; Русские
Боги Олимпа // Голос Вселенной. 1996. No5) и В.И.Щербакова
(см.: Асгард -- город Богов. М., 1991; Века Трояновы. М.,
1995).
В последнее время принято более внимательно относиться к
Библии как к историческому документу. Безусловно, Книга Книг
таковым и является. Здесь аккумулировано древнее знание многих
народов. И в особенности это касается предыстории. Позволю и я
в качестве отправного пункта для объяснения некоторых
таинственных явлений доисторического прошлого взять две
загадочные библейские фразы из 6-й главы "Бытия". Здесь
рассказывается о временах, предшествовавших всемирному потопу,
о грехах людских и о том, как "сыны Божьи" (Эрих фон Деникен
расценивает их как посланцев иных миров) стали брать в жены
дочерей человеческих, и те начали рожать от них детей. Но не к
этому сюжету, казалось бы, имеющему непосредственное отношение
к палеоконтактам, хотелось бы привлечь внимание. В 6-й главе
"Бытия" есть небольшое вставное отступление, которое не имеет
никакого отношения ни к предыдущему, ни к последующему
изложению. Всего две фразы: "В то время были на земле исполины
<...> Это сильные, издревле славные люди" (Быт. 6, 4).
Обычно слова эти воспринимаются как дань уважения
фольклору и сказкам о великанах. Но, во-первых, в фольклоре
также отображена реальная история, особенно -- древняя.
Во-вторых, почему бы не посмотреть на сам библейский текст как
на историческое свидетельство. Тем более перед нами далеко не
единичное свидетельство. Напротив, свидетельств масса -- как и
заслуживающих внимания фактов. Сошлемся только на два.
В России почти не знают вавилонского историка Бероса (ок.
350 -- 280 до н.э.). Труды его (точнее -- дошедшие из них
фрагменты) никогда на русский язык не переводились и вообще
считаются чуть ли не апокрифическими. Между тем они -- один из
важнейших источников по древней истории. Сам Берос был
жрецом-астрологом, но после взятия Вавилона Александром
Македонским и наступления "смутного времени" бежал в Элладу,
выучил греческий язык, затем возвратился на родину и написал
по-гречески для царя Антиоха I историю Вавилонии, включая
доисторические времена, опираясь при этом на древние, погибшие
уже тогда источники. Так вот Берос, описывая допотопную историю
Земли, делит населявших ее разумных существ на три категории:
гиганты, обыкновенные люди и существа, жившие в море, которые
обучили людей искусствам и ремеслам.
Сначала исполины были добрые и славные, говоря словами
Библии. Но постепенно деградировали и стали угнетать людей.
"Питаясь человеческим мясом, -- пишет Берос, -- они изгоняли
утробные плоды женщин для приготовления кушанья. Блудно
сожительствовали с родными матерями, сестрами, дочерьми,
мальчиками, животными; не уважали Богов и творили всякие
беззакония". Боги за нечестие и злобу затмевали им разум, а под
конец решили истребить нечестивцев, наслав на Землю воды
потопа. Погибли все, кроме праведника Ноа [библейский Ной] и
его семейства. От него и пошел по новой род людской.
Берос описывал события на Ближнем и Среднем Востоке. Но не
знал, что творилось на Севере, на Дальнем Востоке и уж тем
более -- в Америке. А там происходило примерно то же самое.
Помимо людей, существовали еще и человекообразные существа
исполинского роста. Сначала они были нормальными "людьми",
однако постепенно деградировали, превратившись в злобных и
кровожадных людоедов. Вот об одном таком обитавшем на
территории России уже в историческое время и сохранилось
документальное свидетельство. Принадлежит оно Ахмеду
ибн-Фалдану, который в 921 -- 922 гг. вместе с посольством
багдадского халифа посетил царя волжских булгар, проехав перед
тем и по русским владениям. Книга, которую написал ибн-Фалдан,
-- бесценный источник по истории дохристианской Руси, но
интересующий нас отрывок из нее обычно стыдливо замалчивается.
А рассказывается в нем ни больше ни меньше как о последнем
исполине, проживавшем на волжской территории. Вот о чем поведал
арабский путешественник.
Еще находясь в Багдаде, он слышал от одного пленного
тюрка, что при ставке владыки Булгарского царства содержится в
неволе один исполин -- "человек чрезвычайно огромного
телосложения". Когда посольство прибыло на Волгу, ибн-Фалдан
попросил царя показать гиганта. К сожалению, его не так давно
умертвили из-за буйного и злобного характера. Как рассказывали
очевидцы, от одного взгляда исполинского существа дети падали в
обморок, а у беременных женщин случались выкидыши. Одичавший
великан был пойман далеко на Севере, в стране Вису (как считают
современные историки, это -- летописная весь, жившая где-то в
районе Печоры. -- В.Д.), и доставлен в столицу Волжской
Булгарии. Его держали за городом, прикованным цепью к огромному
дереву. Здесь же и удавили. Ибн-Фалдану показали останки: "И я
увидел, что голова его подобна большой кадке, и вот ребра его
подобны самым большим сухим плодовым веткам пальм, и в таком же
роде кости его голеней и обе его локтевые кости. Я изумился
этому и удалился"36.
Перед нами важное документальное свидетельство,
беспристрастно подтверждающее то, что хорошо известно из
фольклора и мифологии, а также по многим рисункам и изваяниям.
Архаичный пласт древних мифологий скрыт за семью печатями.
И все же он поддается смысловой реконструкции. Причем для
обоснования его северного происхождения одного лишь
культурологического материала недостаточно. Необходимы также
антропологические, геологические, климатологические и даже
космологические факты.

Гиперборейцы -- потомки титанов, свидетели и участники
Титаномахии. На это прямо указывают античные авторы:
"Гиперборейцы были титанического происхождения ... Они взросли
из крови бывших прежде титанов"36-а. Вспомним, море вблизи
Гипербореи именовалось Кронидским, по имени главы "партии"
титанов Крона -- отца Зевса. Да и сам Крон, если отвлечься от
поздней проолимпийской версии о низвержении в Тартар, продолжал
властвовать на Островах Блаженных, мало чем отличавшихся от рая
земного и расположенных опять-таки на широте Гипербореи. Жизнь
на Островах Блаженных, как она представлялась и описывалась
античными авторами, почти полностью совпадает с описаниями
жизни гиперборейцев.
Как уже неоднократно упоминалось, среди титанов -- хозяев
Севера Евразии -- был и Япет (Иапет), ставший прообразом
библейского Яфета, от сына которого -- Мосоха (Мосха, Моска)
произошли Московиты -- жители Москвы и Московии. В античной
традиции эта эпоха титанов получила название "золотого века" --
царства счастья, добра, справедливости и изобилия. У русского
народа память о Золотом веке сохранилась в виде сказочного
образа Золотого царства -- источника богатства, благополучия и
процветания. Знаменитое описание "золотого века" дается
Гесиодом:

Создали прежде всего поколенье людей золотое
Вечно живущие Боги, владельцы жилищ олимпийских.
Был еще Крон-Повелитель в то время владыкою неба.
Жили те люди, как Боги, с спокойной и ясной душою,
Горя не зная, не зная трудов. И печальная старость
К ним приближаться не смела. В пирах они жизнь
проводили.
А умирали, как будто объятые сном. Недостаток
Был им ни в чем не известен. Большой урожай и обильный
Сами давали собой хлебодарные земли. Они же,
Сколько хотелось, трудились, спокойно сбирая
богатства...


В память о "золотом веке" справлялись самые веселые
праздники древности -- дионисии у греков и сатурналии у римлян.
Все необузданное веселье рождественских карнавалов, святок,
ряжения и колядования с подарками, игрушками, наряжением
деревьев (в настоящее время -- в основном елки), расцвечением
огнями -- все это идет от дионисий и сатурналий, а еще раньше
-- от гиперборейских традиций: "золотой век" титанов и
счастливая жизнь гиперборейцев происходили в одно и то же время
и на одной и той же северной территории. Вот еще одно из
описаний -- в стиле бурлеска -- той стародревней жизни предков:

Там миром дышала природа кругом;
постоянной он был ей стихией.
Не страх, не болезни рождала Земля;
добровольно давала, что нужно.
Там в канавах златое струилось вино;
с калачами там сайки дралися,
Умоляя тебя: "Что же ты губы надул?
Знай, бери из нас ту, что белее!.."
...............................................
Ни раба там мир не видел,
Ни рабыни никогда...


Аналогичную картину Царства Света, где обитают блаженные,
рисует и средневековый манихейский текст, опирающийся на
древнеиранские и иные источники:

...Там места нет ни злобе и ни козням;
Рождение и смерть, разрушаемое и преходящее --
Всего этого лишено Царство света...
Из сотен потоков, рек, озер и вечно бьющих ключей
Струится живая вода (амброзия), глубокая и чистая,
ароматная и удивительная,
И в ней нельзя ни утонуть, ни захлебнуться;
Нет здесь и наводнения, несущего беду и разорение.
Здесь -- драгоценные деревья, растущие в один ряд,
Их драгоценные плоды всегда в соку, не вянут и не
гниют,
Все они одинаковой величины и лишены чревоточины,
Свежи, сочны, обильны, и поистине, вечно существуют.
Драгоценная Страна света беспредельна,
Искать ее край и берег бесполезно;
Поистине, она свободна от малейшего угнетения,
в ней нет нужды и убытка,
Здесь каждый движется, как хочет, живет по своей
вольной воле.


Возникает закономерный вопрос: в какие временные и
пространственные параметры укладывается модель "золотого века",
а также других периодов древнейшей истории. Попробуем
спроецировать высказанные выше предположения на ступени
реального исторического процесса в соответствии с современными
научными данными, по которым (см., напр., пятитомник
"Возникновение человека". М. 1977 -- 1979) о человеке в
современном понимании можно говорить лишь применительно ко
временному отрезку в 40 тысяч лет, отсчитывая назад от наших
дней.
Начало данного сорокатысячелетнего периода знаменует
проникновение человека в Северную и Южную Америку, а затем и в
Австралию. Переселенцы унесли с собой начатки общечеловеческой
культуры, мифологии и мировоззрения, общий языковой субстрат и
исходный словарный запас. Распад некогда единого для всех языка
к тому времени уже шел полным ходом. Но Евразия еще долго
оставалась лингвистически монолитной. Дольше всего сохранялось
единство будущих индоевропейских, тюркских и финно-угорских
языков; их дифференциация началась, вероятнее всего, где-нибудь
после ХХ тысячелетия до новой эры. Затем пошел активный процесс
обособления индоевропейских этносов и языков.
Существует, впрочем, и иная концепция, популярная в
основном в Новом Свете и практически не известная в Европе. Ее
разработал выдающийся аргентинский ученый Флорентино Амегино
(1854 -- 1911). Опираясь на данные палеонтологии и
археологии, он выдвинул гипотезу (до сих пор никем не
опровергнутую) о южноамериканской прародине человека. Новейшие
исследования с применением радиоуглеродного анализа к отдельным
останкам древнего человека, найденным на Американском
континенте, дали следующие результаты: Южная Калифорния -- 50
000 лет, Дель-Мар и Сан-Диего -- 48 000 лет, Ла-Джоли -- 44 000
лет и Лос-Анджелес -- 26 000 лет. Эти данные противоречат
господствующей точке зрения относительно заселения Северной,
Центральной и Южной Америки. Стартовая планка начала
миграционных процессов должна быть значительно снижена, что
заставляет по-иному взглянуть также и на социоэтнические и
культурно-лингвистические явления, происходившие на
евразийских, американских, африканских и прочих территориях.
12 тысяч лет тому назад Земля была уже основательно
заселена. Определились очаги будущих великих цивилизаций --
китайской, ближневосточной. Однако на берегах Нила, в
Индостане, на Балканах и в Италийских землях нет еще и намека
на те этносы, которым в дальнейшем предстоит создать
древнеегипетскую, древнеиндийскую, древнегреческую и
древнеримскую культуры. Эти народы появятся в местах своей
новой родины постепенно: шумеры -- не ранее V тысячелетия до
н.э., эгейцы, этруски -- не ранее III тысячелетия до н.э.
(нередко указывается еще более поздняя дата); эллины и латины
-- начиная с рубежа между III и II тысячелетиями до н.э.
Примерно к этому же времени относится начало передвижения
протославян и проторуссов, описываемого в самых ранних текстах,
зафиксированных на утраченных дощечках Велесовой книги.
Откуда же все они пришли? У каждого народа был свой долгий
и трудный маршрут и общее направление миграций, как правило, с
Севера на Юг. На то были свои и вполне естественные причины:
геофизические катаклизмы и сопряженные с ними глобальные
изменения климата, сопровождавшиеся в северных широтах
наводнениями и всеобщим похолоданием. Вот как лапидарно
описывает Авеста (кстати, название священной книги родственно
русскому слову "весть") ситуацию, вынудившую прапредков иранцев
покинуть страну Арйан Вэджа (прародину всех ариев) и
переселиться с Севера на Юг. Первоначально царили в прекрасной
стране покой и блаженство (вспомним "золотой век" и Острова
Блаженных). Но вот злокозненный Ангара Манью -- Божество мрака
и зла ниспослал на родину ариев жестокую зиму и превратил
благодатный край в ледяную пустыню: "Там -- десять зимних
месяцев и два летних месяца, и они холодны -- для воды, холодны
-- для земли, холодны -- для растений, и это середина зимы и
сердцевина зимы, -- а на исходе зимы -- чрезвычайные паводки".
Перекликаются с Авестой и пронзительные строфы русского
духовного стиха о светопреставлении:

Постигла нас тьма несветимая,
Солнце угаси светлая,
Свет свой не яви
На лицы земли;
Прежде вечера в часы дневные
Наступила нощь зело темная;
Луча измени естество свое,
Светлая луна во тьму преломися;
Звезды на небеси
Свет свой угаси,
Земля и вода свой плод сократи;
Паде с небес сап горящий,
Пшеницу сломи несозрелую...
Перемени море естество свое...
Наступи зима зело лютая,
Уби виноград всезеленый...37


