РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ  ИСТОРИЯ РОССИИ

РОССИЯ В КОНЦЕ 1920-х – 1930-е гг.

 

Государство и право


1929 г. в истории страны занимает особое место. В этом году произошло столько изменений во всех сферах жизни советского общества, что применяются различные термины для того чтобы определить суть происшедших событий. Одни называют случившееся тогда «революцией сверху», другие – «термидорианским переворотом». Сталин назвал 1929 г. – годом «великого перелома».

В области внутренней политики главным событием явилось завершение борьбы за власть в руководстве Ком­мунистической партии и установление в СССР ре­жима личной власти Сталина. После поражения «правых» к руководству страны пришли новые люди, лично преданные Сталину. Председателем СНК СССР стал В.М. Молотов, заместителем Сталина по партии - Л.М. Каганович, членом Политбюро - Г.К. Орджоникидзе.

Советское руководство на словах выступало сторонником соблюдения норм советской и партийной демократии, коллегиального руководства. В конце 20-х – первой половине 30-х гг. систематически проводились Съезды Советов, съезды и Пленумы Коммунистической партии. В 1936 г. была принята Конституция СССР, объявленная самой демократи­ческой конституцией в мире. Действительно, в этом документе были перечислены все права человека, сформулированы новые принципы судопроизводства. Был создан Верховный Совет СССР, который обладал законодательными функциями. В 1937-1938 гг. прошли всенародные выборы в Верховный Совет СССР и Верховные Советы союзных республик.

В то же время большие полномочия получили карательные органы Советского государства.

В начале 30-х гг. широко применялась практика проведения за­крытых судов, а также внесудебных расправ. Законодатель­ная основа подобного «судопроизводства» закладывалась в ходе начавшейся массовой коллективизации. Уже в конце 1929 г. по инициативе местных партийных и местных орга­нов стали создаваться «тройки» из первых лиц, включая на­чальника ГПУ, которые были фактически легализованы постановлением ЦИК и СНК от 1 февраля 1930 г. «О мерах по укреплению социалистического переустройства сельско­го хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством». Эта практика, когда судопроизвод­ство вершили «тройки», вскоре была распространена не только на кулачество, но и нэпмановские элементы города, лиц, служивших в царской и белой армиях, лиц, состояв­ших в различных политических партиях, представителей интеллигенции. С 1930 по 1933 гг. состоялись сфабрикованные про­цессы над Промпартией, трудовой крестьянской партией, меньшевиками, специалистами фирмы «Метро­политен-Виккерс».бактериологами, истори­ками, руководящими работниками пищевой промышлен­ности, совхозов, наркомата земледелия и т. д.

Поскольку поток осужденных постоянно увеличивал­ся в начале 30-х гг. была проведена реоргани­зация исправительно-трудовых учреждений, которые су­ществовали в Советской России и в 20-е гг. В 1930 г. они были переданы в ведение ОГПУ, и было создано Главное управление лагерей (ГУЛАГ) во главе с Г. Ягодой. ОГПУ СССР вершил не только дела политической направлен­ности, но в его ведение была передана милиция. Одновременно было ужесточено советское законодательства. В постановлении ЦИК и СНК СССР от 7 августа 1932 г. «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперативов и укреплении обще­ственной (социалистической) собственности» впервые в за­конодательном акте был использован термин «враг народа», к которым применялась высшая мера наказания или срок 10 лет с конфискацией имущества. 22 августа 1932 г. было принято новое постановление высших органов государст­венной власти «О борьбе со спекуляцией», в котором за указанное преступление выносился срок от 5 до 10 лет без права амнистии. В декабре того же года в стране был введен паспортный режим, отмененный Советской властью в 1923 г., который серьезно ограничивал свободу передвиже­ния для советских граждан, отдельные категории которых паспортов не получили вовсе. В марте 1933 г. органы ОГПУ получили право расстреливать людей без суда и следствия.

В июле 1934 г. был издан декрет, утверждающий принцип заложничества. В ноябре того же года были учреждены особые сове­щания НКВД, обладающие такими же полномочиями, что и прежние органы ГПУ. Наконец, 1 декабря 1934 г. в связи с убийством С.М. Кирова, был принят закон «О порядке ведения дел по подготовке или совершению террористических актов», который упро­стил судопроизводство по политическим делам и создал законодательную основу для раскручивания маховика ре­прессий.