Просто поразительно, как такие стихи -- шедевр устного
народного творчества -- (конечно, с поправками и переделками)
сохранились на протяжении тысячелетий практически до нынешних
времен. При всей несхожести мировоззрений зороастрийцев и
русских калик перехожих -- хранителей древнейшей культуры и
памяти о прошлом -- в приведенных песнопениях налицо знания или
воспоминания о каких-то стародавних, но конкретных событиях,
связанных с неожиданным и резким изменением климата, переходом
от тепла к холоду: зело лютая зима на фоне наступления ночи,
уничтожает виноград, который, оказывается, до климатической
катастрофы буйно произрастал на крайнем Севере, гаснут Солнце и
звезды, изменяется естество моря (то есть оно замерзает).
Доскональное совпадение с описанием вселенских катастроф в
других мифологиях, но с поправкой на "северный коэффициент".
Когда именно случилась эта катастрофа на севере Евразии,
установить точно пока не удается. Можно лишь косвенно судить по
волнам миграций и оставленным ими археологическим следам.
Память же о вселенском катаклизме, повлекшем за собой всемирный
потоп, сохранилась в преданиях большинства народов Земли. Еще в
конце прошлого века американский ученый В.Уоррен в результате
исторических и сравнительно-мифологических изысканий пришел к
выводу, что у большинства индоевропейских народов сохранились в
сказаниях, обрядах, легендах воспоминания о переселении с
дальнего Севера и о жизни их предков в северных странах. Обо
всем этом поведано в книге с характернейшим названием
"Потеряный рай или колыбель человечества на Северном полюсе".
Северный полюс, естественно, рассматривался применительно к
далекому прошлому.
В те времена картина жизни в приполярных областях
значительно отличалась от нынешней, что подтверждается
археологическими данными. Достаточно взглянуть на
археологическую карту Мурманской области (рис.20), дабы
убедиться: на протяжении многих тысячелетий по берегам океана,
морей и рек жизнь здесь била ключом (то же относится и к
остальным областям вплоть до Чукотки). Каких-то границ для
северной археологии не существует (условно ими можно считать
лишь дно Ледовитого океана, куда археологи, к сожалению, пока
еще не заглядывали).
В названные пространственно-временные параметры можно
вписывать и историю Гипербореи. Считается, что в те далекие
времена приполярные территории были сплошь покрыты мощным
ледником. То, что ледники периодически наступали и отступали,
особых сомнений нет. Весь вопрос в том, когда именно это
происходило, сколько времени продолжалось, какую территорию
охватывало и с какой частотой повторялось. Имеющиеся на сегодня
археологические и иные данные нуждаются в серьезной
корректировке господствующей точки зрения. Уточнения также
требуют некоторые антропологические, этнографические,
исторические и социологические положения.
Русские во всех трех своих ипостасях -- великороссы,
малороссы и белорусы -- никогда не относились к категории
"перекати-поля". Как никто другой привязаны они к земле своих
предков. Привязанности этой десятки, а может даже -- сотни
тысяч лет. Но как совместить исторические реалии с самой
непотопляемой догмой нашего времени -- так называемой
"ледниковой теорией"? В научной, учебной и справочной
литературе господствует непререкаемое на первый взгляд мнение:
северные территории Евразии были заселены человеком не ранее XV
тысячелетия до н.э., а до того все эти земли были сплошь
покрыты мощным материковым ледником, в принципе исключавшим
всякую жизнь и миграции. По существу ледник сковал саму
историю!
Однако приведенной абсолютизированной догме противоречат
прежде всего археологические данные. Датируемый возраст
древнейших стоянок в границах постулируемой ледниковой зоны на
Севере Евразии начинается с двухсоттысячелетней отметки, а
затем плавно и последовательно проходит через все века вплоть
до обозримых и отраженных уже в письменных памятниках времен.
Например, возраст Бызовской стоянки на Печоре насчитывает по
разным данным от 20 до 40 тысяч лет. В любом случае
вещественные факты свидетельствуют: жизнь здесь процветала как
раз в то время, когда, согласно "ледниковой теории", никакой
жизни быть не могло. Таких стоянок и других материальных
памятников в арктической зоне России сотни, если не тысячи.
Итак, налицо вопиющее противоречие. Но если б только одно!
На проблему можно взглянуть, так сказать, и с другого
конца. Почему материковое оледенение не повторяется в нынешних,
не менее суровых условиях, скажем, в Восточной Сибири, на
"полюсе холода". Эти и множество других неоспоримых фактов
давно уже заставили усомниться в масштабах и последствиях
ледникового катаклизма, постигшего некогда нашу планету. Семь
книг, направленных против ледниковой догматики, парализовавшей
науку и почище всякого ледника проутюжевшей историю, написал
академик Иван Григорьевич Пидопличко (1905 -- 1975), до
конца жизни возглавлявший Институт зоологии Академии наук
Украины. Но попробуйте сегодня прочитать эти книги. В
Российской государственной библиотеке четырехтомная (!)
монография "О ледниковом периоде" (1946 -- 1956) сдана в архив
и на руки читателям не выдается. К книгам, где собран и обобщен
уникальный геологический, климатологический, ботанический и
зоологический материал, опровергающий "ледниковую теорию" в ее
нынешнем догматическом виде, нет свободного доступа и в других
библиотеках.
Эта трагикомическая ситуация напоминает случай,
рассказанный самим автором запретной темы. Когда гляциалисты,
т.е. сторонники "ледниковой теории", однажды обнаружили в
шурфах вторую ископаемую почву, а согласно их установкам там
должна быть только одна, -- "лишнюю" попросту засыпали, а
экспедицию объявили "якобы небывшей". Точно так же
замалчиваются неледниковые процессы образования валунных
отложений. Происхождение валунов объясняется обычно "утюжкой"
льда, хотя в полярных карьерах валуны попадаются на
значительной глубине. Игнорируется сторонниками
абсолютизированных догм и мнение основоположника
палеоклиматологии в России Александра Ивановича Воейкова
(1842 -- 1916), считавшего существование обширного европейского
оледенения маловероятным и допускавшего лишь частичность
такового на севере Евразии и Америки. Что касается средней
полосы России, то здесь Воейков был более чем категоричен: в
соответствии с его расчетами ледниковый панцирь на широте
российских черноземов автоматически повлек бы за собой
превращение земной атмосферы над данной территорией в сплошную
ледяную глыбу. Такого, естественно, не было, а потому не было и
той картины оледенения, которая обычно рисуется на страницах
учебников. Следовательно, сопоставлять ледниковую гипотезу с
известными историческими реалиями необходимо более чем
осторожно. Суммируя накопленные факты и подытоживая общее
состояние проблемы так называемых ледниковых периодов,
И.Г.Пидопличко сделал вывод, что нет никаких фактов --
геологических, палеонтологических или биологических, --
подтверждающих с логической неизбежностью существование
где-либо на Земле в любой период ее развития материкового (не
горного) оледенения. И нет никаких оснований для прогноза, --
подчеркивал ученый, -- что такие факты будут когда-либо
открыты.
Конечно, льды и снега на Севере были всегда, как были там
всегда полярные ночи. Были и ледники -- особенно горные, но не
в тех пугающих масштабах, как пытаются уверить гляциалисты. И
уж на северную жизнь это никак не влияло: люди, птицы и звери
здесь обитали всегда. Кого-то стужа и бескормица гнала на юг,
но к прапредкам русского народа это не относилось. Исконное
полярное мировоззрение отложилось в его памяти в бесчисленных
фольклорных образах.
Что же на самом деле происходило на Земле "в ее минуты
роковые"? И как объяснить геологические и климатические
аномалии, вне всякого сомнения, происходившие на разных этапах
человеческой и до человеческой истории? Ключ к разгадке дал еще
М.В.Ломоносов в сочинении "Первые основания металлургии или
рудных дел" (1763 г.), точнее, в обширном геологическом
Прибавлении к нему под названием "О слоях земных". Великого
русского энциклопедиста досконально волновал вопрос, откуда на
Крайнем Севере России "взялись столь многие слоновые кости
чрезвычайной величины в местах, к обитанию им не удобных, а
особливо полуночных суровых краях сибирских и даже до берегов
пустозерских". То, что климат в приполярных областях был в
прошлом жарким, доказывают и находки окаменелых тропических
растений.
Но чем же вызваны подобные природные контрасты, задает
вопрос Ломоносов, между тем, что было в прошлом, и тем, что
известно теперь? Изменением наклона земной оси по отношению к
плоскости эклиптики! Вследствие этого полюса, как подтверждают
и многочисленные исследования, неоднократно меняли свое
положение. Соответственно менялось конкретное местоположение
зон с холодным и теплым климатом на карте Земли, и там, где
ныне царят льды, снега и долгая полярная ночь, -- некогда цвела
буйная тропическая растительность и властвовали теплолюбивые
животные. Ломоносов ссылается на предания египетских ученых,
зафиксированные в "Истории" Геродота, повествующие о том, что
эклиптика была в далеком прошлом перпендикулярна к экватору.
Русский мыслитель подсчитывает: такое могло быть 399 000 лет
тому назад. Это, кстати, почти совпадает с сообщением Диодора
Сицилийского, что халдейские астрономы вели летосчисление
истории с 403-тысячного года до взятия Вавилона Александром
Македонским. "Посему следует, -- заключает великий уроженец
Русского Севера, -- что в северных краях в древние веки великие
жары бывали, где слонам родиться и размножаться и другим
животным, также и растениям, около экватора обыкновенным,
держаться можно было, а потому и остатки их, здесь находящиеся,
не могут показаться течению натуры противны"38.
В старых энциклопедиях, учебниках и научно-популярных
книгах нередко приводилась карта движения полюсов по полушариям
на протяжении всей истории Земли (в виде сплошной линии и
отметками геологических эр). Как было рассчитано еще в прошлом
веке, за геологическое время от докембрия и до четвертичного
периода северный и южный географические полюса планеты
поменялись местами, плавно (а может быть -- и не вполне) пройдя
вдоль всей поверхности моря и суши.
Можно выявить несколько предположительных причин изменения
климата в районе современного Крайнего Севера. "Современного"
-- потому что в далеком прошлом (впрочем, исторически вполне
обозримом) нынешние северные территории могли находиться
совершенно в ином положении по отношению к плоскости эклиптики.
Имеются два варианта такого возможного смещения -- оба
естественные. Первый связан с медленным движением оси вращения
Земли по круговому конусу, ось симметрии которого
перпендикулярна к плоскости эклиптики (с периодом полного
оборота примерно в 26 тысяч лет). В астрономии данное природное
явление именуется прецессией, и оно неотвратимо, как и само
движение Земли.
Второй вариант носит вероятностный характер: положение оси
вращения планеты по отношению к плоскости эклиптики может резко
измениться вследствие различных космических факторов. Допустим,
в Солнечной системе появляется новое массивное тело (например,
планета, захваченная в ходе галактического движения Солнца
среди других звезд). Это существенно изменило бы баланс сил
притяжения всей семьи Солнца и могло повлиять на движение
отдельных планет и их положение относительно друг друга,
включая угол оси вращения по отношению к плоскости эклиптики.
Известно, например, что седьмая планета Солнечной системы --
Уран практически "лежит" на плоскости орбиты. Гипотетический
космический взрыв в пределах Солнечной системы мог бы также
существенно повлиять на орбиты различных планет и условия их
движения. Такой взрыв в прошлом (как и в будущем) абсолютно не
исключен. Во всяком случае, в мифологиях различных народов мира
имеется множество смутных воспоминаний о некоей катастрофе,
повлекшей за собой светопреставление.
Третья предположительная причина возможного изменения
климата на Земле (в том числе и в полярных областях) также
носит космический -- но еще более вероятностный характер:
глобальные геологические и климатические изменения могут
зависеть от галактического движения Солнца в направлении
созвездия Льва и вращения самой Галактики. Наконец, возможны
температурные колебания на самом Солнце. Этим, однако, не
исчерпывается возможность объяснения планетарных катаклизмов.
Современная наука пришла к выводу о периодическом повторении на
Земле и так называемой геомагнитной инверсии: когда северный и
южный магнитные полюса меняются местами. Подсчитано, что за 76
миллионов лет такое случалось 171 раз, а последняя геомагнитная
инверсия произошла между 10 и 12 тысячелетиями до н.э.
Российской научной общественности скорее всего неизвестно, что
серьезный вклад в осмысление астрофизического смысла проблемы
светопреставления внес Альберт Эйнштейн. В 1953 году он написал
предисловие к книге американского историка науки Чарльза
Хепгуда, посвященной смещению земной коры, движению литосферы
и, соответственно, резкому изменению климата главным образом в
районе антарктического материка. Эйнштейн поддержал данную
концепцию, и вот его доподлинные слова: "В полярном районе
происходит постоянное накопление льда, который размещается
вокруг полюса несимметрично. Вращение Земли действует на эти
асимметричные массы, создавая центробежный момент, который
передается жесткой земной коре. Когда величина такого момента
превосходит некоторое критическое значение, он вызывает
перемещение земной коры относительно расположенной внутри части
тела Земли..."38-а. Современные геофизики пошли еще дальше:
была высказана гипотеза, согласно которой массированное и
неуправляемое накопление полярных льдов и их несимметричное
расположение по отношению к земной оси может привести к тому,
что Земля произведет "кувырок".
Событие, известное из Библии под названием потопа, описано
и во множестве других древних источников. В ряде из них прямо
указано на главную причину потопа -- изменение наклона неба по
отношению к земле, что возможно только при смещении земной оси.
Древнекитайский трактат "Хуайнаньцзы" повествует: "Небесный
свод разломился, земные веси оборвались. Небо накренилось на
северо-запад, Солнце, Луна и звезды переместились. Земля на
юго-востоке оказалась неполной и поэтому воды и ил устремились
туда... В те далекие времена четыре полюса разрушились [похоже,
древние китайцы знали о существовании 2-х географических
полюсов и несовпадавших с ними 2-х магнитных. -- В.Д.],
девять материков раскололись, небо не могло все покрывать,
земля не могла все поддерживать, огонь полыхал не утихая, воды
бушевали не иссякая"39. И Платон в диалоге "Политик" сообщает о
стародавних временах, когда закат и восход Солнца и звезд были
обратными нынешнему: они всходили на Западе и заходили на
Востоке. Нетрудно догадаться, что подобное возможно лишь при
повороте земной оси на 180о В позднеантичной поэме Нонна
о Тифоне также говорится о смещении земной оси и
перемещении полюса во время светопреставления, устроенного
космогоническим исполином. Но наиболее известен рассказ
Геродота, на протяжении многих веков заводивший в тупик
историков и астрономов. Со ссылкой на египетских жрецов,
которые лично поведали любознательному греку о тайнах древней
хронологии, "отец истории" сообщает: за 11 340 лет "Солнце
четыре раза восходило не на своем обычном месте: именно дважды
восходило там, где теперь заходит, и дважды заходило там, где
ныне восходит"40.
Теоретически возможно не только изменение наклона земной
оси, но и иное ее положение внутри и на земной поверхности (при
сохранении прежнего угла наклона по отношению к плоскости
эклиптики). А коль скоро земная ось и ее оконечности --
географические полюса -- не закреплены неподвижно на земном
шаре и склонны к блужданиям, то нынешние северные территории,
знакомые по карте, могли в прошлом находиться где угодно. Чтобы
проиллюстрировать это, достаточно вообразить учебный глобус,
проткнутый насквозь длинной спицей. Спица -- ось, ее концы --
два полюса, которые могут находиться в любом месте, в
зависимости от того, как проткнуть глобус. Нетрудно убедиться,
что гипотетически Полярная Прародина человечества и
расположенная в ее центре вселенская гора Меру могли
располагаться в любой части евразийского субконтинента -- хоть
на Урале, хоть на Памире, хоть в Тибете и т.д. Следовательно, и
пути миграции праэтносов в результате распада единого некогда
пранарода (что совпало к тому же и с описанным
гео-гидро-климатическим катаклизмом) могли быть совсем иными,
нежели представляется при изучении знакомых конфигураций на
современных картах. Какими именно были эти пути? На данный
вопрос науке еще предстоит ответить.
Итак, катастрофы космического масштаба для Земли --
явление достаточно заурядное и довольно-таки частое. А смещение
земной оси -- лишь одно из возможных следствий глобальных
катаклизмов. Известный американский ученый российско-еврейского
происхождения Иммануил Великовский (1895 -- 1979)
написал на данную тему шесть книг, объединенных в серию "Века в
хаосе". Он скрупулезно исследовал тысячи источников --
исторических, мифологических, геологических, палеонтологических
-- и пришел к выводу, что планета Венера в семье Солнца --
самая младшая. В преданиях многих народов разных континентов
сохранилась память о стародавних временах, когда на небе не
было ни Утренней, ни Вечерней звезды. И, следовательно, не было
никакой Венеры в составе планет Солнечной системы. Она
появилась сравнительно недавно (о конкретных датах можно
дискутировать) и возникла при столкновении Марса с пролетавшей
мимо кометой.
Последовал космический взрыв, сравнимый с мощностью тысяч
термоядерных бомб. Но для Земли еще большие катастрофические
последствия имел факт перемещения новорожденной планеты на
нынешнюю орбиту. Будущая Венера прошла вблизи Земли, что как
раз и повлекло за собой смещение ее оси. Следствием же явились
грандиозные приливно-отливные океанические волны, несравнимые
ни с какими цунами, которые носились по поверхностям материков,
сметая все живое и неживое (нетронутыми остались лишь вершины
мощных горных систем). Более того, на значительную часть Земли
(примерно на треть суши и акваторий рек, озер и морей)
обрушились огненные смерчи, в результате которых горели леса,
плавились породы, а сваренные рыбы всплывали кверху брюхом в
кипящей воде морей и океанов.
Именно это событие, по мнению Великовского, описано в
обобщенно-символической форме в новозаветном Апокалипсисе:

"...И упала с неба большая звезда, горящая, подобно
светильнику, и пала на третью часть рек и источники вод. Имя
сей звезде Полынь; и третья часть вод сделалась полынью, и
многие из людей умерли от вод, потому что они стали горьки.
<...> И поражена была третья часть Солнца и третья часть
луны и третья часть звезд, так что затмилась третья часть их, и
третья часть дня не светла была -- так, как и ночи (Отк. 8, 10
-- 12).

В дополнение многочисленным свидетельствам в пользу
небывалой космической катастрофы (в частности, почерпнутым в
преданиях северо-, центрально- и южноамериканских индейцев),
собранным И.Великовским и приведенным в его книгах, уместно
сослаться и на некоторые недоступные ему источники. По
преданиям сахалинских гиляков, во время вышеупомянутого
светопреставления сначала "смоляной дождь обильно лил на землю.
Потом небо просянилось. Тогда три солнца и три луны родились.
Три солнца все сожгли. Было так жарко, что рыба, выскакивавшая
из воды, снаружи испекалась на Солнце. Эта Земля вся сгорела,
поломалась. Вода только была. Море кипело, рыба вся, морские
звери все умерли...". Примерно в том же духе описывают
вселенскую катастрофу амурские гольды (нанайцы): "Вместо одного
небесного светила взошло их три, от света стали люди слепнуть,
от жажды гибнуть. Солнце жгло так сильно, что земля горела, в
реках вода кипела. Когда рыба, играя, выскакивала из воды, то у
нее сползала чешуя. Ночью, когда три солнца закатились,
появились три луны, и ночь сделалась так светла, что людям не
было возможности уснуть".
Другие ученые склонны считать главной виновницей
космических бед, постигших когда-то Землю, не кометные козни, а
ее спутницу (спутник) -- Луну. Общеизвестно, как она влияет на
Землю, вызывая приливы. Приливы, в свою очередь, действуют на
Луну так, что ее орбита изменяется. Многие астрономы считали,
что в результате подобного взаимодействия Луна медленно
отдаляется от Земли. Из этого следует, что когда-то в древние
времена Луна была гораздо ближе к Земле. Некоторые полагают
даже, что Луна первоначально являлась частью Земли и была
выброшена из нее очень много лет назад. Более того, указывается
область земного шара, где находилась масса, ставшая
впоследствии лунной. Это -- тихоокеанская впадина. Правда,
большинство ученых не принимает данную гипотезу всерьез.
Еще в середине нынешнего столетия немецкий астроном
Герстенкорн опубликовал работу, где пришел к выводу, что в те
далекие времена, когда Луна была ближе к Земле, угол наклона
плоскости ее орбиты к экваториальной плоскости земного шара был
больше. А орбита Луны пролегала над полюсами Земли, так что ее
можно было бы наблюдать на небе в непосредственной близости от
Полярной звезды. А еще раньше Луна двигалась в направлении,
обратном направлению вращения Земли вокруг оси.
Из расчетов Герстенкорна следует, что первоначально Луна
была планетой, которая двигалась по орбите, очень близкой к
земной. Когда-то она настолько сблизилась с Землей, что была
захвачена ею, иначе говоря, начала обращаться вокруг Земли. В
то время направление движения Луны по орбите было
противоположно направлению вращения Земли вокруг своей оси.
Поэтому приливы влияли на движение Луны прямо противоположным
образом, нежели в наши дни: Луна постепенно приближалась к
Земле. В то же время угол наклона плоскости орбиты Луны к
плоскости экватора становился все больше и больше, и наконец
Луна начала двигаться в полярной плоскости, над полюсами Земли.
Наблюдателю тех далеких времен Луна казалась бы обычной
планетой, которая иногда выглядит яркой, а иногда тусклой.
Однако в один прекрасный день (точнее -- ночь) яркость Луны
начала возрастать. Луна постепенно приближалась к Земле, ее
видимый диаметр все увеличивался и наконец более чем в 20 раз
стал превышать современный. Одновременно увеличивались и
приливы. Когда Луна находилась в минимальном удалении от Земли,
высота приливной волны достигала нескольких километров
(некоторые ученые называют цифру -- 10 км). Вот еще одно
объяснение возможных причин потопов. Можно представить, что
творилось на Земле, когда из края в край по ней гуляла
10-километровая волна!
Безусловно, необходимо преодолеть тупик, в котором
нечаянно оказалась историческая наука, жестко привязав
человеческую предысторию к односторонне и некритически
истолкованной ледниковой концепции. В настоящее время
отрицается сама возможность существования древнего человека на
обширных северных территориях, поскольку они, дескать, были
сплошь покрыты ледником. Одновременно этот ледниковый фантом
становится и хронологическим ограничителем всей предыстории:
миграция древних людей с Юга на Север и их последующее
переселение из Азии в Америку могли осуществиться только после
20 тысячелетия до н.э., то есть после завершения последнего
ледникового периода. Вот и получается, что ледниковая концепция
в том виде, каком она доминирует в современной науке, является
искусственным тормозом в понимании проблем древней истории и
предыстории. Но, во-первых, имеются весомые аргументы,
свидетельствующие не "за", а "против" ледниковой теории,
суммарно представленные хотя бы в цикле работ И.Г.Пидопличко.
Во-вторых, как было продемонстрировано, в прошлом Север мог
находиться не там, где он находится сейчас, и, следовательно,
все хитроумные схемы и расчеты абсолютизированной ледниковой
теории рушатся в одночасье. В-третьих, если с большим доверием
отнестись к авторитетному мнению Ломоносова (а он
руководствовался как естественнонаучными данными, так и
хронологией древних астрономов), то начальную точку истории
придется сдвинуть в глубь времен на целый порядок. Конечно,
цифра в 400 тысяч лет представляется фантастической, но она
взята не откуда-нибудь, а из летописей.
Но и это не предел. В шкале событий мировой истории
имеется еще одна, четко зафиксированная дата, которую не
способно вместить воображение современных людей: по
скрупулезным вычислениям астрономов и жрецов древних майя
история человечества началась в 5 041 738 году до новой эры!
Повторяю, речь идет о реальной истории. Что же касается
летосчисления вообще, то здесь наиболее впечатляющая модель
хронологии разработана в Древней Индии. И, надо полагать,
индийские брахманы опирались на какие-то более древние арийские
и доарийские источники.
Согласно данной, хорошо известной концепции, Мироздание,
включающее и Землю, и человечество на ней, подчинены раз и
навсегда предопределенным циклам. Каждый такой цикл, именуемый
махаюгой ("большой век"), продолжается 4 320 000 лет и
распадается на четыре эпохи -- юги. В течение четырех
юг (критаюги, третаюги, двапараюги и калиюги)
цивилизация постепенно деградирует от "золотого века" -- эпохи
всеобщего благоденствия к торжеству "царства зла" -- эпохи
всеобщего упадка, процветания порока, низменных страстей, лжи,
алчности и т.п. Сейчас как раз идет шестое тысячелетие калиюги,
но до конца ее еще 426 000 лет. Так что все худшее еще впереди.
Лишь по прошествии указанного времени мир вернется в начальную
точку, и на Земле вновь наступят согласие и процветание. Но
этим космическая цикличность не ограничивается. Нас еще
подстерегают вселенские катаклизмы. Правда, очередной ожидается
не скоро. 1000 махаюг образуют еще один временной цикл --
кальпу (или 1 день Брахмы). Когда кальпа заканчивается,
на небе появляются по разным версиям от 7 до 12 солнц и дотла
сжигают все живое и неживое. После чего все начинается сначала.
Но на упомянутых вселенских светопреставлениях космические
циклы не завершаются. Помимо вселенского "дня Брахмы" -- кальпы
-- есть еще "век Брахмы", который продолжается всего-навсего
311 040 000 000 000 лет. Он тоже имеет начало, конец,
повторение и свой вселенский смысл. По окончании "века Брахмы"
происходит новый акт творения, и Вселенная обновляется.
Мифология как особая форма осмысления действительности в
иносказательной и преувеличенной форме также воспроизводит
реальные события, происходившие в дописьменные времена. Это
описание и миропонимание были изрядно искажены при устной
передаче от одного поколения к другому, а также под влиянием
позднейших идеологических факторов. Канва событий,
происходивших в Гиперборее и вокруг нее в эпоху "золотого века"
и будущих олимпийских Богов, видится следующей. Жестокая борьба
между двумя поколениями отцов-титанов и их детей -- будущих
Олимпийцев во главе в Зевсом -- привела к поражению первых и к
уходу последних на Юг: они дошли до Балкан, облюбовали гору
Олимп и стали именоваться Олимпийцами (впрочем, Олимпов в
древности было известно множество).
Есть ли тому доказательства? Есть! Два Бога Олимпийского
пантеона -- Аполлон и Артемида -- дети Зевса от его первой жены
титаниды Лето однозначно связаны с Гипербореей. По
свидетельству древних авторов и по убеждению древних греков и
римлян, Аполлон периодически возвращался в Подсолнечную страну
Гиперборею на колеснице, запряженной лебедями. По свидетельству
многих источников, гиперборейцы-северяне постоянно приезжали в
Элладу с дарами в честь своего Бога Аполлона. Имеется и
предметная увязка между Аполлоном и Гипербореей. Аполлон -- Бог
Солнца, а Гиперборея -- та северная страна, где Солнце летом не
заходит по нескольку месяцев. Географически такая страна может
быть расположена только за Полярным кругом. По наблюдениям
А.Д.Черткова -- и они не лишены оснований, в имени Аполлон
присутствует в чуть измененном виде тот же самый корень, что и
в русских словах "опалять", "опаленный", "опаляющий". Известно
древнее написание Aplun, что читается: Аплун (Опалун). А в
одном из древнерусских списков с перечислением славянских
Божеств между Перуном и Мокошью значился Аполин -- Бог
Солнца40-а.
Аполлон -- классический Солнцебог. Его космическо-звездная
сущность обусловлена также и происхождением. Мать Лето родила
своего солнценосного сына на острове Астерия, что означает
"звезда". Астерией (Звездой) звалась и сестра Лето. Существует
версия, что культ Аполлона был повторно занесен в
Средиземноморье во времена Древнего Рима. Сюда культ
общеиндоевропейского Солнцебога принесли протославянские
племена венедов, основавших и давших названия современным
городам Венеции и Вене.
История возникновения и закрепления Олимпийских культов
также вполне подтверждает выдвинутый тезис. Один из поздних
античных историков и писателей Павсаний (II в. н.э.) в своем
знаменитом труде "Описание Эллады" (X, 5, 4-10) приводит
следующие удивительные подробности появления одного из главных
святилищ Древней Греции -- храма Аполлона в Дельфах. Сначала
здесь появились гиперборейцы, в их числе был и будущий первый
дельфийский жрец, у него, по "странному совпадению", было
славяно-русское имя Олен[ь]. Кстати, имя родоначальника всех
древнегреческих племен и единого народа -- Эллина также
представляет собой грецизированную форму общеиндоевропейского
слова "олень" и близкого ему по смыслу и происхождению слова
"лань". Олен[ь] -- гипербореец и его спутники были направлены в
Дельфы Аполлоном. Отсюда напрашивается бесхитростный вывод: сам
(будущий) Бог в то время был далеко -- скорее всего, в
Гиперборее, откуда выехало посольство. Став пророком и
прорицателем, Олен[ь] воздвиг в Дельфах первый храм: сначала
деревянный, похожий на лачугу, -- пишет Павсаний (его модель,
сделанную из воска и перьев, Аполлон впоследствии пошлет в
подарок в Гиперборею), и лишь спустя длительное время, после
многих пожаров и разрушений отстроили тот каменный храм, жалкие
остатки которого сохранились по сей день.
История, пересказанная Павсанием, сохранилась и в виде
канонических дельфийских текстов:

Так многославное тут основали святилище Богу
Дети гипербореев, Пегас со святым Агийеем.
Также Олен[ь]: он первым пророком был вещего Феба,
Первый, песни который составил из древних напевов.