В середине 30-х гг. было проведено 3 крупных по­литических процесса над верхушкой большевистского руководства, была разгромлена возможная оппозиция Сталину в Красной Армии, перетряхиванию были подвергнуты руководящие кадры в промышленности, партии, общественных организациях и т. д. Масштабы репрессий этого времени, видимо, никогда не удастся установить точно, а приблизительные подсчеты, имею­щиеся у разных авторов, расходятся в очень большом диапазоне. Количество заключенных в Советском Союзе в конце 30-х гг. определяется в пределах от 10 до 40 млн. человек.

Именно к концу 30-х гг. культ личности Сталина до­стиг своего апогея за весь предвоенный период. Его имя неизменно связывалось с многочисленными успехами в деле построения социалистического общества в СССР. На его авторитет уже никто не мог покуситься, ибо рядом с ним не было фигуры, не только равной Сталину по по­пулярности, но и даже близко стоящей по отношению к нему. Это позволило Сталину накануне второй мировой войны существенно сократить масштабы ре­прессий и наказать конкретных виновников «большого террора».

Уже в ходе третьего Московского процесса, который проходил в марте 1938 г., среди осужденных фигурировал Г. Ягода, бывший руководителем НКВД в 1934-1936 гг. В 1938 г. было начато частичное освобождение заключенных из ГУЛАГА. Это касалось прежде всего чле­нов партии и военнослужащих. В ноябре 1938 г. был рас­пространен секретный циркуляр о приостановлении даль­нейших арестов. В декабре 1938 г. был освобожден от должности наркома внутренних дел Н.И.Ежов и назначен новый - Л.П. Берия. Однако репрессии продолжались и в 1939—1941 гг., хотя и не в таком масштабе, как прежде.

Экономическое положение

В конце 20-х гг. произошла смена экономической стратегии страны. Вместо новой экономической политики стала проводиться в жизнь политика форсированной индустриализации. Первый пятилетний план развития народного хозяйства /1928/29 – 1932/33 гг./ разрабатывался и был принят с учетом принципов нэпа и в частности был рассчитан на сбалансированное развитие всех основных отраслей народного хозяйства. В 1929 г. Сталин заявил о необходимости пере­смотра заданий первого пятилетнего плана в сторону их существенного увеличения.

Для руководства экономикой были созданы новые органы управ­ления. В 1932 г. был ликвидирован ВСНХ, а вместо него сначала образовано 4 отраслевых наркомата, а к концу 30-х годов их количество возросло до 20. Нар­коматы со строгой вертикальной структурой подчинения, доходящей до каждого отдельного предприятия, были идеальной формой для внедрения в экономику административно-командных методов управле­ния..

В условиях экономического кризиса, охватившего капиталистический мир в 1929 г., советской стране трудно было рассчитывать на получение внешних источников финансирования индустриализации. Приходилось рассчитывать только на внутренние источники накопления средств и прежде всего на сельское хозяйство. Форсированную индустриализацию и коллективизацию сельского хозяйства необходимо рассматривать как две стороны одного и того же процесса, направленного на ускорение темпов социально-экономического разви­тия. Не случайно начало массовой коллективизации также приходится на 1929 г.

В области промышленности новые показатели первого пятилетнего плана выглядели следу­ющим образом: по чугуну вместо 10 млн. т. было утвер­ждено 17 млн. т., по тракторам вместо 53 тыс. шт.— 170, по автомашинам вместо 100 тыс. шт.— 200.

Для того чтобы обеспечить выполнение производст­венных заданий, стоящих перед промышленностью, тре­бовалось в таких же размерах «подстегнуть» темпы разви­тия сельского хозяйства. В ноябре 1929 г. была поставлена задача форсировать темпы социалистического преобразования сельского хозяйства, а в январе 1930 г. был утвержден график коллективизации. В соответствии с ним к концу пятилетки в колхозах должно было находиться не 20, а 80—90% крестьянских хозяйств. Естественно, что до­стичь этого в столь короткие сроки можно было только путем насилия над крестьянином.