Как видно, тут прямо указано, что культовый и обрядовый
канон Аполлона Дельфийского был составлен на основе
гиперборейских преданий. Интересен и эпитет Аполлона --
"вещий", что ставит Олимпийца в один поэтический ряд со
знаменитыми героями: вещим Бояном и вещим Олегом. В дальнейшем
Олен[ь]-песнопевец передаст искусство стихосложения священных
пророчеств в гекзаметрах пифиям -- жрицам Аполлона: сидя на
треножнике, они предсказывали судьбу в окружении ползающих
змей, вдохновленные одурманивающими испарениями или
воскурениями.
Сестра Аполлона -- Богиня Артемида -- также неразрывно
связана с Гипербореей. Аполлодор (1, 1У, 5) рисует ее
заступницей гиперборейцев. О гиперборейской принадлежности
Артемиды говорится и в древнейшей оде Пиндара, посвященной
Гераклу Гиперборейскому. Согласно Пиндару, Геракл достиг
Гипербореи, чтобы совершить очередной подвиг -- добыть
златорогую Киринейскую Лань: "Он достиг земель, что за спиной у
ледяного Борея".

Там дочь Латоны,
Стремительница коней,
Встретила его,
Пришедшего взять
Из теснин и извилистых недр Аркадии
По указу Еврисфея, по року отца
Златорогую лань...41


Латона -- латинизированное имя титаниды Лето, матери
близнецов Аполлона и Артемиды, единственной из титанова
племени, допущенной впоследствии на Олимп. Имя Лето и вся
история рождения ее детей -- лишнее подтверждение и
гиперборейских корней древнегреческой мифологии, и ее тесных
связей с воззрениями других народов, ведущих происхождение от
гиперборейцев. Во-первых, Лето -- дочь титанов Коя и Фебы, а
место обитания титанов -- Север (Диодор Сицилийский прямо
указывает, что родина Лето -- это Гиперборея). Во-вторых, Лето
-- не просто имя древнегреческой полубогини, но еще и исконно
русское слово "лето", означающее время года (отсюда же "летб"
-- синоним самого времени). Корневая основа этого слова --
общеиндоевропейская. Смысл его многозначен: в том числе --
время года между весной и осенью, но и время года,
соответствующее непрерывному солнечному дню в приполярных
областях. На северную принадлежность понятия "лето" указывает
также и то, что при чередовании согласных звуков "т" и "д" (или
же "т" можно рассматривать как приглушенный "д") получается
"лед".
Но и это еще не все. Корень "лет" лежит в основе целого
семейства слов и понятий со смыслом "летать". И вновь
напрашивается аналогия с гиперборейцами, как летающим народом.
У Лукиана сохранилось описание летающего гиперборейского мага,
посетившего Элладу: на глазах у изумленных зрителей он летал по
воздуху, ступал по воде и медленным шагом проходил через
огонь42. Летающей была и сама титанида Лето, когда преследуемая
ревнивой Герой устремилась от границ Гипербореи по всему свету
искать прибежище, где бы она могла разрешиться от бремени.
Такое место она отыскала на острове Делос, где впоследствии
возникло святилище Аполлона, куда гиперборейцы постоянно
присылали свои дары. Летающими, естественно, были и дети
Лето-Латоны -- Артемида и Аполлон. Солнцебог Аполлон
Гиперборейский нередко изображался летящим на свою родину на
колеснице, запряженной лебедями, или на "аппарате" с лебедиными
крыльями (см.: Пролог). А Пиндар прямо называет гиперборейцев
"служителями Аполлона" (Pind. Ol. 3. 16-17). Вообще же в
представлении эллинов образ Аполлона претерпел существенные
изменения. Казалось бы, Солнцебог во все времена был носителем
прекрасного, воплощая его в собственном облике, поэзии, музыке.
Но нет! Достаточно сопоставить классическое изображение
Аполлона с архаическим (рис.21), более чем далеким от
совершенства (с привычно-традиционной точки зрения).
Приведенный рисунок борьбы Геракла и Аполлона, быть может,
восходящий к их гиперборейскому прошлому, наверняка ближе к
первобытным петроглифам, чем к классическим образцам. Обращает
на себя внимание также тотемная атрибутика: змея и гриб,
имеющие в большинстве древних культур -- от Сибири до Южной
Америки -- фаллический смысл.
Лебедь -- символ Гипербореи. Морское божество Форкий --
сын Геи-Земли и прообраз русского Морского царя сочетался
браком с титанидой Кето. Их шесть дочерей, родившихся в
гиперборейских пределах. Изначально они почитались как
прекрасные Лебединые девы (лишь значительно позже из
идеологических соображений они были превращены в безобразных
чудовищ -- грай и горгон). Дискредитация горгон шла по той же
схеме и, видимо, в силу тех же причин, что и приписывание
противоположных знаков и отрицательных смыслов при распаде
общего индоиранского пантеона на обособленные религиозные
системы, когда "деви" и "ахуры" (светлые божественные существа)
становятся "дэвами" и "асурами" -- злобными демонами и
кровожадными оборотнями. Это общемировая традиция, присущая
всем без исключения временам, народам, религиям. Демонизация
политических противников еще совсем недавно выступала в России
эффективным средством идеологической борьбы. Как еще иначе
объяснить превращение Сталиным былых соратников по партии в
извергов рода человеческого, что незамедлительно повлекло за
собой их физическое уничтожение? Что же тогда говорить о
глубокой древности!
Судя по всему, еще до начала миграции протоэллинских
племен на Юг у части их произошла переориентация на новые
идеалы и ценности. Особенно наглядно это проявилось на примере
самой знаменитой из трех горгон -- Медусы (Медузы). Как и
многие другие хорошо знакомые имена мифологических персонажей,
Медуса -- это прозвище, означающее "владычица",
"повелительница". Дочь Морского царя Форкия, возлюбленная
владыки морской стихии Посейдона -- прекрасноликая Лебединая
дева Медуса властвовала над народами северных земель и морей
(как выразился Гесиод, "близ конечных пределов ночи"). Но в
условиях господствующих матриархальных отношений Власть не
ужилась с Мудростью: соперницей Медусы стала Афина. Скупые
осколки древних преданий позволяют восстановить лишь общую
канву разыгравшейся трагедии43. Не поделили власти над
Гипербореей две девы-воительницы. Борьба была жестокой -- не на
жизнь, а на смерть. Первым актом изничтожения соперницы стало
превращение прекрасной Лебединой царевны Медусы в
отвратительное чудовище с кабаньими клыками, волосами из змей и
взглядом, обращающим все живое в камень. Данный акт
символизирует, скорее всего, раскол протоэллинского этнического
и идеологического единства и отпочкование той части будущих
основателей великой древнегреческой цивилизации, которые,
возможно, под воздействием природной катастрофы и под
предводительством или покровительством девы Афины двинулись с
Севера на Юг и в пределах жизни отнюдь не одного поколения
добрались до Балкан, где, воздвигнув храм в честь Афины,
основали город, и поныне носящий ее имя.
Но женская мстительность не знает границ. Афине было мало
морально уничтожить Медусу -- ей потребовалась еще и голова
соперницы. Вот почему, некоторое время спустя, она отправляет
назад, в Гиперборею, своего сводного брата Персея и, по
свидетельству многих, сама сопровождает его. Обманным путем
Персей и Афина вместе расправились с несчастной Медусой: по
наущению Паллады сын Зевса и Данаи отрубил горгоне голову, а
Афина содрала с соперницы кожу и натянула на свой щит, в центре
которого поместила изображение головы несчастной Морской девы.
С тех пор щит Афины носит название "горгонион" (рис.22).
Лик Медусы украшал также эгиду (доспех или же плащ-накидку),
которую носили Зевс, Аполлон и все та же Афина (рис. 23).
Безудержная жестокость Олимпийских Богов была на редкость
изощренной, хотя, должно быть, отражала самые обычные нормы
поведения той далекой эпохи. После канонизации Олимпийцев в
памяти последующих поколений элементы кровожадности как бы
стерлись. Сладкозвучным и опоэтизированным считается прозвище
Афины -- Паллада. И мало кто вспоминает, что получено оно было
на поле битвы, где беспощадная Дева-воительница живьем содрала
кожу с гиганта Палласа (Палланта), за что и была присвоена
Афине кажущаяся столь поэтичной эпиклеса (прозвище) -- Паллада.
К живодерным упражнениям прибегали и другие Олимпийцы.
Общеизвестно наказание, которому подверг Аполлон фригийца
Марсия, вздумавшего состязаться с Солнцебогом в игре на флейте:
с соперника также была живьем содрана кожа. Символ поверженной
Медусы и в последующие века продолжал играть для эллинов
магическую роль. Ее изображения очень часто помещались на
фронтонах и резных каменных плитах в храмах (рис. 24).
С точки зрения археологии смысла интерес представляет и
корневая основа имени Медуса. Слово "мед" в смысле сладкого
яства, вырабатываемого пчелами из нектара, одинаково звучит во
многих индоевропейских языках. Более того, близкие в звуковом
отношении слова, означающие "мед", обнаруживаются в
финно-угорских, китайском и японском языках. Возможно,
допустимо говорить о тотемическом значении "меда" или "пчелы"
для какой-либо доиндоевропейской этнической общности. (Что
касается названий "металл", "медь", всего спектра понятий,
связанных со словами "медицина", "медиум", "медитация",
"метеорология", "метод" и т.п., имен Медея и Мидас, народа
мидян и страны Мидии, а также Митании, то все они взаимосвязаны
с общей древней корневой основой "мед".) Таким образом, в
словосочетании Горгона Медуса проступают четыре русских корня:
"гор", "гон", "мед", "ус" ("уз"). Два из них наводят на
воспоминания о Хозяйке Медной горы, а горная сущность горгоны
приводит к возможному прочтению (или интерпретации): Горыня,
Горынишна, хотя индоевропейская семантика корневой основы "гор"
("гар") многозначна, да и в русском языке образуется целый
букет смыслов: "гореть", "горе", "горький", "гордый", "горло",
"город", "горб" и т.д.
Память о Горгоне Медусе у народов, во все времена
населявших территорию России, не прерывалась никогда. Змееногая
Богиня-Дева, которая вместе с Гераклом считалась греками
прародительницей скифского племени, не что иное, как
трансформированный образ Медусы. Лучшее доказательство тому не
вольное переложение мифов в Геродотовой "Истории", а подлинные
изображения, найденные при раскопках курганов (рис. 25).
Похожие лики змееногих дев в виде традиционных русских Сиринов
встречались до недавнего времени также на фронтонах и
наличниках северных крестьянских изб. Одно из таких резных
изображений украшает отдел народного искусства Государственного
Русского музея (Санкт-Петербург).
В русской культуре сохранилось и другое изображение
Медусы: в лубковой живопи-си XVIII века она предстает как
Мелуза (Мелузина) -- дословно "мелкая" (см. Словарь В. Даля):
вокализация слова с заменой согласных звуков произведена по
типу народного переосмысления иноязычного слова "микроскоп" и
превращения его в русских говорах в "мелкоскоп". Однозначно
связанная в народном миросозерцании с морем, русская
Медуса-Мелуза обратилась в сказочную рыбу, не потеряв, однако,
ни человеческих, ни чудовищных черт: на лубочных картинках она
изображалась в виде царственной девы с короной на голове, а
вместо змеевидных волос у нее ноги и хвост, обращенные в змей
(рис. 26). Ничего рыбьего в самом образе русской Мелузы-Медусы
практически нет -- рыбы ее просто окружают, свидетельствуя о
морской среде. Похоже, что русская изобразительная версия
гораздо ближе к тому исходному доэллинскому архетипу прекрасной
Морской царевны, которая в процессе Олимпийского религиозного
переворота была превращена в чудо-юдо. Память о древней
эллинско-славянской Медусе сохранилась и в средневековых
легендах о Деве Горгонии. Согласно славянским преданиям, она
знала язык всех животных. В дальнейшем в апокрифических
рукописях женский образ Горгоны превратился в "зверя Горгония":
его функции во многом остались прежними: он охраняет вход в рай
(то есть, другими словами, является стражем прохода к Островам
Блаженных).
В несколько другом обличии и с иными функциями предстает
Медуса в знаменитых древнерусских амулетах-"змеевиках".
Магический характер головы Медусы, изображенной в расходящихся
от нее во все стороны змеях, не вызывает никакого сомнения, его
защитительно-оберегательное предназначение такое же, как и на
щите Афины-Паллады или эгиде Зевса. (Сохранившаяся по сей день
культурологическая идиома "под эгидой" по существу своего
изначального смысла означает "под защитой Горгоны Медусы".)
Знаменательно и то, что тайный эзотерический смысл доэллинских
и гиперборейских верований дожил на русских амулетах чуть не до
наших дней: точная датировка даже позднейших находок является
крайне затруднительной. В христианскую эпоху неискоренимая вера
в магическую силу и действенность лика Медусы компенсировалась
тем, что на обратной стороне медальона с ее изображением
помещались рельефы христианских святых -- Богоматери,
Михаила-Архангела, Козьмы и Демьяна и др. (рис.27).
До сих пор не дано сколь-нибудь удовлетворительного
объяснения происхождению и назначению русских "змеевиков".
Современному читателю о них практически ничего не известно: в
последние полвека -- за малым исключением -- публикуется
репродукция одного и того же медальона, правда, самого
известного -- принадлежавшего когда-то Великому князю Владимиру
Мономаху, потерянного им на охоте и найденного случайно лишь в
прошлом веке (рис. 27-а). На самом деле "змеевиков" (в том
числе и византийского происхождения) известно, описано и
опубликовано множество44. И с каждого из них на нас смотрит
магический взгляд Девы-охранительницы Горгоны Медусы,
представляющей собой табуированный тотем.

Образ Лебединой девы Горгоны Медусы раскрывает наиболее
типичные черты тотемной символики -- наследия почти что
недосягаемых глубин человеческой предыстории, сохранившегося по
сей день в соответствии с неписаными законами передачи традиций
и верований от поколения к поколению. Безвозвратно ушли в
прошлое гиперборейские времена -- живы, однако, рожденные ими
символы. Среди них -- лебедь -- одна из наиболее почитаемых
русским народом птиц. Вместе с соколом он стал почти что
олицетворением Руси. И не только олицетворением. По
свидетельству византийского историка Х века императора
Константина Багрянородного, сама территория, где жили древние
руссы, именовалась Лебедией. Впоследствии это дало право
Велимиру Хлебникову назвать новую Россию "Лебедией будущего".
Точно так же и славяно-скифы, описанные Геродотом, именовались
"сколотами", то есть "с[о]колотами" -- от русского слова
"сокол". В передаче арабских географов, описавших наших предков
задолго до введения христианства, их самоназвание звучало
практически по-геродотовски: "сакалиба" ("соколы"). Отсюда и
знаменитые "саки" -- одно из названий славяно-скифов --
"скитальцев"-кочевников.
Почему же именно лебедь и почему сокол -- две столь разные
птицы, друг с другом пребывающие в беспрестанной борьбе? Сокол
нападает, преследует; лебедь спасается, защищается. Но всегда
ли так? Ничуть! У Пушкина в "Сказке о царе Салтане", целиком
построенной на образах и сюжетах русского фольклора,
Лебедь-птица добивает и топит злодея-коршуна. В народной
символике коршун -- ипостась сокола, а все хищные птицы едины
суть. В "Задонщине" -- Слове Софония-рязанца соколы, кречеты,
ястребы совокупно олицетворяют ратников Дмитрия Донского и
перечисляются через запятую: "Ужо бо те соколе и кречеты,
белозерскыя ястребы борзо за Дон перелетели и ударилися о
многие стада гусиные и лебединые" (а чуть раньше были еще и
орлы). Потом это повторит Александр Блок: "Над вражьим станом,
как бывало, // И плеск и трубы лебедей". Лебедь также во многом
собирательный символ. В русском фольклоре вообще считается
нормой нерасчлененный образ "гуси-лебеди". В "Задонщине" они
оказались наложенными на Мамаеву орду (рис. 28). Исторически
это вполне объяснимо: сходная птицезвериная символика
распространена у разных народов.
Откуда же она взялась? Как и другие "вечные образы",
русский лебедь и русский сокол -- наследие тех древнейших
верований и обычаев человеческой предыстории, когда само
человечество, его праязык и пракультура были нерасчленены, а
вместо современной палитры народов царил мир тотемов, тотемного
мышления и тотемных привязанностей. В те далекие времена люди
не отделяли себя от природы, видели в животных и растениях себе
подобных -- защитников и союзников.
Тотем -- слово экзотического происхождения, взято из языка
североамериканских индейцев, в научный оборот введено в прошлом
веке. А родилось оно в той самой поэтической стране оджибуэев,
с упоминания которой (среди прочих) начинается "Песнь о
Гайавате" Генри Лонгфелло. Переводится "тотем" как "его род" и
означает родовую принадлежность, но не по семейным узам, а по
объединению себя и своего рода-племени с каким-либо животным,
растением, стихией (например, водой, ветром, молнией) или
предметом (например, камнем). Несмотря на кажущуюся нерусскость
понятия "тотем", оно созвучно самым что ни на есть русским
словам "отец", "отчество", "отчим" и т.п. В собственно
индейской вокализации слово "ототем" ("тотем") произносилось
как "оте-отем", где "оте" означает "род", а "отем" --
местоимение "его" (по совокупности получается "его род"), а
индейский корень "оте" полностью совпадает с русским
наименованием отцовской принадлежности. Аналогичные параллели
нетрудно отыскать и в других индоевропейских и
неиндоевропейских (например, тюркских) языках, ввиду былой
общности языков, верований, обычаев и, соответственно, тотемов.
Для чего нужны тотемы и почему они появились? Каждому
человеку необходимо отличать себя от других. На персональном
или семейном уровне никаких проблем не возникает. Но как
подчеркнуть свою уникальность и неповторимость на уровне рода,
племени, этноса? Вот здесь-то и выработалась традиция
различаться по тотемам, связав себя неразрывными узами с миром
живой и неживой природы. В прошлом и по существу тотемизм
предполагал полную идентификацию с конкретным животным
(растением, предметом), включение их в систему "человек-тотем",
где они полностью растворялись друг в друге. В этой
взаимосвязанной системе тотему отводилась роль оберега: он
охранял, защищал человека, помогал ему в трудных ситуациях
(отсюда все сказочные животные -- помощники). В свою очередь,
все тотемические животные и растения табуированы: то, что
считалось тотемом, нельзя было убивать, обижать, употреблять в
пищу. Тотему поклонялись, ему приносились жертвы, он
прославлялся и изображался всеми доступными способами.
Тотемы бывают родоплеменными, половозрастными, семейными и
индивидуальными. Наиболее устойчивыми, сохраняющими свои
регулятивные функции на протяжении веков и тысячелетий,
оказываются клановые и племенные тотемы, их охранительная и
объединительная семантика передается от поколения к поколению и
на определенных стадиях общественного развития может
закрепляться в форме геральдической символики: именно таково
происхождение многочисленных львов, орлов и иных животных на
государственных и дворянских гербах. До нынешних времен,
однако, -- если брать историю индоевропейской культурной
традиции -- сохранилась лишь малая часть тотемической символики
прошлого, да и то преимущественно в виде культурных памятников
или исторических, беллетристических и фольклорных текстов.
Только в памяти, материализованной в рисунках, рельефах,
скульптурах или зафиксированных преданиях, сохранились данные о
тотемических верованиях древних народов.
Множество пережитков тотемизма отмечено в религии Древнего
Египта: десятки зверей, птиц, пресмыкающихся, рыб, насекомых,
среди которых быки и коровы, козлы и бараны, кошки и собаки,
обезьяны и свиньи, львы и гиппопотамы, соколы и ибисы, змеи и
крокодилы, скарабеи и скорпионы и т.д. и т.п. На Крите
почитался бык и обоюдосторонний топор-секира. Фетишизация
топора как боевого оружия и многофункционального орудия труда
была повсеместно распространена среди древнего населения
Старого и Нового Света, уходя своими корнями в эпоху Каменного,
Бронзового и Железного веков. Славяно-русская культура
изобилует не только разнообразными натуральными топорами,
возведенными, к примеру, у карпатских славян в особый культ, но
также разного рода имитациями в виде украшений-подвесок,
амулетов-оберегов (в том числе и солярными знаками) и даже
детскими игрушками -- все это было широко распространено на
Руси вплоть до татаро-монгольского нашествия.
В Древнем Риме наиболее экзотическим тотемом был дятел, а
наиболее известным -- волк (Капитолийская волчица, выкормившая
Ромула и Рема). У галлов название племен давалось по именам
тотемов -- быки, кабаны, вороны. Такой же обычай существовал и
у других нецивилизованных народов. Многообразные рудименты
тотемизма обнаруживаются в традициях и верованиях Древней
Греции. Общим для всех эллинов считалось их происхождение от
рыб. Особые тотемы имели отдельные племена и народы: считалось,
что мирмодоняне произошли от муравьев, фракийцы и аркадцы -- от
медведей, ликийцы -- от собаки, фивяне -- от ласки. Несомненные
отпечатки тотемизма носят и предания об оборотничестве,
распространенные во всех древних культурах. Животное или
растение, в которое обращается мифологический или сказочный
персонаж, в конечном счете и может представлять тотем
какого-либо конкретного племени, клана, семьи, округи, города
или святилища.
Греческая мифология особенно богата превращениями Богов и
героев в животных, растения и некоторые неодушевленные объекты
(камни, скалы, звезды). В мифах и их поэтических переложениях
(Овидий написал на эту тему 15 книг, объединенных в знаменитые
"Метаморфозы") зафиксированы оборотничества: Зевса -- в быка;
Гелиоса -- во льва, вепря, пантеру; Афины -- в оленя, спутников
Одиссея -- в свиней и т.д. Тотемическое происхождение имеют и
атрибуты-символы Олимпийских Богов: орел Зевса, сова Афины,
лебедь, сокол, дельфин Аполлона, голубь Афродиты, конь
Посейдона. Зафиксировано также почитание Геры в виде коровы, а
Артемиды -- с лошадиной головой (в Фигалии). Тотемическая
история эллинов нашла опоэтизированное отображение во многих
мифологических сюжетах. Без учета тотемного прошлого трудно, к
примеру, понять, почему в Древней Греции был столь популярен
миф о Калидонской охоте (в ней приняли участие многие из
знаменитых героев Эллады). С точки зрения современного читателя
охота на кабана -- пусть даже очень большого -- достаточно
заурядное событие. Но если взглянуть на него сквозь
тотемическую призму, все предстает в ином обличии: Калидонская
охота символизирует победу над тотемом вепря (кабана) в период
разложения протоэтносов. Хорошо известно, что в древней Европе
тотем вепря в наибольшей степени был распространен среди
кельтов. Потому-то и в мифе об охоте на вепря за позднейшими
наслоениями и дополнениями недвусмысленно просматривается былое
противоборство между эллинскими и кельтскими племенами и
поражение кельтов (тотема вепря) в этой, должно быть, весьма
долгой и нелегкой борьбе.
Русская и славянская культура знает тотемизм в основном в
форме пережитков, рудиментов, запретов. Данный вопрос был
глубоко исследован в ряде фундаментальных работ замечательного
русского этнографа и фольклориста Дмитрия Константиновича
Зеленина (1878 -- 1954): "Тотемический культ деревьев у
русских и белорусов" (1933 г.), "Идеологическое перенесение на
диких животных социально-родовой организации людей" (1935 г.),
"Тотемы-деревья в сказаниях и обрядах европейских народов"
(1937 г.) и др. У русских отголоски тотемизма сохранились
главным образом в обрядовом фольклоре, связанном с почитанием и
величанием деревьев, птиц, зверей, в сказках -- особенно о
животных. Многие традиционные русские образы-символы зверей и
птиц несут на себе следы тотемов. Об этом явственно
свидетельствуют положительные человеческие черты, которыми
народ наделил сказочных животных, а также оберегательные
функции, которые они выполняют (первейшее предназначение тотема
-- оказывать помощь всем, кто находится с ним в
социально-родственных отношениях). Среди наиболее популярных
персонажей русских сказок -- звери (лиса, заяц, волк, медведь,
козел, баран, корова, бык и др.), птицы (гусь, утка, петух,
курица, ворон, сокол, лебедь и др.).
Древнее тотемическое мышление обнаруживается во множестве
популярных русских сказок: "Теремок", "Лиса и заяц", "Кот,
петух и лиса", "Котофей Иванович", "Звери в яме" и т.д. и т.п.
Содержащиеся в них тотемические реминисценции поддаются
восстановлению и истолкованию, хотя и приблизительному, но все
же достаточно близкому к первоначальному смыслу. Так, сказка
"Зимовье зверей" запечатлела закодированную в образах животных
информацию об объединении миролюбивых оседлых тотемов-кланов
ради выживания в условиях наступившей зимы (а, возможно, и
неожиданного катаклитического похолодания) и отражения
нападения со стороны враждебно-грабительского тотема волков.
Перечень зверей в разных вариантах сказки колеблется. Так, в
сборнике Афанасьева (No64) зимующим тотемам быка, барана,
свиньи, гуся и петуха противостоят нападающие на них тотемы
лисы, волка и медведя. В бесхитростной сказке "Колобок"
закодирована информация о соперничестве тотемов зайца, волка,
медведя и лисицы-победительницы за право быть хранителем
традиций культа Солнца-Коло, олицетворяемого Колобком,
тождественным дневному светилу и по имени и по обрядовым
функциям (его съедают, как на Масленицу поедают блины,
символизирующие Солнце). Народное творчество -- бездонное
хранилище неизбывной памяти о русских тотемах -- не только в
устном (фольклорном), но и в овеществленном виде. Коньки на
крышах, петушки на маковках, утицы-солонки, олешки на
полотенцах и рубашках -- все это отголоски тотемного прошлого,
запечатленного в орнаменте, узорах, вышивках, резьбе, росписи.
В волшебных сказках всех времен и народов также
аккумулированы остатки древнейшего мировоззрения. Например, уже
упомянутый и широко распространенный мотив оборотничества
(превращения человека в животное и обратно), -- кроме
тотемического оттенка, содержит также отголосок народных
верований в переселение душ, получивших в дальнейшем развитие в
религиозно-идеологических и философских системах --
древнеиндийской, древнеегипетской, древнегреческой,
древнекельтской и др.
Помимо тотемов-животных, в памяти поколений сохранились
образы и тотемов-растений. Наиболее типичными для славянских и
других индоевропейских культур являются деревья -- дуб и
береза. Известна обширная древнекельтская (уэльсская) эпическая
поэма "Битва деревьев", воссоздающая столкновение
кланов-тотемов, где фигурируют свыше 20 древесных символов:
...От поступи мощного дуба дрожали земля и небо,
Он втаптывал в землю врагов, разя их без счета,
А рядом с ним царственный тис отражал атаки
Врагов, что шли на него, как волны на берег моря;
И груша сражалась там же, обильно кровь проливая;
Каштан состязался с елью в свершенье подвигов ратных.
Бел снег, и чернила черны, и зелены деревья,
Спокойны пучины вод с тех пор, как я крик услышал;
С тех пор березы растут в стране этой без опаски,
И тянутся вверх дубы в холмистом Гвархан-Мелдеро.
У русских есть свой вариант воспоминаний о войне
растительных тотемов. Но в отличие от кельтских сказаний он
носит не эпический, а сатирический оттенок. Это -- знаменитая
сказка "Война грибов", где грибы воюют не друг с другом, а с
царем Горохом. Поговорка: "При царе Горохе" -- тоже
рудиментарная память (или архетип коллективного
бессознательного) об архаичном прошлом и тотеме гороха. Другие
тотемные символы перечисляются, к примеру, в чрезвычайно
распространенной на Русском Севере сатирической былине "Птицы",
где называются десятки пернатых, многие из них калькируют
древние русские тотемы. Былина эта записана во множестве
вариантов, но почему-то выпала из поля зрения современных
исследователей. В процессе становления славянорусского этноса
многие из былых тотемов стерлись в памяти. Только образ
сокола-рерика плавно перешел из родоплеменной в княжескую
символику и геральдику, сохранив свое смысловое значение в
династии Рюриковичей вплоть до татаро-монгольского нашествия.
Тотемический образ сокола -- доиндоевропейского
происхождения. К тем незапамятным временам восходит и
представление о Солнце как Соколе. У русских следы такого
древнейшего отождествления обнаруживаются, помимо прочего, в
архаичной загадке-поговорке, где Солнце именуется Ясным
Соколом, а темная ночь -- волком (еще одно доарийское
олицетворение, встречающееся у многих и разных народов Земли):
"Пришел волк [темная ночь] -- весь народ умолк; взлетел
ясен-сокол [Солнце] -- весь народ пошел!" Сокологоловым был
древнеегипетский Солнцебог Хор (Гор) (рис.29), этимологически и
функционально родственный русскому Солнцебогу Хорсу (того же
корня русские слова "хорошо", "хор", "хоровод", "хоромы",
"храм"), -- что лишний раз доказывает общее происхождение
древнейших культур и верований. Между прочим, традиционный
круговой обход вокруг буддийской ступы также именуется
хора. Соколоподобным изображался и другой
древнеегипетский Солнцебог -- Ра (рис.30). Солнечный смысл
присутствует и в самом слове "сокол": второй слог "кол", быть
может, восходит к имени древнейшего Солнцебога Колы
(Коляды). Но соколоподобным был и древнеславянский Бог огня
и света Рарог (ср.: чешск. raroh; польск. rarog)
-- "сокол"; из этой общеславянской основы выводится и имя
старорусского князя -- Рюрик, который в этом случае,
естественно, не мог быть никаким варягом и, видимо, никогда
таковым и не был, а также фамилия русского художника и
мыслителя -- Рерих.
Данная историко-этимологическая концепция восходит к
замечательному чешско-словацкому просветителю, поэту,
фольклористу, одному из основоположников панславизма Яну
Коллару (1793 -- 1852). В России горячим пропагандистом
этих идей был историк-антинорманист, литератор, театральный
деятель и под конец жизни -- директор Эрмитажа Степан
Александрович Гедеонов (1815 -- 1878). В капитальном
двухтомном труде "Варяги и Русь" (СПб, 1876) он развил
аргументы Коллара. Именно отсюда концепция славянского
происхождения Рюрика и Рюриковичей была позаимствована
Владимиром Чивилихиным в его романе-эссе "Память", а также
Сергеем Лесным в его многочисленных изданных за рубежом
работах, посвященных древней истории Руси.
Впрочем, имеется еще одна, более простая версия русской
родословной Рюрика и русского же происхождения его имени. Она
опирается на северные предания, согласно которым подлинное имя
Рюрика было Юрик и явился он в Новгород из Приднепровья.
Новгородцы "залюбили" его за ум-разум и согласились, чтобы он
стал "хозяином" в Новограде. (Р)Юрик наложил на каждого
новгородца поначалу небольшую дань, но затем стал постепенно ее
увеличивать, пока не сделал ее невыносимой (что впоследствии
усугублялось с каждым новым правителем). Первые летописцы,
упоминавшие имя Рюрика, вряд ли опирались на какие-то
письменные источники, а скорее всего, использовали устные
известия. Постепенно исконно русское имя Юрик, помянутое в
северорусском предании, оваряжилось. (Продолжение темы см. в
Приложении 2.)
Еще одним подтверждением смысловой идентичности сокола с
русским именем Рарог-Рерик-Рюрик служит княжеская символика
рода Рюриковичей (рис.31). Как известно, она имеет форму
трезубца и в этом смысле стала основой украинской
государственной геральдики. Между тем существует версия, что
знаменитый "трезубец" на самом деле является стилизованным
изображением сокола-рерика (рис.32). Впервые эту гипотезу
выдвинул С.А.Гедеонов, впоследствии она получила дальнейшее
обоснование45. Версия выглядит романтичной и привлекательной и
обычно вызывает горячие читательские симпатии. Однако символ
трезубца, триглава, треножника как выражение священной
троичности чрезвычайно распространен в мировой культуре. Выходя
за пределы индоевропейской традиции, его можно обнаружить в
вариантах, близких к символике киевских князей, и в древних
онежских петроглифах (рис.33), и в этрусско-кельтской символике
(рис.34), и в китайской каллиграфии, и в гигантских (свыше 200
м) древних рисунках-геоглифах на тихоокеанском побережье Южной
Америки (рис.35), и в шаманских жезлах енисейских остяков
(кетов) (рис.36). Так что какая бы то ни было славянская
самостийность здесь ни при чем.
Принадлежность конкретного тотема какому-либо роду-племени
или, что одно и то же, принадлежность какого-то
семейно-кланового или половозрастного образования конкретному
тотему наглядно демонстрирует узнавательно-разграничительную
функцию последнего, что помогает узнавать себе подобных или
отличать своих от чужих. В частности, это проявляется в
особенностях одежды, головного убора, прически, украшений,
косметики, татуировок, которые, как показывают данные
археологии, в древности были распространены повсеместно.
Например, русский женский головной убор кика по форме
напоминает птицу, а его название происходит от названия
лебединого крика -- кика (кикать-"кликать, кричать"). Отсюда
древнегреческое наименование лебедя -- "Кикн" (так звали и сына
Аполлона, превращенного после смерти в созвездие Лебедя).
Интересно, что мужской головной убор алеутов, когда они были
открыты русскими мореплавателями, по форме также представлял
лебединую голову.
Тотемические образы гуся, лебедя, селезня (утки), пожалуй,
наиболее архаичные в древнем мировоззрении, они связаны с
доиндоевропейскими мифами о первородном яйце и птице, творящей
мир. В индоевропейской культурной традиции эти представления
получили наибольшее развитие в космологии орфиков, впоследствии
воспринятой митраизмом в образе Митры-Фанеса, рожденного из
космического мирового яйца (напомним, что от имени Митры
произошло русское слово "мир" в смысле "согласия"). Аристофан,
великий древнегреческий комедиограф, иронически относился к
философии орфиков, тем не менее в комедии "Птицы" он дал
позитивное изложение идей, уходящих в самые глубины
космического постижения действительности: "птицы древнее
Олимпийцев блаженных", породил их златокрылый Бог любви Эрот,
сочетавшись с Хаосом. Сам же Эрот, олицетворяющий космическое
сексуальное начало, -- сын первозданной Ночи и Ветра. Они-то и
сотворили Яйцо-первородок, и из него спустя годы "появился Эрот
сладострастный" -- "в сверкании крыл златых, легконогому ветру
подобный". В русском фольклоре смутные воспоминания о золотом
космическом яйце закодированы в популярной сказке про Курочку
Рябу и снесенное ею волшебное золотое яичко.
По русскому космогоническому мифу творцом Вселенной был
селезень (гоголь-нырок). Он долго плавал по безбрежному океану,
потом нырнул, достал со дна песок и сотворил из него весь Мир.
Сказание это тесно примыкает к общемировой мифологической
традиции, записано в нескольких вариантах, вошло в
славяно-русские апокрифы, -- но почему-то мало известно
современному читателю и практически не публиковалось с начала
века. Стойкость архаичных сюжетов, связанных с птицами (в
особенности с гусями, лебедями и утками-селезнями), просто
поражает. Так, популярная русская сказка "Гуси-лебеди" с
выслеживанием и преследованием мальчика ведьмой и
кульминационным перегрызанием ею дуба -- самым неожиданным для
современного читателя образом повторяет свою сюжетную линию в
сказках и мифах южноамериканских индейцев, обитающих в джунглях
Амазонки. Разница лишь в том, что южноамериканская ведьма
занимается сексуальными домогательствами, а дерево, где
спасается герой, пытается перегрызть с помощью зубастых
гениталий. По мнению исследователей, в южноамериканском мифе
закодированы некоторые характерные особенности, присущие
матриархальным отношениям, и точно такой же смысл был
первоначально заложен в русской сказке46 (что лишний раз
подтверждает общность культурных, мифологических и языковых
корней всех народов мира).
Отпечаток тех далеких времен, когда люди величались по
тотемам, сохранился в былине о сыне Ильи Муромца. Звали его
Сокольником (Сокольничком). Данный образ исследован мало, хотя
и открывает глубинный пласт русского былинного эпоса. Матерью
Сокольника является загадочная Златогорка (Латыгорка) --
невенчанная жена Святогора. Великан-богатырь возил ее в
хрустальном ларце (рис.37). Супруга Святогора соблазнила Илью
Муромца, плодом этой мимолетной связи и стал Сокольничек,
встреченный и неузнанный отцом спустя много-много лет. Чудесное
рождение Сокольника произошло в краю таинственного
Алатырь-камня, близ Студеного моря, то есть на побережье
Ледовитого океана. Сын Ильи Муромца сам так говорит о своей
отчине и родословной:

От моря я от Студеного,
От камени я от Латыря,
От той от бабы от Латыгорки...47


Он мог бы еще добавить: "От рода-тотема соколиного", как
говаривал о себе один из героев сербского эпоса: "Что ж
стрелять мне серого сокола, если сам сокольего я рода?.."
Поединок отца с сыном (а главное содержание былин о Сокольнике
-- его битва с Ильей Муромцем) -- смутное воспоминание о
противоборстве распавшихся родов-тотемов и месте их расселения
-- Сибирской украине (древнерусское название Крайнего Севера).
В архангельской былине Илья прямо спрашивает неузнанного сына:
которой тот земли, которой Сибирской украины? Сказанное
косвенно подтверждает и полное былинное имя матери Сокольника
-- Баба Златогорка. Судя по всему, она и есть прообраз
легендарной сибирской Золотой Бабы, выгравированной на
некоторых средневековых картах (рис.37-а) в низовьях Оби. На
карте Г.Меркатора Злата Баба (так поименована она в
Новгородской летописи) изображена в контексте с очертаниями
Гипербореи. Возможно, что корень "гор" в именах Златогорки и ее
супруга Святогора идет от Уральских гор. В конечном же счете
Латыгорка -- русифицированный и сильно изменившийся в течение
тысячелетий образ Латоны-Лето (корневая основа у всех трех имен
общая) -- матери близнецов Аполлона и Артемиды, всеми корнями
своими связанных, как уже говорилось, с северной Гипербореей.
Тотемное прошлое живет и во множестве русских фамилий,
восходящих к древним обозначениям тотемной принадлежности
людей. Сами фамилии сравнительно недавнего происхождения. У
простого люда они появились после отмены в России крепостного
права. Речь, конечно, не идет о христианских именах, имеющих, в
свою очередь, греческое, римское или библейское происхождение.
Если открыть ономастиконы (сборники, составленные
филологами на основе анализа разного рода документов прошлого),
то обнаружится великое множество тотемных имен, принадлежавших
нашим предкам вплоть до Петровской эпохи. Вот лишь некоторые из
них, взятые наугад из именословов Н.М.Тупикова ("Словарь
древнерусских личных собственных имен". СПб., 1903) и
С.Б.Веселовского ("Ономастикон". М., 1974):

звериные: Баран, Барсук, Бобр, Бык, Белка, Волк,
Выдра, Горностай, Жеребец, Заяц, Зубр, Кобыла, Коза, Козел,
Конь, Корова, Кот, Кошка, Куница, Лиса, Медведь, Мышь, Овца,
Пес, Свинья, Собака, Соболь, Тур, Хомяк;
птичьи: Воробей, Ворона, Гоголь, Голубь, Грач,
Гусак, Дрозд, Дятел, Жаворонок,
Журавль, Коростель, Коршун, Кречет, Кулик, Курица, Лебедь,
Лунь, Орел,
Селезень, Сова;
рыбьи: Ерш, Карась, Рыба, Севрюга, Щука;
растительные: Береза, Гриб, Груша, Дуб, Калина,
Капуста, Крапива, Липка, Мухомор, Осина, Ракита, Репа, Орех;
прочие: Блоха, Жаба, Жук, Комар, Мизгирь, Муравей,
Муха, Паук, Пчелка, Рак, Таракан, Шершень.