Итоги первой пятилетки можно рассматривать двоя­ко. С одной стороны, в области промышленности страна в 1928—1932 гг. переживала большой подъем. Если в 1928 г. в СССР было произведено 3,3 млн. т. чугуна, то в 1932 г.— 6,2 млн. т., по тракторам рост со­ставил с 1,8 тыс. шт. до 50,8 тыс. шт., по автомобилям — с 0,8 тыс. шт. до 23,9 тыс. шт. Зато в области сельского хозяйства произо­шел явный откат от результатов, имевшихся в конце нэпа. Если в 1928 г. страна производила 4,9 млн. т. мяса и сала, то в 1932 г. лишь 2,8 млн. т., соответственно по молоку показатели снизились с 31 млн. т. до 20,6, а по яйцу— с 10,8 млрд. шт. до 4,4. В резуль­тате массовой коллективизации было «раскулачено» поч­ти 15% крестьянства страны, причем его наиболее хозяйственного слоя. Завершение этого процесса привело страну к страшному голоду 1932—1933 гг., когда в мирное время умерло по разным подсчетам от 3 до 10 млн. человек. Индустриализация проходила за счет снижения жизнен­ного уровня городского населения, характерным показа­телем которого являлось существование в 1929—1933 гг. карточной системы снабжения населения.

Советское руководство сделало серьезные выводы из уроков первой пятилетки и на XVII съезде ВКП(б) при обсуждении показателей второго пятилетнего плана /1933 – 1937 гг./ курс на дальнейшее форсирование экономического развития страны был подвергнут существенной корректировке. В области промышленности были утверждены более реальные задания по ежегодному росту производства, а в сельском хозяйстве предусматривалось лишь закрепление достигнутого уровня коллективизации. Произошло некоторое ослабление ди­рективного давления на экономику, были реорганизованы органы управления ею.

Все это привело к тому, что хотя вторая пятилетка в области промыш­ленности, как и первая не была выполнена в полном объеме, однако промышленность в эти годы разви­валась более динамично, чем в первой пятилетке. В ре­зультате героического труда рабочего класса был обес­печен существенный прирост производительности труда.

Сельское хозяйство страны в годы второй пятилетки продолжало оставаться в сложном положении, хотя и оно стало выходить из кризиса. В эти годы был завершен процесс сплошной коллективизации, так как к началу второй пятилетки в деревне сохранилось еще около 5 млн. единоличных хозяйств. Произошел значительный рост посевных площадей, главным образом в восточных районах страны, где «раскулаченные» крестьяне осваивали целинные и залежные земли, повысилась урожайность полей. В результате, уже в 1935 г. в стране была отменена карточная система распределения продуктов.

Третий пятилетний план развития народного хозяйст­ва СССР /1938-1942 гг./ по основным экономическим приоритетам был составлен в русле политики, избранной сталинским руководством в начале 30-х гг. Его особенностью было то, что он должен был, используя достижения в области промышленности, направить их на обеспечение обороноспособности стра­ны. Его осуществление было осложнено как внутренними проблемами, которые проявили себя во второй половине 30-х гг., так и изменением международного положения СССР.

За 1929—1937 гг. страна совершила беспрецедентный скачок в росте промышленной продукции (см. табл. 1). За это время в строй вступило около 6 тыс. крупных предприятий, то есть 600—700 ежегодно. Темпы роста тяжелой промышленности были в два-три раза выше, чем за 13 лет развития России перед первой мировой войной.

В результате страна обрела потенциал, который по отрасле­вой структуре и техническому оснащению находился в основном на уровне передовых капиталистических государств (см. табл. 2) По абсолютным объемам промышленного производства СССР в 1937 г. вышел на второе место после США (в 1913 г. – пятое место). Прекратился ввоз из-за рубежа более 100 видов промышленной продукции, в том числе цветных металлов, блюмингов, рельсопрокатных станов, экскаваторов, турбин, паровозов, тракторов, сельхозмашин, автомобилей, самолетов. В целом к 1937 г. удельный вес импорта в потреблении страны снизился до 1%.

Однако нужно видеть и цену достигнутых экономи­ческих результатов. Высокие темпы индустриального раз­вития поддерживались за счет снижения жизненного уровня населения страны. Только к началу 40-х гг. удалось вывести сельскохозяйственное производство на уровень 1928 г., при этом продукция животноводства вышла на этот уровень лишь в начале 50-х гг.

Россия и мир


На рубеже 20-30-х гг. во внешней политике СССР произошли изменения. Полностью сменилось руководство НКИД и Коминтерна. Перед новым наркомом М.М. Литвиновым была поставлена основная задача — обеспечить благоприятные внешние условия для построения социализма в СССР. Для этого нужно было пред­отвратить угрозу втягивания СССР в военные конфликты, а также наладить экономическое сотрудничество с развитыми странами Запада. В связи с изменением приоритетов во внешней политике деятельность Коминтерна рассматривалась как второстепенная по сравнению с деятельностью НКИД.