Все эти древнерусские имена и прозвища как наследие еще
более древних русских, славянских, индоевропейских и
доиндоевропейских тотемов стали неотъемлемой стороной
современной жизни, войдя в живые русские фамилии.
Откуда же взялось такое множество тотемов, каковы причины
их дробления и появления новых? Данные процессы обусловлены
вполне понятными, естественными причинами. Человек вообще
стремится всячески подчеркнуть свою уникальность, обособить
место и условия своего существования, обозначив по возможности
разного рода отличительными особенностями в одежде, жилище,
манере поведения и общения, а также в символике, наглядно
выражающей такие особенности. При смене поколений, распаде
этнических структур, обособлении семей каждое новое
социально-этническое образование придерживается, как правило,
сложившихся и усвоенных традиций, но одновременно стремится к
выпячиванию собственных неповторимых черт. При резкой ломке
условий жизни, при смене жизненных ориентаций и парадигм отказ
от прежних традиций и переход к новым ценностям осуществляется
в демонстративно подчеркнутой форме и сопровождается принятием
новой символики, в том числе и в области родоплеменной
принадлежности. Отсюда такое обилие и разнообразие тотемов,
возникших не в раз, а на протяжении веков и тысячелетий.
Механизм этого явления, срабатывающий на протяжении жизни
нескольких поколений, хорошо иллюстрирует одна мансийская
легенда, касающаяся лебедя и его тотемических функций. Лебедь,
повествуют сказители, был когда-то человеком, но затем из-за
царивших прежде постоянных драк и столкновений он стал просить
Бога превратить его в птицу. Желание было исполнено, и таким
образом появился лебедь. Он же был сначала и царем всех птиц, а
орел служил при нем князем. Впоследствии царская власть перешла
журавлю, так как лебедь не умел вовремя кричать. И так далее --
пока царем не стал орел. Из этой северной легенды совершенно
отчетливо видно, как происходила смена тотемов внутри единой
народности при естественной родоплеменной дифференциации, когда
попеременно доминировали то одни, то другие тотемы.
Лебедь -- священная птица древних славян и индоевропейцев
(рис. 24). В местах проживания наших далеких предков (на
Полтавщине) археологи раскопали датируемые VI -- V веками до
н.э. зольники -- остатки культовых огневищ, окаймленные
вырезанными из земли и раскрашенными в белый цвет 2-метровыми
фигурами лебедей (рис. 39). Среди археологических находок в
местах расселения западных славян -- солнечные колесницы,
запряженные лебедями (рис.40), хорошо знакомые по культу
Аполлона. По русским летописям и историческим легендам, сестра
трех братьев -- основателей Киева звалась Лыбедь. Лебедь
одинаково популярен во всех частях света и особенно -- на
Русском Севере. Недаром Николай Клюев в программном
стихотворении "Песни Гамаюна" провидчески провозглашал: "Север
-- лебедь ледяной".
Образ лебедя в русской и славянской мифологии связан со
светлым и радостным началом. Образ, воспетый Пушкиным, --
Царевна Лебедь, олицетворяет именно такое древнее светоносное
Божество. Пушкин ничего не прибавил и не убавил к неувядающим
народным представлениям о прекрасной волшебной Деве с горящей
звездой во лбу, чья вселенская предназначенность выражается в
следующих космических функциях:

Днем свет белый затмевает,
Ночью землю освещает,
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит.


Все сказочные фольклорные сюжеты о превращении человека в
лебедя, включая классический русский образ Царевны-лебеди,
восходят к гиперборейской традиции. Одной из ипостасей Зевса
как выходца из Гипербореи, также был Лебедь: в этом обличии он
овладел Ледой -- в результате на свет появилась прекрасная
Елена -- виновница Троянской войны.
Устойчивые представления о Лебединых девах (рис. 41)
прослеживаются до самых последних глубин, зафиксированных в
литературных и фольклорных источниках. О Форкидах, подобных
лебедям, обитающих на краю земли, окутанной вечной ночью,
рассказывал еще Прометей в великой трагедии Эсхила. В
славянских и германских сказках одинаково распространен образ
Лебединых дев, что прилетают к реке или озеру, сбрасывают
лебединое одеяние, превращаясь в волшебных красавиц, и купаются
в прохладной воде: здесь-то и подстерегает их добрый молодец.
Представления, аналогичные индоевропейским, сохранились и у
других народов, населяющих Север нашей Родины: у ненцев,
например, также известен образ Богини-Лебеди (рис.42). Сходные
персонажи есть у бурятов, якут и др. При раскопках знаменитых
Пазырыкских курганов на Алтае, относящихся к V -- III вв. до
н.э., в погребальной камере были обнаружены войлочные фигуры
лебедей (рис.43). Все это свидетельствует о том, что
гиперборейская лебединая символика охватывала значительные
пространства Евразии и распространялась на многие разноязычные
народы на протяжении многих тысячелетий. На алтайской реке
Лебеди (!) -- притоке Бии -- и поныне проживает тюркоязычный
народ лебединцы, ведущий свою родословную от первопредка
Лебедя, не догадываясь даже о его тотемном происхождении.
Образ Лебедя, Человека-Лебедя и лебединой символики
проходит через всю историю культуры народов Евразии: от
древнейшего ковша в виде лебедя, найденного при раскопках
первобытной стоянки (III -- II тыс. до н.э.) на Среднем Урале
(рис. 44) и петроглифов Онежского озера (рис. 45) до нежных
античных Богинь (рис. 46), воинственных германских валькирий,
способных превращаться в лебедей (рис.47) и лебединого рыцаря
Лоэнгрина (рис.48). Средневековые рыцарские легенды содержат
немало сведений и смутных воспоминаний о древнейшей истории,
включая и гиперборейские времена. В тайных сказаниях Ордена
тамплиеров о гибели Атлантиды упоминается гиперборейская раса
людей, что пришла с Севера в Эпоху Белого Солнца. Цикл легенд о
священном Граале напрямик указывает на волшебную северную
страну, где в неприступном замке хранится чудодейственный
Грааль, дарующий бессмертие и тайное знание. Оттуда и прибывает
в челне, запряженном лебедем, Лоэнгрин -- сын хранителя Грааля
Парсифаля. В описаниях самого Грааля много разнобоя. В наиболее
распространенной версии он представляет собой чашу с напитком
бессмертия. Однако в наиболее известном из дошедших источников
-- монументальной поэме Вольфрама фон Эшенбаха
"Парсифаль" (XIII в.) -- Грааль изображается в виде камня,
излучающего волшебный свет: достаточно глянуть на него, и
человеческая жизнь продлится. Такая трактовка сближает Грааль
со знаменитым Алатырем-камнем русских легенд и заговоров. Что
касается главного назначения Грааля -- даровать бессмертие, то
данное свойство по своему смыслу близко действию живой и
мертвой воды из русских сказок, способной оживлять умерщвленных
героев. Кроме того, функционально Грааль сходен со знаменитым
Кощеевым яйцом: оно не только находилось за тридевять земель в
недосягаемом месте, но и обладало живительными свойствами. В
одной из сказок, записанных от сибирской сказительницы
Н.О.Винокуровой, Орел-царевич после победы над Кощеем оживляет
умерщвленного отца с помощью Кощеева яйца.
Существует легенда, что древне-скандинавские викинги
сверяли удачу своих разбойных набегов с полетом лебедей. Так
это или не так -- теперь проверить трудно. А вот покорителю
Сибири Ермаку путь за Урал совершенно точно по лебединой
наводке открылся. Народный сказ про то, обработанный Павлом
Петровичем Бажовым (1879 -- 1950), называется "Ермаковы
Лебеди". Ермак, как известно, -- казацкое прозвище, настоящее
же имя, по его собственным признаниям, было Василий, а фамилия
совсем тотемного происхождения -- Оленин. Так вот, взял однажды
мальчик Васютка (будущий Ермак) три яйца из гнезда погибшей
лебедихи и подложил их дома под гусыню. Она-то и высидела
лебедят, они потом до самой Ермаковой смерти дарили ему удачу:
и на россыпи драгоценных самоцветов наводили, и путь в Сибирь
указали. "Вовеки бы ему в сибирскую воду проход не найти, кабы
лебеди не пособили", -- вот какое мнение навсегда укрепилось в
народе.
Весь песенно-сказочный фольклор Руси и поэзия России
расцветали под сенью лебединых крыльев. Лебединый образ русский
человек впитывает с молоком матери, он передается как
драгоценная память предков. Когда поэт пишет "О Русь, взмахни
крылами!" -- у русского читателя, скорее всего, возникает
ассоциация птицы-лебедя. Россия -- это и есть Царевна Лебедь. В
этом возвышенном символе закодированы номинированные элементы
древнейшей родоплеменной и социальной организации
доиндоевропейских цивилизаций. С самого начала лебедь выступал
в качестве священной птицы и соответствующего тотема различных
народов и пранародов, находившихся долгое время в стадии
нерасщепленной общности и обособлявшихся по мере расселения по
бескрайним просторам Евразии (процесс этот занял не одно
тысячелетие). В конечном счете у сформировавшихся народов
получили окончательную прописку совершенно конкретные
образы-символы, ставшие неотъемлемой частью культуры и вошедшие
в кровь и плоть народного духа. Тотемические пережитки,
связанные с лебедем, по сей день живут в запретах убивать или
употреблять в пищу эту величавую птицу. "Не стреляйте в белых
лебедей!" -- это табу стойко держалось в народных традициях на
протяжении многих тысячелетий. По русским поверьям, даже если
только показать детям убитого лебедя, то они непременно умрут!
Тотемические символы неистребимы: передаваясь от поколения
к поколению, они живут не только в изображениях, изваяниях,
устном и письменном слове, но и в традиционных обрядах. Никакие
идеологические доминанты не смогли вытеснить тотемические
каноны русской свадебной лирики. Ее главные действующие лица --
жених и невеста -- именуются по-тотемному: утка да селезень,
сокол да лебедь.

Сокол да Сокол Соколович,
Свет добрый родной молодец...
Летал Сокол по крутым горам,
Искал Сокол лебединые стада...
Что, Гоголь мой, Гоголечек?
Был ли ты, Гоголь мой, на море?..
Белые Лебедки! Где вы бывали?..
Не вылетай, Утица, из-за острова...


И т.д. и т.п. Эта загадочная на первый взгляд свадебная
символика уходит своими корнями в те невообразимо далекие
времена русской предыстории, когда не было вовсе никакой
этнической или языковой расчлененности и тем более --
национальной обособленности, и представители одних тотемных
родов женились или выходили замуж за иноплеменников иной
тотемической принадлежности. Как сейчас говорят: "вышла замуж
за русского (татарина, якута, осетина и т.д.)", -- так тогда
говорили: "вышла замуж за сокола (лебедя, гоголя, ворона,
журавля и т.п.), имея в виду принадлежность жениха или мужа к
конкретному тотему.
Песен с тотемными отголосками записано великое множество:
они не канули в Лету, а по сей день выступают неотъемлемой
исполнительской стороной русского свадебного обряда.
Естественно, соколами и лебедями, селезнями и утками обрядовый
фольклор не ограничивается. Известно, к примеру, множество
вариантов шуточной песни про свадьбу совы, что вышла замуж за
"белого луня, за милого друга". Здесь тотемная сова заменила
традиционную лебедь (утицу), а тотемный сокол превратился в
свою более редкую для фольклора ястребиную разновидность --
луня. Русские песни сохранили множество свидетельств и о
древнейших дендрототемах. Знаменитая "Калинка-Малинка" -- не
что иное, как закодированный тотемный пароль, фиксировавший
когда-то конкретную тотемную принадлежность. А рефрен типа "Ой,
калина моя! Ой, малина моя!" сродни припевам "Ой, Дид-Ладо!" с
призывами к славянским языческим Богам Диду и Ладу. Былинный
Калин-царь -- отголосок все тех же тотемных времен и подчас
жестокого противоборства различных тотемов; лишь впоследствии
произошло его совмещение с воспоминаниями о более знакомых по
злодеяниям врагах, в основном -- о степняках-кочевниках, что
веками терзали Русь. Из того же тотемного прошлого и сказочный
Калинов мост как символ кланово-племенного рубежа.
С растительными тотемами связано множество обычаев и
поверий, доживших до настоящего времени. Испокон веков
существовало на Руси поклонение деревьям. Ни одна власть не
оказалась в состоянии выкорчевать древнейшие языческие
традиции. В прошлом церковные и светские источники постоянно
отмечали неискоренимость культа деревьев: то тут, то там
древопоклонники молились либо в священных рощах, либо "около
куста", либо просто "дуплинам деревянным", либо перед особо
почитаемыми деревьями, а ветки обвешивали платками и
полотенцами48. И все это вовсе не дела давно минувших дней.
Этнографы регулярно констатируют стойкую и повсеместную веру в
целительную и оберегательную силу деревьев49, что наглядно
проявляется хотя бы в народном обычае стучать пальцем по любому
деревянному предмету, дабы предотвратить беду -- отвернуть ее
от задуманных планов или благополучного течения дел. Во многих
районах -- особенно на Севере и в Сибири -- деревьям и кустам
по-прежнему приносятся плоды, а ветки либо завиваются (как у
березы на Семик), либо украшаются лентами. Кое-где до сих пор
старые дуплистые деревья считаются наделенными целительной
силой: чтобы ею воспользоваться, нужно прислониться к стволу,
залезть в дупло или пролезть через него, если оно сквозное.
Семикская обрядность, однозначно связанная с тотемом
березы, восходит чуть ли не к эпохе матриархата, являясь
эзотерическим женским праздником с сексуально-эротическим
оттенком50 и подчеркнутой гадательно-предсказательной
направленностью. Охранительная и магическая сила дендрототемов
учитывается также в современной свадебной обрядности. И поныне
в ряде областей России жив тотемный по своей сути и
происхождению предвенчальный обряд, связанный с украшением
деревца или куста. Так, в Пензенской области сохраняется
архаичный обычай наряжания деревца в доме просватанной невесты.
Деревце под обобщенным названием "елочка" (хотя в
действительности это может быть даже репейный куст)
символизирует девичество, с ним совершают различные магические
действия, а в некоторых случаях сжигают.
История тотемов -- русских и мировых -- неисчерпаемый
кладезь знаний о далеком прошлом, охватывающем отрезок времени,
несоизмеримый с письменной историей. В учебниках и научных
книгах обычно описывается история, занимающая 2 тысячи лет
новой эры и 3 тысячи лет до новой эры, итого -- 5 тысяч лет.
Это всего лишь жизнь 150 поколений, если считать по
демографическому канону: 3 поколения в столетие. Не так уж и
много с учетом того, что сюда умещается вся история мировых
цивилизаций, начиная с расщепления арийской этнокультурной
общности и становления древнейших государств Индостана, Китая,
Двуречья, Малой Азии и Египта. Тотемная же история неизмеримо
богаче и шире: 40 тысяч лет (условно) существования
человечества, включая и современный этап его развития, -- это
1200 поколений. Так не будем обеднять собственную историю! Тем
более что тотемное прошлое не исчезло бесследно. Оно живет в
современных символах, государственной и сословной геральдике,
обрядах, традициях и, наконец, во многих фамилиях, названиях
рек, озер, древних городов, селений и просто заповедных мест.
По ним-то и удается расшифровать пути древних миграций и
восстановить мысленные контуры заветной страны Лебедии, которую
-- в честь древних русских тотемов -- с неменьшим правом можно
было бы назвать и Соколией, и Оленией, и Медведией, и еще
какой-то волшебной страной, что не отыскать ни на одной карте!
В новейшем -- небезынтересном, хотя и спорном --
переложении на современный литературный язык "Слова о полку
Игореве" ("Молодая гвардия". 1995. No1. Перевод В.Молоканова)
лебеди и соколы напрямую истолковываются как тотемы. Прав или
не прав переводчик, по-новому объясняя значение древнерусских
слов и восстанавливая якобы имеющиеся пропуски, -- это лишь
одна сторона медали. Другая же такова: скрытый смысл или
подтекст угаданы правильно. Дословно знаменитый фрагмент из
зачина древнерусской поэмы -- в отличие от канонических версий
-- переведен так:

Помнили ибо народы
древних племен тотемы.
Пускали тогда соколов
десять на стадо лебедей, --
кто догонял (свою лебедь,
тот и женился на ней),
да прежде того песню пел...


Конечно, понятие "тотем", заимствованное из языка одного
из индейских племен, выглядит более чем инородным даже в
контексте современного перевода. Однако автору оригинальной
интерпретации никак нельзя отказать в достаточной
аргументированности. Термин "тотем" возникает в поэтическом
переложении знаменитой фразы о вещем Бояне, помнящем "первых
времен усобицы". В древнерусском тексте стоит "усобицъ",
но смысл в ту пору данное слово имело двоякий: во-первых,
"распря", во-вторых, "особь". В древнерусских текстах можно
встретить слово "усобичный" -- "родственный", "единоплеменный".
Из лексического гнезда однокоренных слов с основами "усоб-особ"
вышла целая смысловая цепочка: "особо", "особый", "особенный",
"обособленный", "особь", "особа" ("лицо"). В сочетании с
древнейшим смыслом, означающим "родственность" и
"единоплеменность", а также будучи спроецированным на
социальные, родоплеменные отношения, слово "усобицы" и
позволяет истолковать его как "тотемы": особый род --
это и есть тотем.
В одном из вариантов именно былины о Чуриле полностью
воспроизводится знаменитый фрагмент "чуда в тереме",
процитированный выше. В-четвертых, постоянно подчеркивается,
что Чурила носит золотой колпак, похожий на головной убор
Гермеса; к тому же перед ним еще и несут подсолнечник (это уже
намек на ярильные особенности). Есть немало и других штрихов.
Почему же не называется само имя Гермеса? Потому, что в
древнерусском миропредставлении оно претерпело определенные
изменения, в том числе и языковые. Кроме того, подлинное имя
эзотерического существа, тем более Бога, по правилам магической
и шаманской практики, не обязательно должно было произноситься
вслух: оно табуировалось, замещалось другим вербальным
эквивалентом. Впрочем, имя Гермеса все же всплывает в былине о
Чуриле, но несколько неожиданным образом: старика-соперника
Чурилы, у которого тот соблазнил молодую жену, в разных текстах
зовут по-разному -- чаще всего Бермята или Пермята, но в ряде
случаев -- Ерма. Ерма (или Ермий) -- это русифицированное имя
Гермеса. Отсюда и имя (точнее, прозвище) завоевателя Сибири
Ермака (символично и знаменательно, что имя всемирного
покровителя путешественников досталось русскому землепроходцу).
Но почему же имя Гермеса расщепилось на два прямо
противоположных образа? Таковы перипетии устного народного
творчества: память о доисторических временах доходит в
искаженном, подчас неузнаваемом виде. Былое представление о
древнем герое может и раздвоиться (это случается не так уж и
редко и даже получило специальное наименование -- дупликация),
и, как эхо в горах, многократно повториться с разных сторон.
Кроме того, учитывая, что у большинства древних Богов (особенно
у эллинских и египетских) бывало до нескольких десятков
прозваний (напомним, что только Гермес-Тот имел 170 разных
имен), вполне уместно предположить, что сказанное
распространялось и на верования протославян -- прапредков
русских. В этом смысле Чур мог бы быть истолкован как
Деревянный (Древесный, Лесной) Гермес, точно так же, как
Яр-Мес[яц] выступает Гермесом Лунным, а Her[mes] -- Гермесом
Фаллическим.
Память о гиперборейской Прародине русского народа
сохранилась не только в былинах. В середине прошлого века
записано предание о предках вятичей, поселившихся по берегам
одноименной реки еще в те незапамятные времена, когда, согласно
легенде, на Руси не было царей и князей, когда она управлялась
своими родоначальниками. Предводительствовал русскими
переселенцами богатырь по имени Оноха. Он и двенадцать его
братьев построили городище, а в нем -- большой дворец. Но
пришельцы не были первыми на Вятской земле. Здесь давно уже
проживал богатырь Никулица с красавицей дочерью. К ней-то и
посватался Оноха. Никулица выдвинул коварные и заведомо
невыполнимые условия: добыть "с закату" (т.е. от Солнца)
камней-самоцветов, что дают негасимый свет ночью и днем. Оноха
остался заложником, а его братья поскакали догонять Солнце.
Назад поспеть нужно было к утру -- иначе Оноху повесят (по
другой версии -- посадят на кол) и вороны его расклюют, а
братья-богатыри окаменеют. К несчастью, так и произошло.
Солнечные осколки-самоцветы братья раздобыли, но назад к
двенадцатым петухам не поспели и превратились в камни.
Хитростью Онохе удалось вырваться из плена, бежать вместе с
названной невестой в свой город-крепость. Однако и Никулица с
дружиной не дремал: на быстролетных крылатых конях беглецов
настигли и Оноху сожгли на том месте, где схватили, а кости
закопали вместе с солнечными негасимыми самоцветами.
Такова вкратце канва легендарных событий, сочетающих и
волшебную сказку, и былину, и глубочайшую архаику Каменного
века, летающих гиперборейцев, солнечный культ и 12-месячный
годовой цикл (12 братьев -- знаменитые славянские 12 Месяцев).
Пересказанный сюжет был чрезвычайно популярен среди местного
населения. Повсюду распевали песню про богатыря Оноху -- ее
наизусть знали каждый крестьянский мальчик и каждая
крестьянская девочка, подчеркивал автор публикации в "Вятских
губернских ведомостях" за 1861 г. No 1.
Кто же такой Оноха и к какому времени следует отнести его
появление на территории, вплотную примыкающей к Русскому
Северу? Легенда наверняка восходит к отголоску Каменного века
-- Святогорову циклу русских сказаний, и богатырь Никулица --
вятский неидеализированный прообраз былинного Микулы (Никулы)
Селяниновича. Но есть ли в мировом фольклоре параллели для
загадочного Онохи? Есть! -- давным-давно определили
исследователи: русский Оноха -- никто иной, как ветхозаветный и
апокрифический Енох (Энох).130 Оноха (или в более привычной
вокализации -- Аноха) -- в прошлом весьма распространенное на
Руси имя, о чем свидетельствует фамилия многочисленных
современных Анохиных. В народном истолковании "аноха" --
"простак", "недоумок" (см. Словарь Даля). Вместе с тем в народе
однозначно представляли, что Аноха -- это библейский Енох
Праведный, которого Бог вознес на небо. В быту так и говорили
-- Аноха-праведник (известны и другие поговорки: "Время плохо
-- стал указчиком Аноха"; "Аноха Аноху, да впряг в соху" и
др.).
Особой популярностью среди всех слоев населения
пользовался ветхозаветный апокриф "Книга Еноха Праведного".
Или, как она именовалась в одном из списков ХIV века: "От книг
Еноха Праведного, пореже потопа, и ныне жив есть", откуда
следовало, между прочим, что библейский праведник, поведавший о
космических странствиях и "всем неизреченном и неисследованном
мире", здравствует и поныне. В "записках" Еноха, переданных
людям, настолько подробно, детально и натуралистично описано
вознесение живого человека в занебесные сферы, что это дало
основание некоторым популяризаторам заявить, что библейского
патриарха в Космос забрали два инопланетянина, описанные в
апокрифе как "два мужа огромные", ранее на земле не виданные --
с горящими лицами, огненным оперением и золотыми (солнечными)
крыльями. Во время своего путешествия Енох посетил семь
космических сфер, познакомился в внеземными мирами и механизмом
управления Вселенной, узнал законы движения звезд и планет,
воочию увидал вселенские чудеса -- вплоть до сферического
"светлостояния" в виде огненных колес. Сказания о межзвездных
скитаниях Еноха Праведного не могли не пробудить в душе
космического мироощущения. Подача материала от первого лица
только усиливала это чувство у читателей и слушателей разных
эпох и народов: "Меня окружили облака и туманы; движущиеся
светила и молнии гнали меня, ветры ускоряли течение мое; они
вознесли меня на небо. Я достиг стены, построенной из
кристалла; колеблющееся пламя окружало ее; я вошел в это пламя.
Я приблизился к обширному жилищу, построенному из кристалла.
Стены, как и фундамент этого жилища, были из кристалла, а свод
его состоял из движущихся звезд и молний..."131. Сквозь
образную символику здесь явственно просматриваются и позитивные
факты.
Как же в таком случае Енох-Аноха оказался на Вятской
земле? Все очень просто: библейские книги (особенно Книга
Бытия) при их составлении опирались на более древние, в том
числе и "гиперборейские", источники. То же относится и к
апокрифической "Книге Еноха Праведного". Это ведь только для
ортодоксальных богословов она представляется
ложно-"отреченной". С непредвзятой и исторической точки зрения
описание космического путешествия Еноха -- такой же бесценный
источник культуры, как и любая другая древняя -- каноническая
или неканоническая -- книга. И в ней в мифологизированной форме
содержатся сведения об одном из праотцов современных этносов --
Енохе-Анохе, к тому же тесно связанном с северной Прародиной.
Русская же интерпретация об Онохе-вятиче вообще "заземляет"
допотопную историю, привязывая ее к территории современной
России и позволяя спроецировать ее на те времена, когда
существовал единый Пранарод с единым Праязыком. А место его
обитания именовалось Соловейской землей -- Гипербореей.
* * *
Под воздействием космических сил и ударами стихий русская
и мировая Гиперборея канула в Лету, оставив о себе смутные
воспоминания в памяти народов, либо являющихся прямыми
потомками и наследниками Счастливой страны, либо живших по
соседству и соприкасавшихся с древними хранителями и носителями
высоких знаний и культуры, включая астрономические
представления и космическое мировоззрение. Рядом обитали иные
племена -- их уровень развития был значительно ниже. Именно о
них нам известно по результатам многолетних археологических
раскопок. Соприкасающиеся разноуровневые цивилизации -- не
сообщающиеся сосуды. Высокоразвитые достижения современной
технически развитой цивилизации и сегодня не оказывают
непосредственного влияния на уровень развития, обычаи, культуру
и мировоззрение племен, обитающих где-нибудь в джунглях
Амазонки или Новой Гвинеи (хотя случаи эпизодических контактов
между дикими аборигенами и цивилизованными путешественниками
оставляют след в памяти тех и других). Так было и в прошлом.
Мировосприятие первобытного человека, конечно же,
отличалось от мифологизированной идеологии более развитых
цивилизаций и культур, соседствовавших с первыми. Далеко не
всегда удавалось выразить развитое мировоззрение адекватным
способом. Помноженное на примитивную технику, это приводило к
результатам, которые воспринимаются современным человеком
неоднозначно. Примером могут служить наскальные рисунки,
обнаруженные на берегах Онежского озера. Богатство впечатлений
первобытного художника-наблюдателя не вмещают скудные
возможности изобразительного материала. События же, требовавшие
своего отображения в наскальных рисунках (петроглифах),
воистину космического масштаба.
Гиперборея -- древнейшая цивилизация Земли -- оказала
решающее влияние на все последующие социокультурные процессы,
положив начало как протоиндоевропейской, так и
неиндоевропейским общностям и культурам. Ее история стала также
и началом предыстории русского народа. После гибели Гипербореи
наши прапредки постепенно расселились по просторам Восточной
Европы, не менее двух раз побывали в Передней Азии, достигнув
Египта (в библейские времена и на волне скифского нашествия), с
гуннами дошли почти до Атлантического океана и вернулись назад,
основали мощнейшее государство средневековой и новой истории --
Россию, вновь заселили и освоили Север Евразии и Сибирь.
Русские всегда и вновь возвращаются на родину предков.
К сожалению, потомки не всегда помнят заветы прошлого,
особенно если утеряны традиции передачи опыта и знаний от
поколения к поколению. В древности существовали
профессиональные хранители знаний и памяти народной -- жрецы,
старейшины рода, рапсоды, скальды, сказители и т.д.
Впоследствии появились письменные тексты. Но они ничто без
живого озвучивания и истолкования. Тексты египетских фараонов и
Бехистунская надпись Дария мало говорят созерцающим их праздным
туристам, хотя высечены в камне на века и тысячелетия.