На первом этапе были урегулированы отношения с ближай­шими соседями СССР. В 1929 г. в Москве был подписан протокол между СССР, Эстонией, Литвой, Польшей, Румынией, Турцией и Ираном, предусматривающий отказ от приме­нения силы при рассмотрении территориальных претен­зий. В начале 30-х гг. СССР заключил пакты о ненападе­нии с Польшей, Финляндией, Латвией, Эстонией, Афганистаном, а также конвенцию об определении агрессора с малыми государствами Европы. Опасной для СССР в конце 20-х гг. была ситуация на Дальнем Востоке, где активизировалась Япония и продолжался советско-китайский вооруженный конфликт на КВЖД.

В это же время развивались связи СССР и с крупными капиталистическими государствами мира. До начала 30-х гг. основным политиче­ским и экономическим партнером СССР в Европе оставалась Германия. Именно туда шел основной поток советского экспорта, и из нее поставлялось оборудование для советской промышленно­сти. В 1929 г. удалось восстановить нормальные отноше­ния с Великобританией, а в 1932 г. было подписано советско-французское соглашение о ненападении. В 1933 г. были установлены дипломатические отношения с США.

Резкий поворот в международных отношениях произошел по­сле прихода Гитлера к руководству Германией. СССР пытался создать в Европе систему коллектив­ной безопасности. Он был принят в Лигу Наций, заключил военно-политические соглашения с Францией и Чехословакией. Советское правительство выражало готовность заключить более серьезные соглашения с Англией и Францией по обузданию агрессора.

СССР понимал надвигающуюся на мир угрозу войны и свою неготовность к ней. Поэтому в искрен­ности его усилий не стоит сомневаться. Однако западные страны по­пустительствовали Германии в ремилитаризации Рейнской области, ее участии в гражданской войне в Испании, которая закончилась победой фашизма, в аншлюсе Авст­рии и оккупации Чехословакии.

В конце 30-х гг. СССР вынужден был обратить серьезное внимание на ситуацию, которая складывалась вблизи его рубежей. Для него возникла реальная угроза войны на два фронта. В мире складывался блок аг­рессивных государств, заключивших между собой Антикоминтерновский пакт. С ведущими государствами этого пакта Германией и Италией Англия и Франция подписали Мюнхенское соглашение. СССР продолжал вести пере­говоры с западными демократиями о заключении военного соглашения, однако в августе 1939 г. стало понятно, что оно не будет достигнуто. На Дальнем Востоке положение пришлось исправлять военным путем в сражениях с Японией на озере Хасан и в районе Халхин-Гола.

Поэтому СССР решил, во-первых, попытаться максимально отодвинуть сроки втягивания его в новую мировую войну, а, во-вторых, избежать войны на два фронта. 23 августа 1939 г. в Москве был подписан советско-германский договор о ненападении. Сталин и Гитлер договорились о разделе сфер влияния в Восточной Европе. 1 сентября 1939 г. началась вторая мировая война. СССР стал ее непосредственным участником с самого начала и до июня 1941 г. расширил свои границы за счет таких государств как Польша, Финляндия, Латвия, Литва, Эстония и Румыния.

Культура и быт


В 30-е гг. в культурной жизни страны произошли серьезные изменения. В практику жизни стало входить так называемое спецеедство, которое приводило к тому, что каждый специалист особенно с дореволюционным прошлым рассматривался как враг. Советское государство поощряло борьбу внутри слоя интеллигенции, поддерживая молодые кадры, воспитанные уже в советское время.

Так оно взяло курс на поддержку Россий­ской ассоциации пролетарских писателей, противопо­ставляя их остальной массе писателей. Были распущены различные литературные объединения, сво­бодно существовавшие в 20-е гг., и преследовались писатели, чьи произведения публиковались за гра­ницей. Деятели Ассоциации художников революционной России вели критику творчества художников-аван­гардистов, которых лишили возможности свободно работать. На места, освобождаемые старыми специали­стами в вузах и научных учреждениях, выдвигали мо­лодых выпускников советских вузов и техников.

Творчество деятелей культуры и науки стало оцениваться с точки зрения принципов «социалистиче­ского реализма» и «партийности». Тех из них, чье творчество отве­чало данным принципам, советское руководство объединяло в творческие союзы и общества, награждало орденами и медалями, Сталински­ми премиями, пайками и высокими зарплатами. В августе 1934 г. состоялся первый Всесоюзный съезд советских пи­сателей. После него стали массовыми тиражами издаваться произведения А.М. Горького, А.Н. Толсто­го, Н.А. Островского, А.С. Фадеева, А.С. Макаренко, М.В. Исаковского, Б.Л. Горбатова, Д. Бедного, А.Е. Кор­нейчука, Н.Ф. Погодина и др. На страницах официальной печати широко пропагандировались имена Т. Лысенко, И. Мичурина, И. Павлова, К. Циол­ковского, Г. Александрова, Л. Орловой, Н. Черкасова и многих других. Заслуги некоторых из них перед отечественной наукой и культурой несомненны, но некоторые из них, такие как Т. Лысенко, являлись лжеучеными.

Деятели культуры и науки, чье творчество не соответствовало указанным принципам, были подверг­нуты необоснованной критике и многие из них были репрессированы. Произве­дения Е. Замятина, Б. Пильняка, А. Платонова, О. Ман­дельштама, М. Булгакова, А. Ахматовой, М. Цветаевой на долгое время исчезли из поля зрения советских людей. Общая судьба связывает худож­ника-авангардиста П. Филонова, генетика Н. Вавилова, историка Н. Ванага, ученого-аграрника А. Чаянова, фило­софа П. Флоренского, режиссера В. Мейерхольда. Все они стали жертвами сталинских репрессий. Закрывались театры, на­учные учреждения, запрещались научные школы и направления.

Вырабатывался советский стиль архитектуры. Под ру­ководством Л.М. Кагановича была проведена «реконст­рукция» Москвы. На месте старой купеческой Москвы выросли современные высотные здания, были возведены дворцы, построен метрополитен. Однако все это делалось за счет уничтожения пямятников старины. В частности были снесены Сухарева башня, Вознесенский и Чудов мо­настыри в Кремле, многие особняки и дворцы. Большой резонанс в обществе вызвала ликвидация храма Христа Спасителя, возведенного на средства русских людей в оз­наменование победы над Наполеоном. Обсуждался вопрос о сносе храма Василия Блаженного, под надуманным предлогом, что он мешал проведению демонстраций трудящихся на Красной площади.

Большие средства выделяло правительство на народ­ное образование. В 30-е годы правительство начало вводить всеобщее начальное, а затем и семилетнее образова­ние. Быстро развивалась сеть вузов и техникумов, для широкого охвата высшим и средним специальным обра­зованием трудящихся масс внедрялись вечерняя и заоч­ная формы обучения. Из года в год росла численность выпускников вузов и техникумов. Правительство держало под контролем образование советских людей прежде всего через общественные науки. При личном участии Сталина была соз­дана новая концепция отечественной и всемирной истории, разработаны основы философии, и благодаря единственному учебнику, которым стал «Краткий курс истории ВКП(б)», они внедрялись в си­стему образования.

В 30-е гг. более однородной стала социальная структура советского общества и изменилось положение различных слоев насе­ления. Были ликвидированы остатки эксплуататорских классов, а также нэпмановских элементов. В годы инду­стриализации возросла соци­альная мобильность населения. Представители рабочего класса пополняли ряды советской интеллигенции, особенно ее инженерно-технического отряда и руководящего слоя. В свою оче­редь рабочий класс был буквально размыт многомиллион­ными массами крестьянства, которые в начале 30-х гг. хлынули из деревни в город. Крестьянство в процессе коллективизации фактически «раскрестьянилось», оно утратило чувство собственника и хозяина и превратилось в батрака, работающего на чужой земле.

В быту стали проявляться негативные моменты, вызванные резким изменением жизненного уклада, отсутствием нормальных жилищных условий, ограничением потребления и т. п. Массовыми явлениями стали нарушения трудовой дис­циплины, воровство, брак на производстве, пьянство в быту, увеличивалось количество разводов, абортов, про­изошло снижение уровня рождаемости. Несмотря на ши­рокую социальную политику Советского государства, ее достижениями могло в полной мере воспользоваться лишь ограниченное количество лиц: номенклатурные ра­ботники, передовики, ударники, стахановцы и т. д. Процесс маргинализации общества зашел так далеко, что государство было вынуждено принять ряд чрезвычайных мер, чтобы как-то остановить его. Стали пропагандироваться традиционные российские ценности: патриотизм, крепкая семья, за­бота о подрастающем и старшем поколениях. Были запрещены аборты и затруднена процедура разводов. Возрождал­ся русский национализм путем пропаганды достижений русской истории и культуры.